Не просто лучший друг (СИ)

Я будто приручаю ее, показываю ей то, на что способна наша дружба и любовь вместе взятые. Хочу доказать, что не обязательно отказываться от чего-то, чтобы сохранить отношения. Кажется, что получается.
Я поглощен своей Веснушкой, она и ее мнение для меня всегда были важны, но сейчас еще больше и острее. Я люблю смотреть на нее, балдею от ее запаха и близости. От последнего у меня вообще скоро поедет крыша, потому что держать себя в руках становится все сложнее. Мои желания уже тотально выходят за рамки того, что она позволяет. По реакциям Златы чувствую, что сама она хочет большего, но боится.
Она, как и я, понимает, что если дело дойдет до секса – путь назад уже будет возможен только через полный разрыв. 
Не давлю, не принуждаю, а просто наслаждаюсь тем, что уже есть. Уснуть вместе в обнимку, за завтраком усадить к себе на колени и получить поцелуй с привкусом кофе – это уже для меня победа.
На людях Злата все равно пытается быть сдержанной, но как же приятно было вчера в кофейне услышать ее ответ баристе: “Одну минуту, у меня есть карта клиента, она в кошельке в сумке у моего парня.” Чуть не сдох там от счастья! А еще было видно, что сказала она это совершенно интуитивно, даже поначалу испугалась и покраснела.
Сдержаннее и осторожнее всего Злата себя ведет, конечно же, в университете. В особенности на парах у своего “эталона” Райского. Она всегда была очень правильной и прилежной студенткой, но тут мне мерещится уж больно яркий интерес к нему и его предмету с ее стороны. Вот как сейчас, например, она сидит и записывает за ним каждое слово, ко мне с начала пары так ни разу и не повернулась.
Хотя на предыдущей паре у другого преподавателя мы даже переписывались в мессенджере. 
Да, не исключаю, что я ревнивый душнила, но Вячеслав Олегович очень уж бесит. Он слишком мил и постоянно ходит мимо нашей парты, заглядывая в конспект Златы. Вот и сейчас стоит коршуном, объясняет материал, а взгляд постоянно так и возвращается к моей девушке.
Моей девушке. Точка. 
– Блин, – шепчет Веснушка и пытается расписать ручку на полях тетради. – Блин… У тебя есть запасная ручка? – поворачивается ко мне и я чувствую себя чуточку счастливее.
Благодаря какому-то куску пластика она все же обратила на меня внимание. 
– Можешь забрать мою, – протягиваю ей свою ручку, – а я потом спишу у…
Не успеваю договорить, потому как на стол, прямо напротив Златы, Райский кладет свою ручку.
Золотисто-зеленого цвета, с гравировкой на колпачке, наверняка очень дорогую. 
– Пишите, Богов, а не списывайте у старосты, – бросает в мою сторону Вячеслав Олегович.
Улыбается Веснушке и продолжает говорить с аудиторией, объяснять материал. Стискиваю зубы и злобно зыркаю на преподавателя. Он постоянно ко мне цепляется! Понятия не имею почему, но из раза в раз!
Не хочется в это верить, но… неужели у него к Злате что-то есть и он таким образом показывает свою ревность? 
Путь закатает губу! Мне, конечно, с “состоявшимся мужчиной” не тягаться, но просто так отдать то, что я люблю, – хрен!
На лице Златы я вижу смятение, она растерялась из-за подобного жеста со стороны Райского, но все же берет его ручку, лежащую напротив ее тетради, и виновато опускает взгляд. Почему-то после этого принципиально не хочется писать лекцию, а даже наоборот, хочется сломать свою ручку и захлопнуть тетрадь.
Но это слишком. 
После того, как заканчивается пара, мы с Веснушкой собираем свои вещи и направляемся к выходу. Девушка останавливается лишь на миг у преподавательского стола, кладет на него ручку и намеревается уйти, как ее зовет Вячеслав Олегович.
– Злата, заполните, пожалуйста, журнал, – мужчина поднимается с места и уступает Злате свой стул. – Я здесь, кажется, что-то напутал, не хотелось бы чтобы у вас, как у старосты, были проблемы в деканате.
– Подождешь у выхода? – растерянно поворачивается ко мне и спрашивает она.
