Злой Тапок (СИ)
Тапок на секунду высунулся из-за укрытия, оценил ситуацию и в темпе высадил по полмагазина в штурмующих. Его феноменальная меткость не подвела и сейчас — четверо байкеров будто бы споткнулись и кубарем покатились по площади. Еще несколько получили ранения, пусть и не смертельные. На ногах осталось еще не меньше пятерых врагов.
Но тут же на укрытие Тапка обрушился такой шквал пуль, что от блока во все стороны полетели крошки бетона и пыль, а сам он упал на землю, обхватив голову руками, чтобы не досталось осколками и ошметками, разлетающимися в разные стороны.
— Тапок, осторожно! — заорала Юси, указывая куда-то вперед. — У них бутылки с зажигательной смесью…
Твою мать! Этого еще не хватало. Нет, в обычной ситуации это не было проблемой — Тапок мог бы попросту расстрелять бутылки, стоило их только бросить, и тогда вся пылающая смесь обрушивалась бы не на Тапка, а как раз таки на врагов — тех, кто эти самые бутылки бы бросил.
Но это было возможно в обычной ситуации, а сейчас, когда по тебе ведут столь плотный огонь, что и голову не поднять, нечего даже думать о возможности спокойно расстрелять «летящие снаряды» в воздухе.
Поэтому он, дождавшись момента, когда пулеметчик отвлекся, перестал стрелять по его укрытию, напружинил ноги, глубоко вдохнул и, как чертик из табакерки, выпрыгнул над бетонным блоком, открыв огонь, едва только завидев противников.
Создавалось впечатление, что целиться Тапку просто не нужно и пули сами находят свои цели. Первыми двумя выстрелами он отправил на тот свет двух стрелков. Следующие пробили голову одному из метателей и руку с уже подожженной бутылью второму, отчего бутыль выпала и разбилась, моментально поджигая как незадачливого метателя, так и остальные огненные снаряды. Вспыхнул взрыв, и еще один, и еще.
Тапок нырнул назад за укрытие буквально за секунду до того, как по нему ударили из нескольких стволов сразу. От пуль он таки успел уйти, однако шрапнель из обломков бетона, этими самыми пулями и выбитая, таки его достала — мелкие камушки оставили глубокие порезы на лице, шее. Однако этим, слава небесам, все и ограничилось. Более никаких ран.
Ну а после того, как Тапку удалось подстрелить одного из «гренадеров», площадь была ярко освещена костром из пылающих содержимых бутылей, и в этом ярком свете ситуация выглядела далеко не лучшим образом.
Все пять байков, въехавших на площадь, сейчас принялись маневрировать, при этом ведя бешеный огонь куда попало. Еще и чертов пулемет то и дело тарахтел, пытаясь «нащупать» то бойцов в ангаре, то Тапка.
Тапок огляделся — как там его ребята?
Юси, похоже, так и была в грузовике, залегла там и не высовывалась.
Полоз под шумок уполз куда-то, и Тапок подозревал, что больше он его не увидит. Ну и хрен с ним!
В очередной раз по бетонному блоку прошелся пулеметчик, и Тапок взвыл. Неимоверным усилием воли он заставил себя остаться на земле, хотя безумно хотелось вскочить и пришить этого урода. Однако шансы высунуться и поразить пулеметчика стремились к нулю, да и в случае неудачи все опять примутся палить по Тапку, а укрытие уже едва держалось.
Тем временем машины противника медленно и неторопливо принялись расходиться, явно что-то задумав.
Спустя пару секунд до Тапка дошло — они окружают его. Осторожно обходят «опасный бетонный блок со злобным стрелком за ним». Ну, логично, он тут им сильно мешает…
Нужно что-то делать — времени практически нет. Еще немного, и он окажется в окружении. Да только что именно предпринять — он совершенно не представлял. Единственный выход — подстрелить тех, кто попытается выйти к нему в тыл…
Из глубины ангара, где укрылись бедуины, ударило несколько выстрелов. Один из байков резко клюнул носом, заскрежетав передней вилкой и поврежденным гравидвижком по бетону, раскидывая в разные стороны каменную крошку, оставляя за собой черный след. Ну а водитель распластался на руле, не подавая признаков жизни.
