Отверженная жена Альфы Теней (СИ)

– «Не самый худший», – потрясенно пробормотал Матлер. – В замке Теней ты вела себя совершенно иначе.
– Чего только не сделаешь и не скажешь по глупой влюбленности, – махнула я рукой на своё бывшее пришибленное поведение. – Самой неловко, когда вспоминаю, какой была дурочкой. Спасибо, что быстро вытравил из меня наивную веру в сказки. И что теперь мы можем говорить с тобой как взрослые люди.
– И о чем ты хотела поговорить со мной по-взрослому? – выделил вервольф последнее слово бархатными интонациями. И, уже вернув себе самообладание, плавно обогнул край стола, усевшись прямо на столешницу в паре сантиметров от меня.
И вроде я понимала, что это очередная провокация, но поделать с собой ничего не могла. Возможно, Дилин и в самом деле чем-то ядреным приправил сушеную устрицу, но реагировала я на Альфу весьма и весьма однозначно. Он так и притягивал к себе неуловимой аурой властной самоуверенности, которая так обезоруживающе действует на большинство представительниц нашего пола. А манеры Матлера были еще и приправлены некой искушающей обольстительностью. И мне приходилось прикладывать усилия, чтобы не замечать особого шарма этого роскошного самца, без зазрения совести демонстрирующего мне свою привлекательность.
Но мой обжегшийся не раз и заострившийся разум, к счастью, не дремал. И сделал молниеносный вывод, что при всей высокой самооценке Матлера болезненно задевает любой намек на отсутствие моего интереса к нему как к мужчине.
И это открытие придало мне твердости, которую Альфа пытался расшатать своими неожиданными переходами от резкости к соблазняющей манерности.
– О чем-то обыденном и приземленном, – опустила я зазнавшегося «Казанову» с небес. – Например, о шахтах.
– О чём о чём?? – откинул он одним легким движением головы шикарную посеребренную прядь, успевшую упасть на высокий лоб. Так, будто смахнул с себя флёр, которым сам же пытался окутать нас двоих.
– У тебя случаем не найдется малоуспешной шахты, в которой вместо магических кристаллов нашли каменную соль? – поинтересовалась я у вмиг помрачневшего Альфы. – Как я понимаю, раньше её добычей заниматься никто не пробовал. Озёрных поставок всему миру хватало.
«Эх, не клеится у нас с тобой общение с элементами флирта», – понимающе усмехнулась я, глядя в задумчивое лицо не своего супруга.
– Откуда про кристаллы узнала? – сцепил он руки на груди, рассматривая меня всё с большим и большим интересом.
– На ужинах много о чем болтают, – доложила я нашему вожаку, очевидно, впавшему в информационную изоляцию.
– Ясно. Шахты есть, – кивнул он, поразмыслив и сделавшись вдруг совершенно серьезным. – И идея стоящая. Надо будет просмотреть карту с точками добычи, может, найдется еще с десяток-другой подобных.
И я, пожалуй, передал бы их под твоё управление за небольшую ответную услугу. Да вот только...– потер он резкую линию подбородка, – сама ты... не перестаешь поражать, – с выжидающим прищуром улыбнулся он мне одними уголками губ, будто ждал какого-то признания.
Однако его, естественно, не последовало.
– Ты, на удивление, тоже, – улыбнулась я. – Что за неуместный торг, Альфа? – картинно упрекнула я его. – Разве это не на пользу твоему же клану?
– На пользу. Вот только жителям плевать, кто именно будет всем этим руководить. А мне что-то подсказывает, что тебе бы очень хотелось присмотреть за всем процессом лично, – лукаво заметил Матлер.
– О какой услуге идет речь? – не стала я спорить со столь обоснованными доводами.
– А вот об этом – позже, – так же мягко поднялся он со стола и оставил меня в приподнятом настроении, пожелав хорошего дня.
«А с Альфой можно договориться», – довольно признала я.
***
– Они спят в разных спальнях, – слышу я еще на подступах к малой гостиной.
– Уверена? А Джурьет говорила, что у них всё хорошо, – отвечает вторая Волчица. – Хотя я, конечно, тоже не поверила. Иначе Альфа не привез бы с собой Эдель.
