Как не спалить(ся) (СИ)
Проклятье! И ведь он будто ждал меня все это время.
— Если ты думаешь, что мне нужно больше всех — ошибаешься, — прошипел змеей красивый, но ужасный. Жаль, что в нем нет и капли мимишности Вэйла. — Думаешь, твой боевой раскрас поможет попасть в башню?
— Прости! — решила не идти с порога на дракона врукопашную. — Мы потеряли счёт времени и...
— Где фея? — сухо бросил брюнет.
— Надо было с собой в мужскую душевую взять? Понравилась? — со злостью выплюнула фразой в Эймона и начала буквально срывать с себя одежду.
Казалось, еще минута, и я запылаю. Нужно было срочно принять холодный душ, чтобы хотя бы немного остыть.
Как только я избавилась от тряпок и направилась к душевой, услышала хриплый стон Эймона.
— Гхард тебя подери, Лонтс! Надеюсь, никто не войдет.
— Да что ты вечно на меня кидаешься, как собака?! — слишком девчачьим голосом пропищала, обернувшись и с вызовом глядя на Ская.
Что?! Где мой бас? Я же не... Руки лихорадочно стали ощупывать словно бы чужое тело, а в голове помутнело. Холодные капли лишь обжигали кожу.
— Как собака, значит... А не отомстить ли мне тебе за все мои страдания, Лонтс? — хищно оскалился Скай, медленно приближаясь ко мне, словно хищник к попавшей в ловушку добыче. — По крайней мере, пока ты такой...
Глава 18
Эймон продолжал наступать, а я нервно пятилась, ровно до тех пор, пока не уперлась в холодную стену.
Скай навис надо мной горой, а я вся сжалась, пытаясь прикрыться руками, но продолжала с вызовом смотреть прямо в злые глаза, хотя, большую часть времени эмпат буквально пожирал меня каким-то голодным взглядом.
Тяжелые капли воды стекали с волос эмпата прямо на меня, шипя и испаряясь. Рубашка брюнета уже давно намокла и прилипла к идеальному телу.
Грубо схватив меня за запястья, убрал в сторону мои руки и, облизав свои пересохшие губы, ладонью прикоснулся к шраму возле моего сердца. Я боялась пошевелиться и, кажется, даже забыла, как дышать — настолько жутким Эймон был в этот момент.
— Создатель Всемогущий... — прошептал хриплым голосом Скай, проведя пальцами вдоль рубца и перейдя на вдруг потяжелевшую грудь. — Да что ты такое?!
Чужие прикосновения вызвали тонну мурашек, бегущих по моему телу, а сердце словно готово было выпрыгнуть из груди. Но я невольно прикрыла глаза от... удовольствия? Бред! Я просто устала!
Вторая рука брюнета легла на мою щеку и изучающе прошлась по скуле и губам, задержавшись на последних.
— Ты совсем ненормальный? — ломающимся голосом пропищала, продолжая дрожать и едва ли не стуча зубами. От страха, наверняка.
Хотя, несколько раз уже подобная реакция этого тела выдавала кое-что неприличное, поэтому, я стала рукой пытаться нащупать и предотвратить возможную неприятную ситуацию. Каково же было мое удивление, когда я так и не смогла найти главный мужской атрибут, с которым долго не могла смириться... Зато встретила очередной предвкушающий оскал Эймона, который с большим интересом следил за всеми моими действиями.
Вот, блин! Я что, стала собой?! Но... Это невозможно... А как же ноги?
— Видимо, так и есть, раз я вижу и чувствую не то, что должен, — прорычал мне почти в губы. Так близко...
Я словно бы помнила вкус его губ, но по какой-то причине захотелось освежить эти воспоминания. Руки тряслись, зубы начинали стучать, а внизу живота образовалась тяжесть. Это сумасшествие!
— Ты просто отвратителен... — пожирая меня глазами, пробормотал Скай.
— Ты тоже, — не осталась я в долгу, привстала на цыпочки и первой поцеловала парня, обхватив его обеими руками за шею. Пусть ему стыдно будет.
Все мои мысли и вся решимость улетучились в тот миг, когда сильные мужские руки прижали меня к себе, а чужой язык ворвался в мой рот. Что происходит? Эймон ведь только что сказал, что я... Ай, к черту!
