Отверженная жена Альфы Теней (СИ)
И мне очень хочется знать, в чем именно эта договоренность заключалась. Понятно, что в данном случае Серый клан обязан был расплачиваться не деньгами, которых у них нет. Но тогда чем?..
– А ты изменилась, – сошлись утонченные брови на переносице Матлера, неожидавшего подобного поведения от забитой Джины. – Осмелела, обзавелась излишним самомнением, – пренебрежительно искривились его красиво очерченные губы.
Я тоже незаметно изучала Матлера, вальяжно опустившегося в кресло напротив. Симпатичный гад. И хорош он не слащавой красотой, а чисто мужской, резковатой. При этом что-то в его внешности намекало на прежнюю холеность, словно старательно затёртую или истасканную временем.
– Магия Замка оставляет свой отпечаток, – выдала я второй заготовленный ответ на заданный вожаком вопрос. – И если ты надеялся встретить здесь ту Джину, которую прогнал, то зря. От её мягкости и так почти ничего не осталось из-за перенесенных унижений. А после обретения тайного дара Серого рода, моя обновленная сущность была заполнена гораздо большей силой духа, – вывалила я вслух ту околесицу, которую старательно выдумывала, чтобы объяснить перевоплощение Джины.
Это могло сработать. Хотя бы потому, что в архивах клана, найденных мной в библиотеке, не было ничего конкретного о том, как именно действует магия на его обладательницу.
К слову, там же я почерпнула необходимую информацию о местных законах. Но об этом чуть позже.
– Возомнила, что ты теперь важная персона? – продолжил он скалиться в подобии улыбки. – Надеюсь, не благосклонность Особняка утвердила тебя в этой нелепости?
– А почему бы и нет? – совсем уже не понравился мне его тон. – Моя роль в жизни клана сейчас достаточно весома, чтобы я могла ею гордиться.
– Может и так, – не стал вожак открыто признавать, что нуждается во мне. – Но вот, что я тебе скажу, куколка, – подался он вперед, продолжив говорить угрожающе тихо, – Дом не поможет тебе остаться моей женой. Считай, ты снова просчиталась, маленькая лживая полу-волчица, – твердо заявил он мне, испепеляя серым взглядом.
– Это ты меня послушай, Альфа. И, прежде чем оскорблять, прими к сведению вот что, – ответила я неменьшей неприязнью в глазах. –Что бы ни было раньше, сейчас я не собираюсь претендовать на место рядом с тобой. Я не буду тебе женой, даже если бы ты попросил об этом.
– Тогда что тебе нужно?? – сорвался его голос в рык. – Почему осталась? Позорр-рить меня своим пр-ррисутсвием?! Хочешь всем вокруг доказать, что вам с папашей всё же удалось прр-ровести меня? – посыпались на меня обвинения вперемешку с новой порцией информации.
Отец Джины всё-таки как-то обдурил Матлера. Вот почему Альфа так зол и с такой безапелляционной жесткостью пытался избавиться от неугодной жены!
Как же жаль, что я не знаю, как им удалось так взбесить этого лощеного самца?
«Чего же вы добивались, Джина?..»
Подробностей я из свирепых криков-рыков выцепить пока не сумела. Нужно, наверное, время, чтобы привыкнуть к муженьку и научиться понимать его с полурыка. Зато мне, в конце концов, удалось заключить некое подобие соглашения с Серым вожаком.
Я продолжаю общаться с Замком на благо клана. А он в ответ не препятствует моему здесь проживаю.
Криво-косо обговорив некоторые пункты, мы дошли и до супружеского долга. И вот тут-то мы и проявили вдруг завидную солидарность, когда едва ли не в один голос воскликнули:
– Даже не думай требовать от меня его исполнения!!!
И если я в ответ на аналогичное высказывание мужа пренебрежительно фыркнула, то сам Альфа – не на шутку удивился:
– Ты меня боишься? – хмуро спросил он, о чем-то поразмыслив.
Видимо, пытался припомнить, не был ли он чрезмерно груб с Джиной в их единственную ночь.
Такое, пусть и запоздалое, беспокойство всё же характеризовало Матлера с не самой плохой стороны и вызвало изумление уже у меня.
– Я причинил тебе боль? – всё больше темнее лицом, ждал он моего ответа.
