Утопающий во лжи 15 (СИ)

Опять же, получив огромную силу и по факту возможность ограниченно пользоваться магией, пусть и в специфической форме эссенции Небесного огня, я обрела новый уровень могущества в этом мире. К тому же и сознание моё словно бы изменилось. Мир предстал передо мной в ином свете, более ярком и одновременно более тёмном. Я видела связи, которые раньше были скрыты, понимала закономерности, что прежде казались хаосом. Хотя, возможно, всему виной была не природа огненного нефилима и возможность принимать почти что нематериальное состояние тела, когда я могла превращаться в живое пламя, теряя плотность, но сохраняя форму.
  
Наверняка дело было в сильно подскочившем уровне параметра Интеллект, с тридцати до пятидесяти единиц, скачок головокружительный, что позволило посмотреть на происходящее под другим углом. При этом, возможно, более спокойно оценивать ситуацию, не поддаваясь эмоциям. Хотя, скорее всего, я себя попросту обманывала, утешая тем, что Господин по-прежнему жив, что там, в неведомых глубинах мироздания, Он продолжает своё существование. При этом я ни на миг не допускала, даже ничтожной, микроскопической возможности, что Он бросил меня в этом зловонном мире жуков, оставил умирать в одиночестве среди хитиновых монстров.
Нет! Он не мог так поступить. Не мог и не поступил. Я верила в это с силой истово, Он всегда был ко мне добр, с самого первого дня нашего знакомства.
Так вот, атаковать инсектоидов, точнее, их гнёзда, эти зловонные скопления жуков, я приняла решение более аккуратно, с ювелирной точностью. Используя силы только штурмовых отрядов, элиты моей армии, гигантов в шесть локтей ростом, облачённых в экзокостюмы Крушитель Зертос. Не рискуя рядовыми гвардейцами, чьи жизни были менее ценны в тактическом смысле, но более важны в стратегическом.
Ведь для их восстановления от всевозможных ран приходилось тратить драгоценные и довольно редко выпадающие карты навыков Регенерации Е ранга. Эти Системные карты, светящиеся тусклым зеленоватым светом, были невероятно ценны. Только так, только используя их, удавалось без применения заклинаний залечить серьёзные раны, когда плоть была рассечена до кости, когда внутренности вываливались наружу.
При том что мысль использовать оставленную господином шкатулку Тризиастра, где в замедленном течении времени, в искривлённом пространстве внутри артефакта, гвардейцы могли пользоваться безраздельно магией, постоянно приходила мне в голову. Пусть и это требовало бы в тысячу раз больше времени снаружи, один день в шкатулке равнялся тысяче дней в реальном мире. Но слишком это выглядело рискованным, слишком опасным для моей души и разума.
Незначительные, на фоне создателя шкатулки, мои пятьдесят единиц в параметре Интеллект, не сказать, что внушали мне уверенность в противостоянии великой сущности, скованной в артефакте. Скорее даже наоборот, высокий интеллект подсказывал с кристальной ясностью, что потерять себя таким образом более чем реально. Что падший нефилим мог поработить мой разум, превратить меня в марионетку, действующую по его воле. Фиаско этого я допустить не могла ни при каких обстоятельствах. Ведь я не допускала даже малейшую возможность подвести моего Господина, нарушить Его доверие.
Так что, обладая практически безграничной мобильностью, благодаря крыльям и способности перемещаться через пламя, двигалась в стихийном пламени. Ведь оно не вызывало вибраций магического фона, на которые могли наводиться инсектоиды своими хитиновыми усиками-антеннами. Используя свои расовые преимущества, я точечно уничтожала сильных инсектоидов. Хозяев гнёзд, огромных, раздувшихся маток, что порождали тысячи личинок, не давая и лазутчикам сбегать с поля боя. Таким образом лишая соседние ульи получения информации, держа их в неведении о судьбе собратьев.
Да и рывки сквозь пламя на сотни шагов, когда я буквально растворялась в огне и материализовалась в другой точке, легко помогали избегать ударов Пожирателей с их кислотой. Эти твари плевались едкой субстанцией, что прожигала даже сталь, но меня они достать не могли. Как и посмертные взрывы Пепельных сколопендр, когда эти проклятые создания, умирая, детонировали, взрываясь словно небольшие звёзды, затапливая всё вокруг плазмой.