По телу побежали мириады иголок, когда пальцы Ская начали совсем по-хозяйски гулять по моему, внезапно ставшему очень чувствительным, телу. Мне бы его оттолкнуть, но одна моя рука зарылась в чужих волосах, а вторая нахальным образом стала сверять картинку из душа, которую предательски рисовал мозг, с реальностью. Через ткань рубашки ощущения были не совсем те, но каким-то образом моя рука вдруг стала проворной и быстро справилась с мешающими пуговицами. Какой же он горячий, несмотря на то, что мокрый...
Наверное, впервые за всю свою жизнь я почувствовала себя желанной. Эмоции и чувства обоих смешались во что-то невообразимое, но, казалось, что никто из нас не собирался пытаться распутать этот узел, полностью отдавшись во власть разливающихся по телу ощущений. Так странно и необычно.
Холодные капли буквально испарялись с кожи, стоило им лишь коснуться наших тел. Мы словно пылали, оба. Но то был не обжигающий огонь, а ласкающее пламя. Требовательные губы исследовали лицо, в то время, когда сильные руки сжимали грудь. Я избавила Эймона от мокрой тряпки, именуемой рубашкой. Шнуровка на штанах далась совсем легко. В этот момент красавчик утробно зарычал, схватив меня за волосы, вынудил запрокинуть голову назад, и укусил меня за шею. Ноги подкосились, а я неловко оступилась. Казалось, если я сейчас упаду, то провалюсь в пропасть, без эмпата. Эймон, наверное ощущал что-то схожее, потому что резко подхватил меня руками под попу. Я вскрикнула от неожиданности и...
Все закончилось также внезапно, как и началось. Скай, тяжело дыша, поставил меня на ноги и отстранился.
— Какого Гхарда, Лонтс... Что ты... Зачем? — схватил меня за плечи и слегка встряхнул, вынуждая вернуться в реальность и взглянуть в омут чужих изумрудных глаз. — Больше никогда так не делай! — сухо бросил мне.
В груди неприятно кольнуло, а глаза защипало. Совсем не то девушка мечтает услышать после подобного...
— Так ведь не в первый раз уже целуемся... — усмехнулась, пытаясь скрыть нервную дрожь и накатывающие предательские слезы. — Да и не отрицай, что тебе понравилось.
Эймон зарычал, пригвоздив меня к стене.
— Ты! Отвратителен! Даже зная, что ты... такой... такая... — Скай словно бы пытался себя убедить в том, что говорил. — Я не... могу, это мерзко! — с горечью в голосе выплюнул эмпат, отрицательно замотав головой. Одним движением вытер рот тыльной стороной ладони, словно это могло помочь ему избавиться от воспоминаний произошедшего и, подхватив с пола свою мокрую рубашку, быстрыми шагами скрылся из душевой, оставив меня одну под холодным градом.
***
Обессиленно скатилась по стеночке на пол и обняла колени. Душа разрывалась на части. В груди начал разрастаться огонь, пожирающий меня изнутри и готовый вырваться наружу. Но браслет работал, исправно вытягивая излишки магии и опустошая меня.
Он мне даже не нравится! Почему тогда так больно и обидно? Из-за того, что отвергли мое женское тело?
Такова жизнь, Лера... А на что я рассчитывала, когда целовала привлекательного мужчину, который ненавидит не только Лонтса, но и меня?! Что он вдруг изменит своё мнение обо мне? Дура! Где моя броня?! Инвалид по жизни... Не телом — душой... И если тело у меня теперь функционирует, по крайней мере пока, то вот душа так и осталась ущербной.
Слезы катились по щекам, смешиваясь с холодными каплями воды. Хватит. Я не хочу больше быть слабой!
Быстро вымывшись, сходила за баночкой, что дала мне подруга, и, подойдя к зеркалу, замерла, уставившись в отражение.
Неаккуратно срезанные Эймоном локоны вновь немного отросли, но не настолько критично — я бы заметила раньше. Но вот темных прядей на челке стало чуть больше. Словно кто-то старательно сделал мне темное мелирование. Это Лилькина маска помогла? Лицо стало совсем девичьим, но по очертаниям — что-то среднее между давно забытым моим собственным и Валиркиным, несмотря на зеленоватые пятна, которые не отмывались. Узкие плечи, небольшая грудь (явно не мой собственный размер, но определенно не этого рыжего!), выраженная талия, округлые бедра... Я и вправду стала девушкой?! Только шрамы все еще оставались.