Вторжение 2 (СИ)

  
Вторжение 2 
 
Андрей Никонов
   
Глава 1
 
Пролог. 
Небольшой челнок скользил среди обломков. Среди – это громко сказано, отдельные части кораблей разлетелись на огромное расстояние, и их разделяла не одна сотня километров, но постепенно, под действием гравитации, все они начинали собираться в кучки, и когда-нибудь, через тысячи лет, слепятся вместе. 
Перед челноком летели два зонда, обнаружив что-нибудь ценное, они замедлялись, и тогда уже из кораблика появлялись фигуры в скафандрах, проверяя, стоит ли улов усилий. Конкретно в этой области звёздной системы были уничтожены корабли Союза окраинных планет, небольшая экспедиция искала тех, кто ещё мог выжить, некоторые аварийные маячки повредились при взрывах, и у таких пропащих астронавтов был шанс.
Внезапно разорванный пополам небольшой корабль-параллелепипед, видимо, с работающим ещё сканером, активировавшимся при приближении челнока, начал подавать сигналы бедствия. Челнок, вместо того, чтобы прийти на помощь, наоборот, принялся гасить инерцию, отклоняясь в сторону от препятствия, и втягивая в себя зонды.
Успел. Буквально через несколько минут откуда-то вынырнул ещё один корабль, узкий и длинный, как спица, приблизившись к подающему сигналы кораблю, содрогнулся, словно выталкивая что-то из себя, и цель начало рвать на кусочки. Сначала крупные, а уже те – на все более мелкие, пока от решившего себя обозначить бедолаги ничего не осталось. Чёрная спица сжалась, превращаясь в эллипсоид, и исчезла.
Челнок осторожно, со скоростью не больше тысячи в минуту, отправился дальше. И потом снова начал тормозить. Силовой захват выбросило на два десятка километров, энергетическое лассо захватило оранжевый скафандр с человеком внутри, и подтащило к кораблику.
Глава 1. 
Голова раскалывалась на части, словно внутри черепа кто-то пытался выбраться наружу. Бьющий в глаза яркий белый свет этому способствовал, внутричерепной жилец явно лез на него.
- Очнулся? – послышался чей-то голос.
Я попытался открыть сначала правый глаз, потом левый, но максимум, чего добился, это крохотной щёлочки в миллиметр. Светлые глаза, практически без радужки, смотрели на меня в упор. Инфракрасное зрение фиксировало что-то странное, будто передо мной был не человек – живых людей комнатной температуры не бывает. Долго раздумывать над этим не дали, в губы ткнулось что-то твёрдое и мокрое, я рефлексивно глотнул, и в рот потекла солоноватая жидкость.
- Лежи спокойно, не двигайся и не разговаривай, а то мышцы гортани порвёшь, - почти такой же голос раздался с другой стороны. – С обычными людьми вечно одни проблемы.
- Нет, с этим явно что-то делали, смотри, как быстро восстанавливается, - возразил первый. – Кожа точно модифицированная, и правый глаз с начинкой. Второй уровень, не меньше.
- Тебе лучше знать, ты у нас спец по натуралам, - второй хихикнул. Вторая, точно. Голос хоть и хрипловатый, но больше женский, чем мужской. – Эй, человек.
- Где я? – прохрипел, чувствуя, что горло жжёт и саднит. Значит, или ангина, или наноботы в крови наконец-то делом занялись.
- Тяжёлый корабль поддержки флота Республики, - с легким презрением ответил первый собеседник. – Или, точнее, то, что от него осталось.
- Значит, вы республиканцы?
- Мы тебя спасли, а ты нас обидеть хочешь, - женщина пихнула меня в бок, - поднимайся. И так на тебя почти треть картриджа ушло, а новые пока не завезли.
Кое-как вылез из капсулы, чувствуя, что в одеревеневшие конечности постепенно возвращается тепло. На мне была та же одежда, в которой мы вшестером удирали с планеты, комбез лежал возле медицинского автомата, так что я по привычке его сразу и надел.
Мои спасители, по крайней мере они так себя назвали, были чуть выше меня ростом, с синеватой, практически без перепадов оттенка, кожей, почти одинаковыми лицами, короткими ёжиками белых до прозрачности волос, и водянистыми глазами. Оба – в белых комбинезонах с какой-то замысловатой эмблемой на левом плече, с виду доходяги, хотя, судя по хватке мужчины, который помогал мне встать, силы там имелись. Он – пошире в плечах, она – с выступающей грудью, а так словно близнецы.
 
