Восставшая Луна

— Не согласиться! Почему? — взъерепенилась Вайо. — Всё, что я сказала, — правда!
— Пожалуйста! Я не согласен с вами только по одному пункту. Можно мне продолжить?
— Продолжайте.
— Вы правы в том, что от Администрации необходимо избавиться. То, что безответственный диктатор призван управлять нами, вмешиваясь в основные сферы нашей экономики, — смешно, отвратительно и невыносимо. Это наносит удар по одному из основных прав человека — праву совершать сделки на свободном рынке. Но, при всём уважении к вам, я должен отметить, что вы ошибаетесь, когда говорите, что нам следует продавать на Терру пшеницу, или рис, или вообще какие-либо продукты питания. Нам вообще не следует экспортировать продовольствие, ни за какую цену.
— Что я тогда буду делать с пшеницей? — вмешался в разговор фермер, который рассказывал о своих проблемах.
— Пожалуйста, не спешите! Было бы разумным экспортировать нашу пшеницу, если бы в обмен мы получали бы с Терры, в соотношении тонна за тонну, то, что нам нужно. Воду. Нитраты. Фосфаты. Именно тонну за тонну. Иначе никакая цена не окажется достаточно высокой.
— Подождите минутку, — сказала Вайоминг фермеру, а затем обратилась к профессору: — Они не могут поступить так, и вы это знаете. Отсылать корабли вниз, на Терру, стоит недорого, но посылать их наверх, на Луну, — очень дорого. Но нам не нужна ни вода, ни минеральные удобрения. То, что нам действительно нужно, не требует таких расходов на доставку. Нам нужны инструменты, лекарственные препараты. Процессоры. Кое-какое оборудование. Программное обеспечение. Я много времени уделила изучению этого вопроса, сэр. Если мы сможем получать хорошие цены на свободном рынке…
— Пожалуйста, мисс! Можно я продолжу?
— Давайте! Мне не терпится опровергнуть вас.
— Фред Хаузер рассказал нам, что становится всё сложнее находить лёд. Это чистая правда. В настоящее время это не больше чем скверная новость, но для наших внуков это обернётся настоящим бедствием. Луна-Сити следовало бы использовать сейчас ту же самую воду, что и двадцать лет назад… постепенно добавляя к ней воду, добытую изо льда, для того чтобы обеспечить потребности растущего населения. Но если задуматься, то мы используем воду только один раз — в одном полном цикле, тремя разными способами. А затем отправляем её в Индию. В виде пшеницы. Несмотря на то что пшеница обрабатывается вакуумом, она тем не менее содержит в себе столь драгоценную воду. Зачем нам отправлять воду в Индию? У них там целый Индийский океан! Но то, что содержится в этом зерне помимо воды, — ещё большая ценность, которой недопустимо разбрасываться: минеральные вещества для растений получить труднее, чем воду, несмотря даже на то, что мы извлекаем их из скальных пород. Товарищи, поймите же меня: каждая партия груза, которую отправляют на корабле на Землю, обрекает ваших внуков на медленную смерть. Чудесный процесс фотосинтеза и круговорот веществ в пищевых цепочках, включающих в себя растения и животных, представляют собой замкнутый цикл. Вы разомкнули этот цикл, и теперь ваши жизненные силы утекают вниз, на Землю. Вам не нужны никакие высокие цепы — деньги нельзя есть. Вам нужно — всем нам нужно — положить конец этому расточительству. Эмбарго, полное и абсолютное. Луна должна быть самодостаточной!
Около дюжины людей принялись кричать, требуя, чтобы им предоставили возможность высказаться, ещё больше народу заговорило, и председатель застучал молоточком. Поэтому я и не заметил того, что произошла какая-то заминка, до тех пор пока одна из женщин не завопила. Тогда я огляделся вокруг.
Все двери были распахнуты, и в проёме одной из них я увидел троих вооружённых людей в жёлтой форме, которую носили охранники Надсмотрщика. Около главной двери, находящейся в дальнем конце зала, находился человек с мегафоном, рёв которого перекрывал и шум толпы, и звукоусилительную систему.
- ВСЁ В ПОРЯДКЕ! ВСЁ В ПОРЯДКЕ! — прогромыхал он. — ОСТАВАЙТЕСЬ НА СВОИХ МЕСТАХ! ВЫ ВСЕ АРЕСТОВАНЫ! НЕ ДЕЛАЙТЕ ГЛУПОСТЕЙ, СОХРАНЯЙТЕ СПОКОЙСТВИЕ! ВЫХОДИТЕ ПО ОДНОМУ. ДЕРЖИТЕ РУКИ ВЫТЯНУТЫМИ ПЕРЕД СОБОЙ, В РУКАХ НИЧЕГО НЕ ДОЛЖНО БЫТЬ.
 