В целом, как ни странно, но именно эти два вида инсектоидов наносили больший урон моей армии, а не умеющие скрываться под невидимостью Жнецы или даже огромные Крушители подземелий. С теми справиться, как оказалось, было куда как легче, несмотря на их устрашающий вид, скорость и размеры. Ведь эти твари, при всей их разумности, относительной, конечно, жаждали атаковать самых сильных противников, движимые инстинктом хищника, что выбирает достойную добычу.
Коими они всегда считали либо меня, парящую на огненных крыльях богиню смерти, либо Тхагаси, ледяного гиганта-демона, что случалось максимально часто. Вот лишь только навредить огромному мериоту они никак не могли, как ни старались. Ранить, да, выбить глаз, содрать кожу, проломить грудную клетку, но убить? Это уже было нереально, за гранью их возможностей.
Потому как выстрелы Жнецов инсектоидов, костяные шипы, пропитанные ядом, в лучшем случае могли лишить глаза гигантского ледяного демона, заставить его взреветь от боли. Но пробить череп уже не могли, кость Тхагаси была твёрже алмаза, закалённая стихией холода. Тогда как Крушитель подземелий, эта огромная тварь размером с многоэтажный дом, просто погибал в порывах разъедающего всё на своём пути ледяного дыхания, не сумев ему должным образом сопротивляться. Вымерзая заживо, превращаясь в ледяную статую, которая сразу же рассыпалась на тысячи осколков, откалываясь от ещё живого тела ледяной взвесью.
При том что регенерировал Тхагаси просто с чудовищной скоростью, раны затягивались на глазах, плоть нарастала, кости срастались. Особенно когда в пожирании душ он не был ограничен, как раз во время восстановления полученных ран. Он просто разевал пасть и вдыхал эссенции убитых жуков, их жалкие подобия душ, буквально питаясь смертью.
Да и в целом мне было ясно с холодной очевидностью, что инсектоиды брали как раз количеством и своим бесстрашием, они шли в атаку волнами, не страшась смерти — но не уникальностью или боевой выучкой. Они были солдатами улья, лишёнными индивидуальности, управляемыми коллективным разумом.
Хотя предупреждение о могуществе существ С ранга, о тех чудовищах, что превосходили всё, с чем я сталкивалась, о которых предупреждал Господин, я никогда не забывала и была осторожна. Его слова звучали в памяти как набат: «С рангом С шутить не получится. Там начинается истинная сила, способная менять рельеф гор и даже реальность по своему желанию». Хотя и были у меня алчные мысли и надежды, опасные, соблазнительные, что даже с такими тварями я могла бы справиться.
Ведь пусть Королевская сколопендра будет длиной хоть в целую версту, чудовищный червь, способный проглотить деревню целиком, только что? Сжигать её будет долго, вот и всё. Небесное пламя моих крыльев справится с любой тварью, нужно только время и терпение. Впрочем, высокий интеллект позволял подавлять такие глупые и кровожадные мысли, гасить их в зародыше, не давая превратиться в самоубийственные решения.
Опять же, развернув производство реплик доспехов Крушитель Зертос, на производственном комплексе, который гудел день и ночь, в скором времени вся армия будет укомплектована в эти комплекты. Защищённые от большинства рядовых травм, что серьёзно уменьшит необходимость ротации войск и их отдыха в лазарете.
  
К тому же ресурсов для создания реплик технодоспехов, было ещё примерно на три с половиной тысячи экземпляров.
Что касалось моих штурмовых отрядов, которые постепенно превращались уже в полноценные сотни, то добывать карты навыков Гигантизм, хоть и было не просто, требовало убийства определённых видов жуков, но их приток не оскудевал. Всё же все Стражи, Ратники, Пожиратели и Жнецы инсектоидов имели эту врождённую особенность тела, эту способность к росту. Так что постепенно запас этих карт пополнялся неуклонно, как и ряды могучих воинов в моей армии.