Но как-то поздно вервольф задумался о чувствах бедной супруги. Исходя из этих соображений, я и ответила вовсе не то, что он надеялся услышать и успокоить совесть:
– Нет, но и особой радости не было, – пожала я плечами. – Как-то от Альфы я ждала большего, – не смогла отказать себе в удовольствии уколоть его.
О-о! Зато выражение лица Матлера в тот момент доставило мне истинное наслаждение!
– Так что в этом я с тобой полностью согласна, – словно не замечая его бесценного в ту минуту ошеломления, продолжила я, – повторять этот разочаровывающий опыт не стоит.
С этими словами я плавно поднялась и прошествовала к выходу, решив, что точка в наших переговорах поставлена. Я бы даже сказала, прибита, как и сам Альфа, пригвожденный моими откровениями к креслу.
***Позже, занимаясь повседневными делами, я еще часто представляла запечатленное в памяти лицо Матлера. И тихонько посмеиваясь, копошилась в бесконечных стопках документов с куда большим весельем.
Однако, несмотря на мои опасения, тот день прошел еще спокойнее обычного. Я даже с Джурьет и с ее одинокой свиты в лице неизменной Мелиззы ни разу за весь вечер так и не столкнулась. Хотя предполагала, что будет еще одна долгая беседа уже со свекровью.
Ужинала я прямо на кухне, но и Магарт на этот раз сказался сильно занятым из-за приезда Альфы и куда-то сбежал.
А вот в спальне меня сегодня ночью ждал сюрприз!
Я аж подпрыгнула на места, войдя в комнату и заметив кого-то спящего в своей постели!
В сумраке плохо освещенного помещения мне на мгновение почудилось, что это задетый за живое Альфа прискакал супружеский долг взимать.
Однако, уняв клокочущее сердцебиение, я заставила себя присмотреться лучше. И тут уже обнаружилось, что в моей кровати мирно посапывает Дилин!
– Ты что тут забыл? – потрясла я парня за плечо, чтобы поскорее разбудить.
– Забыл? Я опять что-то не донёс? – сонно пробормотал он, приоткрыв веки.
– Не знаю, что ты там несешь, но делай это не в моей постели, – переиграла я его слова.
– А-а, это ты? – протянул Дилин. – Ну тогда нестрашно.
– В каком смысле? – неожиданно задело меня сказанное. – То есть мне можно и не приносить требуемое?
– В том самом смысле, что таким, как ты всё равно будет мало, – сел он, наконец, окончательно проснувшись. Еще и раздраженно указал на высокую связку обещанных мне книг, брошенных им у окна.
– А ты еще и философ, – подтрунивающе покачала я головой. – Ладно. Вставай уже. А то мне придется спать на софе.
– Да? – озабоченно присмотрелся от к названному предмету мебели. – Хорошо. Но только ради тебя!
Однако почему-то улегся обратно в мою постель!
– И?? – огорошенно уставилась я на укутавшегося с головой Темного.
– И-и… я согласен по твоей просьбе закрыть глаза на бубнёж своей совести. Спи на софе. Я как-нибудь перетерплю грызущую меня вину, – вылез его нос из-под края одеяла, а через секунду парень уже сладко храпел всей своей тёмной душонкой.
«Не раскладушку же мне у шикарного Особняка выпрашивать!» – с досадой озиралась я.
Но так ничего дельного и не придумав, устроилась рядом с Дилином. Только подушку переставила в изножье кровати.
В конце концов, собственный фамильяр мне не опасен. Об этом говорилось во всех найденных в библиотеке источниках.
Однако чего там написано не было, так это того, что фамильяры – народ крайне взбалмошный и своенравный! А еще ученые мужи не догадались прикрепить инструкцию по дрессировке особо наглых индивидуумов...
***– А кто принес завтрак? – приятно удивился Дилин, вышедший из ванной комнаты в одном полотенце, обернутом вокруг бедер. Моём полотенце…
Я же сидела на софе, подобрав ноги под себя, и с увлечением листала раздобытые им справочники.
Наше общение всё больше напоминало мне студентов общежития, которым выдали одну комнату на двоих, несмотря на разные интересы и воспитание.
– Это Особняк приготовил. Мы с ним подружились пока тебя не было. Угощайся, – подняла я голову, чтобы приглашающим жестом указать ему на прикроватный столик.