Коротышка сгрёб в охапку своего соседа и швырнул его на ближайшего из охранников. Двое охранников упали, третий открыл огонь. Кто-то завизжал. Тощая рыжеволосая девчонка лет одиннадцати или двенадцати кинулась под ноги третьему охраннику и, подкатившись к нему, ударила его под колени — он упал. Коротышка, взмахнув рукой, толкнул Вайоминг Нот себе за спину, стараясь прикрыть её своим большим телом, и, закричав: «Ман, позаботься о Вай — держись рядом с ней!» — двинулся к двери, расшвыривая окружающих налево и направо, словно детишек.
Крики стали громче. Я почувствовал запах — ту самую вонь, которую ощущал в тот день, когда лишился руки, — и с ужасом осознал, что стражи порядка используют не пистолеты с парализующими зарядами, а лазеры. Коротышка достиг двери и схватил своими огромными руками сразу двух охранников. Рыжеволосой девочки нигде не было видно. Охранник, которого она свалила, стоял на коленях, опираясь руками об пол. Я ударил его левой рукой в лицо и, судя по тому, как резко удар отдался мне в плечо, сломал ему челюсть. Должно быть, я замешкался на мгновение, поскольку Коротышка подтолкнул меня и заорал:
— Пошевеливайся, Ман! Уведи её отсюда!
Правой рукой я обхватил Вайоминг за талию, заставил её перепрыгнуть через охранника, которого приложил, и потащил её к двери. При этом мне пришлось столкнуться с некоторыми трудностями — кажется, она не хотела, чтобы её спасали. Когда мы оказались за дверью, она попыталась притормозить, но я шлёпнул её по нижней части спины, вынудив бежать вперёд, чтобы не упасть.
Я оглянулся назад. Коротышка ухватил ещё двух охранников за шеи. Он ухмылялся, когда стукал их головами друг о друга. Их головы треснули как яичная скорлупа, и Коротышка закричал мне:
— Беги!
Я бросился вперёд, вслед за Вайоминг. В тот момент Коротышке не нужна была моя помощь, и тем более она не могла ему понадобиться в дальнейшем. И я не мог допустить, чтобы его последнее усилие пропало даром. Поскольку я увидел, что охранников он убивал, стоя на одной ноге. Другой ноги, начиная от бедра, у него уже не было.
  
3
 
Вайо находилась на середине пандуса, ведущего наверх, на уровень шесть, когда мне удалось нагнать её. Она не замедлила шаг, и для того, чтобы успеть попасть вместе с ней в воздушный шлюз, мне пришлось крепко вцепиться в ручку его двери. Там я заставил её остановиться, стянул с её кудрей красную кепочку и сунул её в свою сумку.
— Так-то лучше!
Свою собственную кепку я где-то потерял ещё раньше. Выглядела она напуганной. Но ответила:
— Да. Ты прав.
— Прежде чем мы откроем дверь, — сказал я, — ответь: ты направляешься сейчас в какое-то конкретное место? И как поступить мне? Остаться и постараться сбить их со следа? Или пойти с тобой?
— Я не знаю. Нам бы лучше дождаться Коротышку.
— Коротышка мёртв.
Её глаза расширились, но она ничего не сказала.
— Ты остановилась у него? Или у кого-то ещё? — спросил я.
— Для меня был забронирован номер в отеле, в гостинице «Украина». Я не знаю, где она находится. Я приехала слишком поздно, у меня не было времени, чтобы подтвердить заказ.
— Это то самое место, куда тебе точно идти не следует. Вайоминг, я не имею понятия о том, что происходит. Я впервые за несколько месяцев увидел в Луна-Сити людей из охранки Надсмотрщика. И я никогда не видел ни одного из них без того, чтобы при этом не было важной персоны, которую они охраняют. Ты могла бы пойти ко мне домой — но меня, возможно, уже тоже ищут. В любом случае нам следует держаться подальше от людных коридоров.
Кто-то принялся колотить в дверь, выходящую на шестой уровень. Сквозь стекло круглого смотрового окна на нас уставилось маленькое личико.
— Здесь нельзя оставаться, — сказал я, открывая дверь.
Ростом девочка была мне по пояс. Она подняла глаза и сказала с насмешкой: