Ухожу на задание…
верть века мы изучили его почерк, его методы. Теперь уж и не припомнить все ловушки и западни, в которые попадала его агентура. Много щупалец у него отрубили, но вырастали новые… — Начальник контрразведки отодвинул в сторону дело и продолжил: — Всмотритесь в эти снимки, их вы возьмете с собой. Виски у Минодзумы седые, да и зубы совсем не те. В улыбке не столько приветливости, сколько хитрости. Он хитер и умен, не забывайте об этом. Недаром высшие награды подучил: орден «Восходящего солнца» и «Звезду сокровищ». Ну а теперь — главное. Через несколько часов в Сейсин отправятся две разведывательные роты: Героя Советского Союза старшего лейтенанта Леонова и старшего лейтенанта Яроцкого. Они захватят плацдарм для высадки главных сил десанта. С разведывательными ротами пойдете и вы. Ваша задача — взять сейсинскую военно-морскую миссию. Нам нужны сведения о японской агентуре, мы хотим знать о судьбе наших людей, которые ушли на задание и не вернулись из-за рубежа. Конечно, бумаги очень важны, но еще важнее человек, который знает все. Фамилии, адреса, факты, даты. Я имею в виду Минодзуму. Память у него превосходная. Он нам необходим, Спрута надо ваять живым. — Капитан 1 ранга помолчал, а затем повторил еще раз: — Я понимаю, как это трудно. И все-таки возьмите его живым!
Разговор в кабинете начальника длился долго. Офицеры обсудили подробности операции, наметили возможные варианты. Потом капитан 1 ранга сам проводил Сомина и Крыгина на причал, где грузилась на катера рота прославленного североморского разведчика Виктора Леонова.
— Виктор Николаевич в курсе дела, — сказал начальник контрразведки. — Он поможет вам, выделит людей.
У Леонова моложавое, с крупными чертами, лицо. Движения неторопливые, речь негромкая. Трудно представить, что это знаменитый герой, много раз высаживавшийся в тылу фашистов, совершавший дерзкие налеты, неожиданные атаки.
— Сделаем все возможное, товарищ капитан первого ранга, — сказал Леонов. — Считаю, что один офицер должен идти на первом катере, а другой — на замыкающем, у Яроцкого.
— Почему?
— Всякое может случиться. Если один погибнет, другой будет действовать.
— Так и решим, — согласился капитан 1 ранга. — Крыгин, вы пойдете на последнем катере.
— Есть! — козырнул лейтенант.
— Ну, в добрый час! — сказал капитан 1 ранга.
Взревев мотором, головной катер отвалил от причала. Следом, строго выдерживая интервал, двинулись остальные.
С десантом на борту
13 августа «Вьюга» и «Метель» стали на якорь в бухте Новик. День был безветренный, теплый. В синен воде отражались белые облака. Зеленые вершины сопок были затянуты маревом. Духота, тишина. Матросы сперва недоумевали: что им тут делать? И только когда присмотрелись, начали понимать: готовится что-то важное.
В Новике собралось большое количество кораблей Закамуфлированные, затянутые маскировочными сетками, они были так хорошо укрыты под берегом, что не только с воздуха, даже с бухты трудно было разглядеть их.
Капитан-лейтенант Кузьменко отправился куда-то на шлюпке. Все с нетерпением ожидали его возвращения, понимая, что командир обязательно привезет важные новости. И действительно, вскоре после обеда был сыгран «Большой сбор». Затопали по палубе тяжелые ботинки — все свободные от вахт бежали на корму и становилась в строй. Командир был краток. Он предупредил, что «Вьюга» пойдет в боевую операцию. Необходимо еще раз проверить материальную часть, чтобы все было в полном порядке. Потом отдохнуть, набраться сил перед трудным походом. Каждый из нас уже столько раз осматривал свое заведование, что казалось, не может быть никаких неполадок. Но оборудование на корабле было довольно старым, за ним только следи да следи. Пришел главный старшина Карнаухов. Включил узел «В», ультракоротковолновую радиостанцию. Приказал развернуть переносную рацию РБМ, проверил аккумуляторы, запасные части, антенну. Сказал с улыбкой:
— Все. Можете отдыхать.
