Утопающий во лжи 15 (СИ)

— В каком это смысле «последний»? — моментально задал я тут же следующий вопрос, словно инстинктивно. Почувствовав в его словах что-то важное для себя лично, для понимания происходящего.
— Не зря Таталем Со отзывался о тебе как не о самом смышлёном подчинённом, — горько усмехнувшись, ответил господин Журек. Насмешка была очень явной и от того ещё более обидной. — Господин Таталем Со подарил мне его в своё недавнее посещение моего поместья. Тогда как если бы ты пораскинул своими извилинами чуть лучше, то, учитывая, что его в этом лагере сейчас нет, то не думаю, что мы его хоть когда-то увидим снова… Если, конечно, сами выживем, доживём до конца этого вторжения инсектоидов. Ты же понимаешь, что и тысячник Тарак Кровавый куда-то пропал? Исчез, словно его и не было никогда…
  
— Простите, господин Журек, — ответил я честно, опустив взгляд. — Просто переживаю за своего командира, за господина Таталема Со. Да и чего уж там, с ним было бы куда спокойнее переживать это вторжение инсектоидов, под его крылом.
— А ты молодец, Леур, — произнёс неожиданно довольным тоном господин Журек, одобрительно кивнув. И уже чуть тише добавил — Может, зря на тебя наговаривал господин Таталем Со, что ты слабак, что одержим глупостями. Вот даже от своей новой боевой формы я вижу, ты получаешь удовольствие и радость. Не стонешь, не жалуешься. Может, ты когда-то даже поймёшь, что картины и мнение совершенно посторонних для тебя аристократов — это не стоящие внимания мелочи, пыль на ветру.
Отвечать на этот очередной выпад я не стал, слова застряли в горле. Не потому, что боялся куда более опытного полусотника Журека, хотя чего уж там, и страх тоже имел место быть, холодил кровь. Возможно ещё и, наверное, из-за понимания правдивости этих слов, горькой истины.
Ведь сейчас мне было абсолютно плевать на любые картины мастера Истрата, эти бесполезные холсты и мёртвые краски на них. Как и на мнение хоть самого префекта из столицы, хоть самого Лорда. Да, я был готов проклясть их всех, и Лорда, и самого Антероса, позволившего такому случиться, бросившего нас.
Даже нурглы были честнее по сравнению с этими тварями, по крайней мере, не притворялись защитниками. Оставившими нас на произвол, умирать одних. Да чего уж там нас… Меня! Лично меня, Леура, что так верил, так служил этому проклятому Антеросу! Возносил ему молитвы почти каждый день!
Из дальнейшего же разговора выяснилось, казалось, самое главное, а именно — информация, что меняла всё. Причём как ещё сильнее пугающее, так и дающее надежду. Ведь господин Журек видел своими глазами, когда добирался до города через леса и поля, порталы, из которых ломились тысячи инсектоидов непрерывным потоком, чёрные разломы реальности, изрыгающие хитиновых мразей.
Ужасающий процесс этот, по его словам, скоро точно не прекратится, будет идти недели, месяцы, может годы. Откуда он мог это знать, это конечно большая тайна, но с его опытом подобную информацию он мог все же иметь. Однако, что радовало, у него был план, который мне однозначно нравился. Чёткий, продуманный, с реальными шансами на успех.
Особенно учитывая, что знаний у этого опытного офицера оказалось куда как больше, чем я мог ожидать, буквально энциклопедический разум. Один тот факт, что ему было известно построение ритуала по внедрению магического дара, это уже говорило об очень многом.
Он якобы выкупил его у шаманов из мира Айселор, за баснословные деньги, отдав все сбережения. Или нашёл древний фолиант с этими знаниями в руинах того самого замёрзшего мира, я так доподлинно и не понял из его объяснений, версия всё время менялась.
С другой стороны, очень быстро появляющиеся маги, пусть и с малым магическим источником маны первой ступени, пусть и были довольно слабы, но их количество, появившееся всего за одни сутки, однозначно впечатляли. Пятьдесят новых магов за день, просто неслыханный, особенно для нашей удручающей ситуации. Когда каждый день жуков, атакующих лагерь в пригороде, становилось все больше и больше.