– Ой да ладно-о, – тянет та, что надеется продвинуть своего супруга на место Матлера. – Эта заносчивая пустышка надоела ему еще в прошлый сезон Охоты. Не удивлюсь, если он привез свою опостылевшую подстилку, чтобы бросить ее тут, подальше от замка Теней. Как и скучную супругу.
 
– Ага, – довольно хихикает вторая. – Этот особняк так и превратится скоро в кладбище Брошенных Фавориток. Не так ли, Милана? – чувствуется в ее голосе издевка, когда она обращается, видимо, к первой двице, потому что огрызается в ответ именно та:
– Меня Матлер не бросал, если ты на это намекаешь, старая падальщица! – вызверилась няшная Милана, которую я запомнила благодаря особому оттенку ее серебристых волос, характерных для Серых волков. – Мы бы с ним до сих пор были вместе, если бы не колдовство. Скажи, Мадлена! – призвала она на помощь «деятельную женушку». – Это же всё та Ведьма виновата, что приворожила Альфу и сгинула потом. Он даже Эдель лишь потому и приблизил, что она тоже светленькая, из Северных вервольфов. И чем-то на его ведьму Элис похожа.
– Ну ты-то на нее ничем не смахиваешь, – насмешливо заметила «падальщица». – А Мадлена и сама на свадьбе Альфы была. Да видела, что в жены он взял вовсе не тебя после того, как любовные чары спали.
– А с чего ты взяла, что они спадают со временем? Ведьмовской приворот так просто не сходит. Даже Альфу обольстить может на долгие годы и от пары его отвратить. Это всем известно!
– Еще скажи, что ты его пара? – рассмеялась подтрунивающая над ней Волчица.
– А может и так? Не зря же я самая ослепительная в клане, – с гонором и без всякого смущения заявила Милана.
«Нет, ну это никуда не годится! Стою тут как коврик у входа, об который все ноги вытирают! – подумалось мне. – Матлер мне, разумеется, никакой ни муж. Но мерзавки же эти иначе считают. И выходит, что они надо мной сейчас тоже посмеиваются, перемалывая косточки Альфе и его любовницам. Причем так, будто я вообще пустое место при всех них!»
И у меня аж зубки клацнули от возмущения, когда я зачем-то ринулась отстаивать свою исключительную «обаятельность и привлекательность» в Серых землях.
– Добрый день, милые дамы, – вежливо поздоровалась я, проходя в гостиную.
И никакого конфуза на лицах хищниц.
Даже наоборот! Они обернулись ко мне, радостно сверкнув глазками. Словно им свежатину подвезли, и теперь можно ядовитые клыки еще и на мне опробовать.
– Джина! Дорогая, – встретила меня Мадлена как родную, похлопав ладошкой по диванной подушке рядом собой.
Как-будто ждала, что я как ручная собачонка запрыгну туда, счастливая, что меня приглашают на огонек главные сплетницы двора.
Презрительно проследив за ее жестом, я демонстративно прошла и села в пустующее во главе журнального столика кресло.
Когда здесь собиралось больше народу, в нем обычно восседала Джурьет. А однажды я видела на этом почетном месте и самого Матлера, что-то обсуждавшего с вервольфами за чашкой кофе.
Сейчас «царское» кресло пустовало. Я так понимаю, из уважения к хозяевам.
– Эм-м, тебе лучше пересесть, – посоветовала мне самая крупная «колючка» в комнате.
А по изумленным мордочкам Волчиц было несложно понять, что я угадала с выбором «тронного сиденья».
– С чего бы? – устроившись поудобнее, как ни в чем не бывало обратилась я в основном к заводиле Мадлене. – Да вы не стесняйтесь, продолжайте, девочки. Так кому еще из сереньких обитательниц замка Ведьма Элис помогла стать еще более незаметными и переехать подальше от моего Волка? – как бы невзначай поправила я свои огненные локоны. – Сможете предоставить полный перечень? Я тут подумала, а не исправить ли мне несправедливость, учиненную моей предшественницей-ведьмой по отношению к ним?
– Это как же? – потрясенно вперилась в меня глазками себялюбивая красотка Милена.
– К примеру, собрать всех дам, изгнанных из замка Теней, и отправить их обратно туда же. Раз пребывание в этом бесподобном Особняке их так угнетает, – изобразив театральное сочувствие, улыбнулась я бывшей Матлера.