В кубрике было душно. Иллюминаторы наглухо задраены и закрыты броняшками. Застоявшийся воздух казался густым и вязким. На лицах спавших матросов крупными каплями выступил пот. Какой уж тут отдых! Я взял шинель и решил поискать укромное место где-нибудь под ветерком. Устроился на кормовом мостике, подстелив пробковые спасательные пояса. И уснул очень крепко, доже не слышал, как подошли к причалу.
Десант принимали с деревянного пирса-времянки. Бойцы морской пехоты небольшими группами появлялись из распадка, заросшего кустарником. Они были тяжело нагружены, несли не только винтовки и автоматы, пулеметы и противотанковые ружья, но и запас патронов, гранат, продовольствия. Под ними покачивались и гнулись доски причала. Люди действовали быстро, без суеты.
Специально выделенные старшины встречали десантников у трапа и разводили по помещениям. Пулеметчикам, истребителям танков повезло-их поместили па верхней палубе. Остальным предстояло провести долгие часы в душных кубриках.
Десантники притащили с собой пушку. Ее закрепили на корме. Там же уложили ящики со снарядами.
Едва закончилась погрузка, «Вьюга» снялась с якоря и двинулась к выходу из бухты. С моря поползал туман, размывая очертания берегов. В Амурском заливе висела сплошная белая пелена. Видимость сократилась до двухсот метров. Здесь пас ожидала «Мотель» и еще несколько кораблей. Осторожно маневрируя, мы заняли свое место в строю.
Головным мателотом шел эскортный корабль. За ним кильватерной колонной вытянулось несколько десантных судов. Замыкала строй «Метель». Справа, со стороны берега, шли два больших охотника. Слева, со стороны моря, колонну прикрывала «Вьюга».
Навстречу кораблю катились невысокие волны, бугрившие спокойную поверхность воды, — шла мертвая зыбь. Колонна двигалась медленно, скорость не превышала двенадцати узлов — задерживали тихоходные десантные баржи. Мы находились еще в своих территориальных водах. Подвахтенные матросы забегали в умывальник покурить, обменяться новостями. Высказывались самые различные предположения. Одни считали, что десант направляется в Порт-Артур, другие почему-то утверждали, что идем к острову Цусима. Трюмные заявили, что воды и горючего взято много, хватит хоть до Формозы и обратно… Кто-то, торопливо покурив, собрался писать письма родным и знакомым. Над ними подшучивали: какой смысл? Если потонем, то и письма с нами на дно пойдут. А возвратимся — напишем.
По всему кораблю, по всем боевым постам прошел фельдшер лейтенант Зизенков. Проверил аптечки, каждому матросу и старшине вручил индивидуальный пакет. Объяснил, какие могут быть ранения и как при этом поступать.
У пего, конечно, своя службы, свои заботы, только от этих забот сразу как-то затосковала душа.
Надвигался вечер. Туман в сумерках стал еще гуще, видимость уменьшилась настолько, что мы не различали соседних судов. Вокруг было сплошное белое молоко. Сигнальщики напрягали зрение и слух, чтобы вовремя заметить опасность и избежать столкновения.
Из тумана выплыл вдруг темный силуэт.
На барже! — крикнул в мегафон наш старпом.
— Есть, на десантном судне! — ответил густой самолюбивый бас.
— На десантном судне! — усмехнулся старпом. — Держитесь на два кабельтова правей!
— Есть, держаться на два кабельтова правей!
Силуэт растаял в тумане.
Щелкнуло реле трансляционного узла. Это по моей части. Быстро проверил приборы — все в порядке, трансляция включена. Раздался голос командира корабля:
— Товарищи старшины и матросы! Мы идем в Сейсин. Там дерется сейчас передовой отряд. Он находится в трудном положении. Мы должны прорваться в порт, высадить десант и прикрыть его огнем наших орудий. Уверен, что в предстоящем бою все краснофлотцы и старшины «Вьюги» с честью выполнят свой долг перед Родиной!
Снова щелкнуло реле. Трансляция отключилась.
Ну что ж, теперь все ясно, гадать больше не о чем. Сейчас не так далеко, к утру, вероятно, будем на месте.
Матросы и старшины надевали чистую рабочую форму. Такова морская традиция. Скоротечный морской бой — наш главный парад, главная проверка. Для того служим. Переоделся и я.