Впрочем, я всё равно не мог понять поначалу, что нам дадут пусть даже десятки очень слабых магов. В борьбе против тех же Жнецов инсектоидов, против монстров D ранга. Однако уверенность господина Журека казалась заразительной, паразитическая надежда, распространяющеюся от воина к воину. Из-за чего в наш успех начинали верить все, даже самые отчаявшиеся, даже те, кто готовился умереть. Особенно что касалось серьёзно раненых, то их на ноги господин Журек тоже ставил словно по мановению, одним щелчком пальцев. Не так просто, конечно, но проводя особый ритуал, вырисовывая кровью жуков специальную пентаграмму, он активировал лечение, если меня не подводили глаза, D ранга точно.
Может, только требование ко всем солдатам изучить особенность Хитиновый покров несколько напрягала и что-то уж сильно мне напоминала методы старика Ирчина, его жестокую практичность. Однако оспаривать более чем разумные доводы по повышению выживаемости наших воинов во время таких лютых морозов, я уж точно не собирался, логика была железной.
Да и бойцы, получавшие как магический дар, причём напитывать ритуальные круги приходилось всем магам без исключения, высасывая нас досуха. Как и бесплатно полученные карты навыков Владения оружием и в редких случаях карты заклинаний, кому-то Шар света, а самым удачливым Ледяной ветер. Всё это очень быстро меняло настроение гоблинов, превращали отчаяние в энтузиазм.
Ведь всем эти, как всего через полдня уже начали называть их простые гоблины — «дары», всем точно не достанутся. Якобы ритуалов для внедрения магического дара было ограниченное количество, но я-то понимал, что это был искусственный дефицит. В этой ситуации выжить смогут только самые приспособленные, самые сильные, и так начали думать все гоблины.
Через всего три дня количество гоблинов в лагере перевалило за две тысячи, целая армия, невиданное количество, тем более под предводительством всего лишь полусотника, интенданта и одного оруженосца, но как-то господин Журек сумел всё грамотно организовать.
При этом, нам пришлось оборонять ещё несколько кварталов, расширять периметр. Особенно учитывая, как и дымы от сотен костров, чёрные столбы, поднимающиеся в небо, словно маяк, привлекали всё больше и больше выживших к нашему лагерю. Тех, кто тоже сумел сбиться в группы и укрыться в подвалах или в ближайших лесах, в пещерах, в заброшенных старых шахтах, которых вокруг пригорода было не так уж и мало. Всё же дым был виден за десятки вёрст, особенно в безветренную погоду, при ясном небе.
К тому же из-за огромного количества постоянно прибывающих инсектоидов, проблем с едой, пусть и однообразной, не было вовсе. Мы ели жуков, жарили, варили, даже запекали. Хитин крошили в муку, кровь пили как бульон. Впрочем, в опустевших домах, ледниках и подвалах ещё оставалось много еды, той, что уже не пригодится своим хозяевам. Сожранным зачастую заживо проклятыми жуками, превращённым в биомассу для их улья.
Да и улучшали ситуацию спасательно-рейдовые группы, которые сформировал господин Журек, по двадцать-тридцать бойцов в каждой. Снабдив их командиров доспехами и магическим оружием, даже повысив им превентивно уровень за свои личные ОС, вложив ресурсы, как и выдав им карты заклинаний и по одной артефактной винтовке.
Так вот, эти группы приводили не только подкрепление, точнее, чудом выживших гоблинов из руин, но и, как я видел собственными глазами, серьёзно так прореживали ряды инсектоидов, устраивали настоящую охоту. К тому же им удавалось добывать изрядное количество очков Системы, тысячи, десятки тысяч за рейд. Не говоря о тех же пустышках и других картах навыков.
  
Впрочем, толковых карт навыков моей группе из сотни воинов так добыть и не удалось, видимо, удача в эти дни была не на нашей стороне. Однако я оценил, что мне господин Журек доверил почти что полноценную сотню в командование, повысил статус, дал новый уровень ответственности.
Вовсе даже не так, как это происходило с господином Таталемом Со, не ценившим меня должным образом, третировавшим. Пусть, конечно, спустя время я и понимал, что, может, даже и заслуженно не ценившим, я был слаб тогда, труслив.