Злой Тапок (СИ)
Вспыхнувшая пальба, к которой они успели привыкнуть, медленно сошла на нет. Похоже, Алькарон был прав — с бандой «Токсичных» было покончено.
Однако тут раздался странный звук, напоминающий горн или рог, который использовали в старину.
— Это еще что? — Полоз бросил мешок, который только что тащил на собственном горбу, и схватился за автомат.
— Мары отступают, — ответил Алькарон и бросил пробегающему мимо бедуину: — Аршад! Урид уасилитэн наклиль хасат аби!
— Наам, саэди! — кивнул тот и побежал к платформе, стоящей неподалеку, прямо на площади.
Вокруг все начали бегать, паниковать, из гравиплатформ один за другим съезжали гравибайки и гравициклы, разворачивались на площади и тут же ускорялись, пропадая вдали улиц.
Тапок внимательно рассматривал транспорт бедуинов, отмечая, что каждый из байков уже был оборудованы всеми необходимыми «свистелками и перделками», как это обозвал Полоз, для охоты, боя и сбора трофеев.
Тут были и многоствольные орудия, и цепи, и какие-то копья, сети, вовсе уж странные штуковины, ни описать которые, ни уж тем боле догадаться об их предназначении нельзя было.
— Эй! Куда это они? — спросил Полоз.
— Хотим догнать маров, — пояснил Алькарон, рядом с которым остановился огроменный гравилет, — если хотите присоединиться — я не против.
— Ну что, едем с ними? — Полоз прямо-таки приплясывал от нетерпения.
Ну, оно и логично — если маров действительно осталось всего ничего, то кочевники их нагонят и порвут, а для Тапка и его команды имелся немаленький такой шанс достать необходимое для ремонта собственной платформы, ведь несмотря на все приключения, нужных деталей они так и не нашли. Пока не нашли. Конечно, с учетом имеющихся трофеев можно детали и купить, но зачем тратиться, если есть шанс раздобыть все необходимое бесплатно? Да и другими ништяками разжиться не помешает…
— Как раз и байки проверим! — поддержала предложение Полоза и Юси.
Тапок раздумывал пару секунд, и затем кивнул.
— Юху-у-у-у! — заорал Полоз, запрыгивая на свой байк.
Последняя группа бедуинов на байках уже стартовала, оставляя за своими гравибайками и тремя здоровенными гравициклами громадное пылевое облако на площади, из-за которого их оставшиеся сородичи вынуждены были закрывать лица своими платками, отворачиваться.
Алькарон замыкал колонну на своем монструозном аппарате, похожем скорее на летающий бронетранспортер.
Уже выжимая рукоять газа, Тапок сообразил, что так и не договорился с Алькароном о разделе трофеев с маров в случае успешной погони. Но впрочем, это могло подождать. Сейчас под корпус его гравибайка ложилась пустыня, и на несколько минут можно было отдаться просто гонке, скорости и пустоте, догоняя сильно оторвавшихся бедуинов. Если и было что-то, что Тапок действительно любил, то это пьянящее ощущение скорости и полной свободы.
Он еще круче вывернул газ, заставляя машину чуть ли не на дыбы встать.
Вот в чем в чем, но в «гонках» по пустыне и байках для этого бедуины точно знали толк. Байки у них действительно толковые, и свой новый Тапок уже по достоинству оценил — легкая, быстрая и маневренная машина. То что надо!
Бедуины устремились в погоню за марами. У многих из них были личные счеты к «Токсичным», так что ждать трех чужаков никто не планировал. Но и не надо было — Тапок, Юси и Полоз их догоняли. Все же не обманул Алькарон — он отдал действительно хорошие модели. Тапок сразу оценил разницу между той машиной, которая сейчас была у него, и той, на которой летал раньше. Если теперешний байк был больше похож на породистого скакуна, то старый больше напоминал вьючную лошадь, хоть и сильную, но неповоротливую, медленную.
Тапок оглянулся — где его соратники?
Юси, которая с самого начала прыгнула за руль более мощного байка, полностью разделяла любовь к большим скоростям, так что ее гравибайк шел практически впритык к машине Тапка, не обгоняя его только из вежливости. Полоз малость приотстал, что-то бормоча себе под нос.