- Скаф тоже нацепи, на всякий случай, - посоветовала женщина, - тут кислород не везде есть, и давление скачет до вакуума иногда, мы тебе хотели стимуляцию колонии сделать, но наниты уж больно мудрёные, не стали рисковать. Откуда у раба конфедератов такие, спрашивать не буду.
- С чего ты взяла, что я – раб? – зарастил скаф до шеи, проверил системы – почти все были на нуле.
- По одёжке твоей, сколько вас тут копалось в земле и на камушках, тысяч триста-четыреста, наверное? – собеседница подтолкнула меня к герм-шлюзу. – Эти клоны сами работать не любят, покупают вот таких, как ты. А старые имперские скафы здесь на каждом втором, модель устаревшая, но надёжная, до сих пор на складах их полно. Повезло, что среди астероидов оказался, те, кто на планетах, им совсем плохо приходится.
- Ты на комм его посмотри, - хмыкнул мужчина. – Тоже имперский, и тоже старой модели. Может проще сразу обратно в пустоту выбросить?
- Нет уж, - я уже почти пришёл в себя, попытался связаться хоть с кем-то, но никакой сети не было. – Раз спасли, теперь будете меня кормить и поить, это называется – ответственность.
- Не мы тебя спасали, не нам и кормить, - усмехнулась женщина.
То, что эти двое – синты, в принципе, и так было понятно. От человека оставался только мозг и некоторые нервные узлы, на которые сажались сопрягающие био-адаптеры, связывающие новое тело со старым сознанием. Кожа, скелет, внутренние органы, все заменялось, навроде моего глаза. Вместо крови – как правило голубоватая жидкость, служащая для самовосстановления и переноса нужных веществ, биохимические процессы хоть и оставались, но резко упрощались, новый, усовершенствованный организм мог и слышать, и видеть, и чувствовать вкус и запах, и даже есть, пить. При желании – имитация желудка функционировала по принципу биореактора, и могла даже совершено несъедобные вещи перерабатывать. Дешёвые варианты передачу привычных сигналов в мозг не поддерживали, а вот те, что шагали по пустым и темным переходам корабля рядом со мной, явно были продвинутыми моделями. Даже разговаривали как люди, значит, и подобие лёгких у них было.
Конфедераты ни синтов, ни мехов не жаловали, в Федерации тоже относились к переделанным людям с осторожностью – не уничтожали, но и не поощряли полную замену организма. У республиканцев традиционный взгляд на семейные ценности позволял синтам существовать только в ранге слуг, или в продвинутом виде, с очень дорогими дополнениями, когда собственное тело становилось слишком дряхлым. Оставался Союз окраинных планет, там такие вещи практиковали широко, многие, у кого были средства, в сознательном возрасте расставались с собственными телами, и приобретали вот такую замену. По мне, так неплохое решение, человеческий организм для функций сознания избыточно сложен, с простой задачей – обеспечением мозга питательными веществами и отводом накопившихся шлаков можно справиться и гораздо менее затратными способами. Не носить в кишках три кило бактерий, не выделять ферменты, которые часто просто мешают друг другу, да и гормоны постоянно идут вразнос, не расщеплять белки на аминокислоты нерациональным способом. А уж энергетический цикл, питающий мышцы, это вообще за пределами логики – такое впечатление, что природа, когда создавала человека, пыталась подогнать обменные процессы под явно бракованный экземпляр.
 
Так что, глядя, как спокойно мои провожатые чувствуют себя в разреженном воздухе при температурах гораздо ниже нуля, я только позавидовал. Мне без скафа тут бы тяжко пришлось.
Постучал по комму, мол, можем поговорить и не открывая рта, но женщина отрицательно покачала головой. И тут же помахала рукой ещё одному в белоснежном комбинезоне, и где они их только чистят, встреченный нами обитатель республиканского корабля ковырялся в промежуточном блоке управления, прямо на месте восстанавливая узлы. Рядом валялись детали, которые от вибрации подпрыгивали и зависали на мгновение в воздухе – гравитация была слабая, где-то в десятую от стандартной.