К сожалению Тапка, этот успех был единичным и, вероятно, последним для его союзников — пулеметчик вновь перенес огонь на ангар и не успокоился, пока не вбил туда сотню пуль, как минимум. Внутри здания что-то с хрустом подломилось, и крыша явственно просела вниз. Похоже, пули перебили какую-то несущую балку или колонну…
Собственно, Тапок уже решил, что это его последний шанс — он планировал выпрыгнуть на ближайшего противника, убить его, а затем попытаться достать пулеметчика и оставшихся четверых байкеров, когда с той стороны, откуда и пришли мары, внезапно раздалось шипение, а следом и какой-то странный свист.
Яркий, как будто сотканный из концентрированного солнечного света, хвост ракеты мелькнул от угла улицы к гравициклу, он врезался точно в основание башни. Хлопок и мощный взрыв, разметавший во все стороны боевую машину, послужил для Тапка сигналом.
Черт его знает, что это за внезапный союзник объявился, но шансом нужно пользоваться. Он выкатился в стороне от своего укрытия, с ходу принявшись поливать из обоих своих пистолетов противников на левом фланге. В каждый байк влетело по десятку пуль, гарантированно ставя крест и на самих байках, и на жизнях их водителей.
А далее вместо того, чтобы вернуться за укрытие, Тапок вскочил на ноги и побежал по широкой дуге, одновременно выбрасывая пустые магазины. Щелчок, и специализированные устройства, смонтированные в манжетах его комбеза, подали вперед новые, заранее заготовленные магазины, ловко вставляя их в уже развернутые для перезарядки пистолеты. Все действие заняло, может быть, полсекунды, может, секунду.
Фокус, который Тапок проделывал каждый раз, когда времени у него катастрофически не хватало, и который не раз спас ему жизнь.
Последняя пара байкеров, сосредоточившись и пытаясь достать Тапка, попросту забила на ракетометчика, за что и поплатилась.
Пока они палили по стремительно удирающему Тапку, по ним прилетела следующая ракета, но прежде раздался негромкий хлопок «курмультука» бедуинов, и голова одного из двух байкеров «раскрылась», словно цветок, разбрызгивая кровь и мозги.
Второй попытался огрызнуться, но именно в этот момент оба гравицикла исчезли во вспышке долетевшей-таки до них ракеты.
Полыхнуло так, будто на площади появилось свое маленькое солнце. Практически всех сражающихся на несколько секунд ослепило, пальба прекратилась.
В этой внезапно образовавшейся тишине заскрипели по бетону шаги, и из полутьмы вышел тот самый спаситель, чьи ракеты без преувеличения спасли жизни и Тапку, и нескольким бедуинам.
Сказать, что от вида его Тапок опешил — не сказать ничего, ведь вопреки ожиданиям, появившийся на площади оказался не бедуином. Это был не кто иной, как Полоз, собственной персоной.
С ракетометом за плечами и с винтовкой бедуинов в руках, вид он имел крайне воинственный, хоть и немного комичный — все-таки оба ствола предназначались для людей с обычной комплекцией, а Полоз, хоть и был коренаст, ростом не удался.
Да-а-а…даже Тапок мог ошибаться в людях. Вместо того чтобы сбежать, Полоз выбрался с площади, оббежал поле боя и нашел место стычки бедуинов с байкерами, где подобрал ракетомет и в самый нужный момент вмешался в бой.
— Ну что, командир, я заработал свое право на оружие? — весело заявил герой, усмехнувшись.
— О, да…не только право, но и оружие заработал! — хмыкнул Тапок. — Ты бы этой здоровенной дурой поаккуратнее махал, а то еще чего доброго…
— Да не парься, она пустая, и других зарядов к ней нет…
Полоз бросил свою ношу, просто скинув ее с плеча на землю, после чего подобрал с ближайшего трупа портупею с магазинами и старенький «Отбойник».
— Хо! Вот эта игрушка по мне! Так привычнее.
В этот момент снаружи города раздалось громкое, прямо-таки бьющее по ушам «Фью-ю-ють».
И еще раз.
На третьем повторе этого странного звука из полуразрушенного ангара, пошатываясь, выскочили пятеро бедуинов, возглавляемых своим лидером. Буххар лишь мазнул взглядом по площади, после чего вместе со своими людьми внезапно припустил бегом, так и не сказав ни слова.