Вторжение 2 (СИ)
- Подсветить пояс астероидов. Вывести самые крупные. Применить относительные координаты. Стереть. Стереть. Оставить.
Корабль послушно вносил в журнал исправления. Но не факт, что кто-то не попробует восстановить то, что я делал, хоть и практической пользы от груза нет никакой, но все равно – жалко. Зря я, что ли, пытался челнок угнать.
- Сделать копию. Стереть.
Копия журнала пришла мне на комм, а сообщение о том, что стирать такие вещи всякие проходимцы навроде меня не могут – высветилась в воздухе.
- Показать запись за последние сутки.
Внутренние камеры были для меня недоступны, а вот то, что творилось снаружи, я смог посмотреть.
Сначала корабль просто летел в пространстве, я мог приблизить его, рассматривая в деталях, или отдалить так, что он просто помечался искоркой на изображении системы. Двигатель работал в режиме торможения, и скорость постепенно замедлялась. Через какое-то время из корабля вылетели восемь штурмовиков, ускорившись, пропали из виду, потом ещё пару часов ничего не происходило, корабль продолжал идти к конечной цели, постепенно синхронизируя движение с находкой. И наконец пристыковался к модулю, который никуда пока не делся. Ещё через час в зоне видимости появился корабль, раза в два больше нашего, и завис на минимальном расстоянии от сцепки. Судя по тому, что он-то как раз не тормозил, висел здесь в режиме маскировки уже какое-то время. Снова все замерло, ещё часа на полтора, потом в корабле образовалась пробоина, через которую вылетели два тела. От нового корабля к нашему направились два челнока, залетевшие прямо в дыру в десантном отсеке.
Я домотал до того момента, как появился наш штурмовик, и вражеские истребители понеслись в атаку, чужой корабль вместе с модулем к этому времени уже улетел.
- Оперативно они это все провернули, - сказал сам себе, - показать настройки.
- Две скрытых команды, - доложил мозг корабля. – Выполнение начнётся через шестнадцать часов общего времени.
- Показать.
Никто мне ничего не показал, информация была недоступна. Но, если сложить то, что я видел, и то, что успел узнать, десантников все-таки нашли. Потом те, кто был против объединения с новой командой, остались на нашем корабле в виде трупов, а остальные, как пленные, или добровольно, судя по техникам, скорее всего – второе, бросили малоценное имущество.
В принципе, пока мне в рубке особо делать было нечего, поэтому не поленился, сходил в отсек к ассенизаторам – тех вполне ожидаемо на месте не было, и позаимствовал платформу. Даже в условиях слабой гравитации с ней было гораздо удобнее. Переложил на платформу синта-помощника, по дороге зацепил двух кандидатов на лечение, и четырёх синтов, наиболее сохранившихся в качестве доноров, дообследовал те каюты, где ещё не побывал, не нашёл ничего ценного, и через полтора часа вернулся в медотсек.
Тойо был на месте, причём не один, а со своей подружкой. Тойоле мне слабо улыбнулась, скорее, как дань человечности, у синтов не бывает усталости мышц, или работают, или нет.
- Йолана в капсуле, - не дожидаясь вопросов, сказал медик. – Один биоадаптер нужно точно имплантировать полностью, а остальные два могут и сами восстановиться, только нескоро. Всё не так хорошо, как на первый взгляд. Кого ты там приволок?
- Леас Луоли, - Тойола даже привстать попыталась, но тут же грохнулась обратно на реабилитационный стол. – Хороший был человек, только глупый.
- Почему? – просто чтобы поддержать разговор, спросил я.
- Он мёртвый, мы – живые, - объяснил за подругу Тойо. – Да и вообще, сенард подбирал себе помощников так, чтобы они его не сместили. Только с Майло ошибся. Помоги мне, клади тело вот сюда, на плиту.
Сканирующая подложка засветилась, Тойо опустил веки, замер.
- Отлично, нужный адаптер почти подходит, и остальные два можно пересадить, вместе они быстрее восстановят связи. Я бы все тело заменил, но тут оборудование так себе, может, потом.
