Старшая школа Йокай 2 (СИ)

— Мощно, — до Томоко дошло, почему эта страна вышла победителем Великой Отечественной.
— Ага.
Мы успели обойти Государственный исторический музей Южного Урала, сфотографироваться с памятником профессиональному нищему, сделать селфи на фоне нулевого километра, посмотреть в зеркало рядом с бронзовой статуей модницы, узнать историю о подковавшем блоху левше в моем исполнении (понятия не имею, что здесь делает эта статуя, но раз уж к слову пришлась), а также послушать байки о метеорите и даже купить пару украшений с ним (для пущей важности к каждому полагался сертификат; Уэно очень обрадовалась скромной подвеске, на которую засматривалась аж с уличной витрины). Уральские пельмени оказались вкусны, а конфеты в виде пельменей — еще и зрелищны. Челябинский Арбат подошел к концу. Наступал вечер. На одной из сторонних улочек мы умудрились потерять Томоко.
— Блин, у вас женщины ужас какие высокие, — сокрушался недзуми, пытаясь унюхать следы великанши. — И везде пахнет сталью и пылью.
— Да ладно, сейчас разберемся, — инугами был настроен куда оптимистичнее. — Городишка невелик, обойдем его за миг.
Я вспомнил, что современный Челябинск — это город-миллионник, и не был так оптимистичен.
* * *
— Вай дэвущка! Дэвущка! Ты потерялся?
— Да, да, — Томоко была счастлива, что ее растерянный вид заметили. — Я идти в компании японских друзей, и я отойти, а они идти дальше.
— Тссссс! Она нерусская!
— Зато красотка какая, только посмотри! Плечи во! Жопа во! Отличная невеста, говорю тебе!
— Так ни на каком не говорит, ни на татарском, ни на русском! Бурятка, может? Башкирка?
— Тэбэ это важно, дааа?
— И одета нармально! Не как эти голые девки! Да отличная жэ!
— Эй, дэвущка! Говоришь, они идти дальше, а ты нет? Давай поможем тебе?
— Да! — закивала Томоко. — Помочь мне, пожалуйста!
— Сэйчас всэх найдем! Пойдем искать!
Трое широкоплечих мужчин монголоидного вида располагали внешне и выглядели дружелюбно. Томоко не подозревала, что ореол обитания татарских семей не ограничивается Татарстаном, и уж тем более не знала об их традициях.
Когда они оказались на окраине города, великанша начала что-то подозревать. А когда ее подвели к большому черному гелендвагену, и вовсе поняла, что что-то пошло не так. Настала пора спасаться.
— Здесь явно нет мои друзья, — с грустью произнесла она, и ее темные глаза налились крупными слезами.
Парни окружили ее, наперебой успокаивая.
— Да дарагая, сещас тебя замуж вот этот возьмет, — «вот этот» был сразу показан, — и утешит нармально! Слава Аллаху, ныкакые друзья будут нэ нужны!
А, так вот во что я влипла, осознала девушка. Вообще-то не худший вариант…
Она достала из сумки бутылку холодного чая, прихваченную в каком-то магазине, и коробочку с конфетами.
— Сейчас одну я съесть и успокоиться, да? Давайте тоже по несколько конфета со мной, — она протянула руку с коробкой. Оттуда смотрели великолепные сувенирные сладости из белого шоколада, удивительно похожие на пельмени. Тридцать штук. Она укусила одну за бок. Парни, набросившись на халяву — девушка же предлагает! — подвоха не заметили. С тем же успехом она могла предложить им свинину. Тот, кто никогда в жизни ее не ел, имеет нулевые шансы опознать, чем его угощают.
Через десять минут лыка не вязал ни один из парней. Коробка была взята в подарок для Кощеева семейства, а конфеты были со златоустовской водкой двойной крепости. Наливали в Златоусте от души: абсолютно непьющим мусульманам хватило бы по две штуки. Они сожрали по пять, прежде чем поняли, что шестую не успеют.
— Vot etot, значит? Отличный сувенир. Ни у кого такого не будет.
Довольная Томоко открыла карту смартфона. Спутниковая навигация подключилась быстро. Zero kilometer нашелся моментально. Она забросила неудавшегося жениха на плечо и отправилась обратно к центру. Бесплатный вайфай в ближайшей кофейне работал сносно.
«Встретьте у нулевого, я нашлась».
«Ура!»
* * *
— Томоко-тян, у тебя… на плече что-то.
 