Я вынужденно киваю и иду к двери, глядя на то, как Веснушка обходит стол, берет злосчастную ручку и садится, подтягивая к себе раскрытый журнал старосты. Что-то пишет, пока Райский стоит рядом, очень уж расслабленно прислонившись к столу своей преподавательской задницей.
 
Как же ты меня бесишь, Вячеслав Олегович! Знал бы ты… 
Останавливаюсь у двери и прислоняюсь к ней плечом, продолжая наблюдать за преподом. Если у этого хмыря к ней чисто мужской интерес, то… Да, блин, тут есть толпа девок, которые только помани – уже будут сидеть у него под кафедрой и делать то, что он скажет. Или у него хобби такое, умных и скромных студенток соблазнять?
Смотрю на то, как он разглядывает мою Злату, но ни разу не замечаю, чтобы его взгляд опустился ниже ее лица, хотя там очень даже глубокий вырез на кофточке, который так и манит.
Что ж тебе от нее надо-то, а? 
– Вот, я все поправила, – говорит Веснушка и кладет ручку на журнал. Встает со стула и, поправив сумку на плече, отходит в сторону. Выглядит немного напряженной, как будто чего-то боится.
– Прекрасно, спасибо, Злата! – улыбается Вячеслав Олегович. – У вас есть еще пары после меня?
– Да, одна лекция, – отвечает она и бросает в мою сторону опасливый взгляд, я бы даже сказал испуганный.
– Тогда оставьте себе, отдадите в следующую нашу встречу, – подмигивает он и вновь протягивает Злате свою ручку.
Моя подруга вытягивается по струнке и нервно облизывает губы, в попытках придумать ответ. Я же чувствую, что закипаю от недовольства. Нагло так ей втюхивает свою дебильную ручку!
“Отдадите в следующую нашу встречу”, – как это отвратительно звучит!
– Она слишком дорогая, я боюсь ее потерять, – наконец, отвечает Злата. – Лучше не стоит.
– Если потеряете – такова ее судьба, – пожимает плечами Райский. – Берите, она вам по цвету подходит, – улыбается он.
– Вячеслав Олегович, лучше не стоит. Это же “Паркер”, он с какой-то гравировкой, подарочный…
Препод непреклонен и, поджав губы, Злата берет ручку. Убирает ее в карман своей сумки и направляется ко мне. Кажется, когда она выходит из аудитории, я даже замечаю облегченный выдох.
На следующей лекции не свожу взгляда с чертовой ручки. Уговариваю себя, что это просто предмет, но не могу успокоиться – бесит. После пар провожаю Злату до остановки, потому как она сразу решила ехать в приют и предусмотрительно взяла с собой необходимые вещи из дома.
Она стоит ко мне лицом, положив руки мне на грудь, а я обнимаю ее за талию – так просто и так обыденно. В любое другое время она вряд ли позволила стоять в обнимку, но сейчас остановка неожиданно пуста и посторонних глаз нет. Веснушка рассматривает мое лицо, чуть нахмурив брови, и обводит кончиками пальцев швы на горловине моей кофты. Чувствую ее прикосновения и наслаждаюсь небывалой нежностью. Наши взгляды встречаются и она тихо спрашивает:
– Ты такой хмурый, что-то случилось?
– Все хорошо, – качаю головой я и прижимаюсь губами к покрытому веснушками носу девушки. Она тихо хихикает и уворачивается, но все еще остается в моих объятиях. – Все хорошо, просто теперь я думаю над тем, чтобы носить с собой пару-тройку лишних ручек.
В голубых глазах подруги появляется удивление, а затем ее брови еще сильнее сходятся у переносицы. Похоже, она поняла.
– Ты обиделся, что я взяла ручку у Вячеслава Олеговича? – уточняет она.
– Я не обиделся, – убираю руки с талии и обхватываю ладонями ее лицо, – скорее, немного приревновал. Но лишь немного, – провожу большими пальцами по покрасневшим от смущения щекам девушки.
– Глеб, он же преподаватель, – дергает плечом Злата, как будто это должно меня успокоить.
Ага, да. Преподаватель, лицо мужского пола с явным интересом к моей девушке. 
– Я же не давала тебе причин и поводов для ревности, – как-то тихо и опасливо произносит Злата.
– Я же говорю, что лишь немного приревновал, – фыркаю я и опускаю свои руки.