Увы, но бешеная гонка всегда заканчивается. Спустя полчаса группа Тапка нагнала бедуинов, и пристроилась в хвост колонны. Мары же, похоже, все еще не замечали погони, или же думали, что смогут оторваться. Вот только расстояние между «Токсичными» и бедуинами стремительно сокращалось, а поднимаемый таким количеством байков песок не заметить мог только слепой.
Первая пара гравибайков бедуинов, идущая головным дозором, неожиданно превратилась в два шара моментально вспыхнувших обломков, налетев на практически незаметную в мареве пустыни мономолекулярную нить. Если бы не они, жертв было бы гораздо больше, потому что бритвенно-острая штуковина могла с одинаковым эффектом резать любое количество металла. Хотя опасность такая сеть представляет недолго — первое же касание «разряжало» ее буквально через пару секунд, но этого времени хватило, чтобы срезать двигатели, корпуса и ноги обоих седоков, отправить людей и машины кувыркаться на скорости в две сотни километров в час по барханам.
Колонна тут же притормозила, первые ряды развернулись, остановились, пилоты принялись спрыгивать с машин, когда мары нанесли свой второй удар.
Из-за холмиков с двух сторон от ловушки внезапно вылетели десять гравибайков и, непрерывно поливая застопорившуюся колонну огнем, прошли сквозь ряды бедуинов, как горячий нож сквозь масло. На каждом байке «Токсичных» сидело по двое. Один вел машину, ну а второй стрелял безостановочно.
Воя и улюлюкая, они летели на бедуинов, укрывшихся за своими байками, кружили, выбивая самых нерасторопных.
Рядом с Тапком упал один из союзников, а за ним и второй боец уткнулся в свой собственный байк, обливаясь кровью.
Ситуацию спасла, как ни странно, Юси. Именно на ее машину был заброшен Полозом «Чих» — тот самый трофейный дробовик.
Тапок отлично знал это оружие, и уж тем более знал, откуда у него такое название. Это не модель, не название от производителя, а кличка, которую получило оружие от стрелков.
Дело в том, что у «Чиха» такой разброс при выстреле, что если ты находишься близко от стрелка — выжить нет никаких шансов, даже если ты в серьезной броне.
Боевые скафандры можно было легко пробить из этой штуки — тот объем картечи, который выпускался «Чихом» при выстреле, однозначно попадал во всякие слабые места на броне — швы, соединения и так далее. Чего уж говорить о стрельбе по никак не защищенным людям?
Пользуясь как преимуществом своим небольшим ростом и габаритами, Юси смогла, особо не высовываясь, дотянуться до седельной сумки и вытащить эту огромную пушку, а потом, уперев ее в соседний байк, навести стволы примерно на цель, и нажать спуск.
Отдача вырвала дробовик из ее рук и согнула кронштейн безопасности, в который он был уперт, но своей цели Юси достигла. Четыре байка, проносившиеся мимо, накрыло облаком картечи. Из-за большого расстояния не все противники получили смертельные раны, но кроме людей на пути облака оказались и их байки. Куски стали кромсали движки, влетали в энергоустановки, колотили приборы.
Из четырех байков только один уцелел, оставшиеся три вместе со своими седоками разлетелись в стороны, врезаясь в барханы.
Один вообще на ходу клюнул носом, заискрился, заставляя своих седоков трястись в пляске святого Витта на сидениях, после чего рухнул на землю.
На четвертом стрелка снесло прямым ударом в голову, а вот водитель, укрытый за стеклом-веткоотбойником, практически не пострадал. Но испуг, испытанный им, был таков, что он положил байк на скорости в совершенно дикий вираж, после чего попытался скрыться. Такого шанса ему никто не предоставил — в его спину вонзился гарпун, сдергивая с гравибайка. Оставшийся без седока аппарат продрейфовал вдоль дюн, постепенно теряя скорость, и завис на месте.
Бедуины тут же заулюлюкали, радостно заорали, сотрясая над головами своим оружием.
На этом фланге мары были разбиты наголову.
Вторая группа маров тем временем подобралась совсем близко, и в плотно сгрудившиеся байки бедуинов одна за другой полетели бутылки с зажигательной смесью.