Прохожие оглядывались, но картина их не очень удивляла. Одна узкоглазая девица в компании таких же монголоидов и тощего седого славянина держала на плече другого узкоглазого. Перебрал, наверное. Не бросать же его теперь, в самом деле?
— Да, это мой сувенир. Ни у кого такого нет.
Она вкратце рассказала, куда делась. Мы с большими глазами смотрели на нее.
— И ты в самом деле думаешь… эээ… оставить его себе?
— А почему нет? — удивилась она. — Ему ж главное не наливать. А так в хозяйстве штука полезная. Пусть со мной покатается.
Я мог понять подобранного на улице котенка. Щенка. Змею, в конце концов. Мало ли кого дома держат особые любители. У некоторых даже есть африканские улитки и ежи. Но вот так забирать с собой парня только потому, что он хотел похитить тебя…
Цинизм, впрочем, взял свое.
— Ну, нам осталось добраться до вокзала. Если не передумаешь — нужно найти его документы и купить ему билет. Гулять так гулять, — я в целом был не против поиздеваться над теми, кто намеревался поизгаляться над моими друзьями. — Кавагути-кун, тебя не затруднит найти у него вот такую штуку?
Я продемонстрировал гражданский российский паспорт. Недзуми кивнул и через четыре секунды держал в руках такой же, но в понтовой золотой обложке.
— Ну, Томоко-тян, давай увидим, какую фамилию ты бы носила, если бы была менее изобретательной. И, кстати, конфеты не ешьте помногу, там…
— Да, — Изаму сморщил нос. — Фонит жутко. Я такое не ем.
— Константин-кун, ты меня сильно недооцениваешь, — великанша вспыхнула. — Когда защищаешь свою жизнь, о «рей» как-то не думаешь.
Да знаю я, чем закончилась бы история. Помятый гелендваген, помятые похитители, непомятая Томоко, но далеко не так задорно, как вышло в итоге.
— Я в тебя более чем верю, — мягко произнес я, — но что бы ты тогда рассказывала в качестве историй из отпуска?
Айсонаку Уэно вернулась из магазина. В ее сумке были перекусы на ближайшие сутки и коробка конфет на замену той, которую Томо пожертвовала в честь своей неудавшейся свадьбы.
Я стоял столбом. Потому что в паспорте было написано «Таир Тахирович Тугарин».
Или я все-таки бака, или…
— Уэно, милая, поставь, пожалуйста, сумочку на землю. Ей хуже не будет. Мы задержимся на еще пять минут.
— Легко, — она заглянула в мой смартфон, где висело окно ввода данных для покупки железнодорожного билета. — А этот красавец теперь с нами, да?
— Теперь да, — я предвкушал гранд шкандаль, который разразится дома. Родные оценят юмор.
Билеты, к несчастью для Таира Тахировича, в продаже были. Я присмотрел один рядом с нашим отсеком.
Ну блэт, молись, змеиное отродье. Если твой отец узнает…
— Надо попросить Лену приготовить попкорна. Ведро. Каждому.
Кажется, я произнес это вслух. Компания заметно повеселела.
— Здравствуйте, — мы заходили в поезд, и я протягивал проводнице паспорта по одной штуке. — Вы простите великодушно, наш товарищ чуть-чуть перебрал, но мы ответственные и поэтому донесем его куда требуется. Он не буйный.
— Да ничего, здесь вахтовики ездят. Вы по сравнению с ними просто зайки, — улыбнулась служащая, сверив все данные. — Ваши места…
Ехать было еще сутки. Главное — не прошлепать, когда эта татарская зараза проспится с тех трех капель водки, которые в него попали. Я привязал его за ногу навьей веревкой, а второй конец шнура закрепил себе на запястье. Дальше тамбура змееныш никуда не денется.
  
Глава 6
 
В поезде было уютно и ничем не пахло. Вахтовики были, как выразилась наша общительная проводница Ольга, «не сегодня». Ее облегченный выдох по этому поводу был слышен, наверное, где-то в Центральной России. Вагон обещал быть полупустым.
Изаму уткнулся в смартфон. Пиратство он оценил несколько неожиданно.
— Это что же, — изумленно смотрел он в мерцающий экран, — мне теперь вообще никогда работать не нужно?