Из стены выдвинулась половина шара, опустилась на грудь донора, и словно присосалась к коже.
- Через пять минут адаптер отделится от нервных тканей с одной стороны, и от проводящих элементов с другой, и можно имплантировать. Семь общих суток, и будет твоя Йолана почти как прежняя, а само приживление вообще несколько часов займёт. Давай теперь посмотрим остальных двух.
Оба синта были серьёзно повреждены, но, по уверениям Тойо, мозг сохранился, сопряжение – тоже, тела были средней паршивости, без стимуляции в капсуле не обойтись. Зато потом мы получим двух техников-наладчиков, которые смогут сделать что-то полезное. Например, починить двигатель.
- Тойо, - ласково сказал я.
- Что?
- Теперь, когда я свой человеческий долг исполнил, расскажи-ка мне, как ты и твоя подруга остались в живых.
Тойо не только рассказал, но и показал.
Самый страшный враг – внутренний. Как только наш корабль пристыковался к найденному модулю и пристыковаться, через шлюз ворвались десантники- республиканцы, живые и здоровые, а на самом корабле началось восстание. Точнее говоря, избиение несогласных. Те немногие синты и республиканцы, которые хотели сохранить независимость колонии, быстро были уничтожены своими же вчерашними товарищами, помощь десанта для этого не потребовалась, те наоборот, стояли и следили, чтобы жертв было как можно меньше – убивали не только тех, кто был против разделения, но и старые конфликты между отдельными людьми наконец смогли логически завершиться.
. Несколько синт-пилотов попытались организовать сопротивление, их разнесли буквально на кусочки, это их ошмётки я видел в десантном отсеке, а потом на записи посмотрел, как этот процесс происходил, в деталях – двое десантников против пятерых пилотов управились меньше чем за минуту, те даже не защищались почти.
Руководил всем этим Майло, и его слушались и жители Союза, и республиканцы. Сенарда и второго помощника убили почти сразу, даже не пытаясь привлечь на свою сторону. Майло лично вскрыл черепную коробку боевого друга и вытащил оттуда мозг. Такое впечатление, что заговор зрел уже давно, и не хватало только маленького толчка, чтобы тут кровавое побоище случилось.
В самый разгар зачистки появился ещё один корабль, модуль отстыковали, сепаратисты перешли со старого корабля на новый, зачем-то создали обманку, и улетели, оставив небольшую команду.
С которой я вроде как разобрался.
Тойолу подстрелили в самом начале, причём кто-то из своих, медики, как только началась заварушка, не собирались принимать ничью сторону, но там уже личные мотивы вплелись, несколько недоброжелателей из пилотов припомнили парочке старые обиды. Тойо в последний момент успел затащить продырявленную в нескольких местах подружку в медотсек и заблокировать его, а потом просто наблюдал с доступных точек, что происходит. Про нихк даже и не вспомнили, видимо, ни сами медики, ни оборудование для новых друзей колонии интереса не представляли.
За то время, пока Тойо мне все это рассказывал, он вскрыл Йолану, вытащил из неё какие-то комки с торчащими нитями, распотрошил помощника стенарда, извлёк из него похожие запчасти, и запихнул в синт-пилота – руками, стерильностью тут и не пахло. Потом насадкой на указательном пальце зарастил кожу, и с моей помощью перетащил Йолану в капсулу.
- Ей нужно четыре часа, чтобы адаптеры захватили нужные отводы от мозга, и срастили с проводящими каналами тела, - объяснил он. – Не беспокойся, замена тел – это наша с Тойолой специализация, я знаю, что делаю. Пока мозг жив, все остальное можно нарастить. Потом двадцать-тридцать часов на восстановление функций тела, неделя на полную адаптацию, и всё, будет как новенькая. Внутреннюю жидкость капсула сама заменит, из того, что осталось в доноре, вырастит достаточное количество, и проследит, чтобы первоначальное сопряжение как надо прошло. А мы пока займёмся вот этими двумя выжившими. Два техника, очень неплохо. Давай, дорогая, вставай, я же вижу, ты уже почти нормально двигаешься.