"Фантастика 2026-86". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

– Я не знаю. Он мне писем не пишет.
Рэйлин недовольно фыркнула и дернула плечами.
– Девчонка прилипла к нему как репей. Уж конечно, Рин для нее – счастливый билет в будущее, эта пигалица своего не упустит.
– Ее зовут Флориана. – Дарт нахмурился, не желая слушать пренебрежительный тон, каким Рэйлин озвучивала бредовые догадки.
– Какая разница, – бросила она. – Важно то, что мой жених отложил свадьбу, чтобы уехать с ней в Делмар.
  
– Вот и закати истерику ему. Я здесь ни при чем.
Он вскочил с дивана, намереваясь немедленно уйти, и все же что-то заставило его остаться. Какая-то колючая мысль, горькое осознание в глубине души. Дарт помнил, с каким волнением и трепетом Флориана ждала встреч с Эверрайном и с каким разочарованием отреагировала на новость, что он помолвлен. Несмотря на это, она была благодарна Рину, доверяла ему и именно с ним уехала в столицу, откуда отправила то злополучное письмо…
Словно бы продолжая его мысли, Рэйлин заявила:
– Ты наивный болван, если думаешь, что между ними ничего нет.
– Они в Делмаре всего две недели, а ты уже с ума сходишь.
Рэйлин горько усмехнулась и тоже встала, словно хотела уравнять шансы в споре. Похожая на призрак, она скользнула к нему и внезапно оказалась так близко, что он больше не смог игнорировать ее гладкую оливковую кожу, капризный излом губ и черные как смоль завитки волос, обрамлявшие беспристрастно красивое лицо. Она медленно склонилась к Дарту и прошептала:
– Спорим, мне хватит для этого одной ночи?
Ему не пришлось спрашивать, что она имеет в виду. Все стало очевидным, когда Рэйлин притянула его к себе и поцеловала, не мимолетным касанием губ, а требовательно, с вызовом, будто это было очередным неукоснительным поручением. Впервые Дарт был готов ей подчиниться, и когда хмель, дурманящий запах лилий и горячая волна желания лишили его остатков разума, он ответил на поцелуй – крепко, почти грубо. Руки заскользили по ее телу, словно ища опору, чтобы удержать равновесие.
– Не здесь. Нас могут увидеть, – шепнула Рэйлин и увлекла его за собой. Ему было все равно куда: хоть на крышу, хоть в подземелье, хоть на самое дно.
Она оказалась предсказуема и банальна, не сумев подыскать в огромном доме ничего лучше, чем кровать. Шелковый плед на ней был ледяным и скользким. Такими же казались пальцы Рэйлин, пока она возилась с его рубашкой. Каждая следующая расстегнутая пуговица сопровождалась навязчивым голосом в его голове:
Ты не должен.
Не должен.
Не должен.
Не…
На четвертой пуговице он сдался и позволил себе погрязнуть в ощущениях собственного тела: прикосновениях, напряжении, внутреннем жаре, способном выжечь весь этот мерзкий, как змеиная кожа, шелк. Но где-то в глубине сознания продолжала истерично пульсировать одна и та же мысль: Остановись. Проклятие, как же ему не хотелось останавливаться. Он так разозлился на себя, что слишком крепко сжал пальцы, отчего Рэйлин коротко ахнула.
Дарт отстранился и убрал руку, чувствуя накатывающее головокружение. Тело прошибло мелкой дрожью, а в ушах зашумело, словно он нырнул в ледяную воду. А потом, не успев понять, что с ним происходит, он провалился в темноту.
Очнулся Дарт от тычков в плечи, грудь, под ребра, сопровождаемых оглушительным визгом. Он терпел, пока не осознал, что под его отяжелевшим телом извивается и бьется в истерике испуганная Рэйлин. Дарт сделал над собой усилие, чтобы подняться на локтях, перенеся вес на руки.
Несколько мгновений он заторможенно наблюдал, как Рэйлин пытается выбраться, а потом заметил, как белоснежный шелк ее одеяния покрывается пятнами. В слабом свете прикроватных ламп они выглядели как чернильные кляксы.
– Простите, – виновато пробормотал Дарт, прикладывая ладонь к кровоточащему носу. Только сейчас до него дошло, что случилось.
Он умудрился сменить личность и свалиться в обморок.
– Слезь с меня! – заверещала Рэйлин, брезгливо отталкивая его, и он перекатился на бок. Она тут же вскочила с кровати, запахивая халат, хотя Дарт не успел толком ничего увидеть. Только коснуться. И то за это отвечали руки хмельного. – Чем ты болен? Это заразно?
– Ни… ничем, – прохрипел Дарт, все еще пытаясь остановить кровь из носа. У него ничего не получилось, пока Рэйлин не принесла ему клочок ваты. – Не переживайте, это просто давление.
– Не переживать? О, это неверно описывает мои чувства. Я вовсе не переживаю. Я… обескуражена. Возмущена. Шокирована. И…
– Разочарованы? – подсказал он, чем привел Рэйлин в бешенство. Она схватила со стола подсвечник и швырнула в Дарта. Он едва успел увернуться, и латунный снаряд, на полпути обронив огарок свечи, угодил в мягкую спинку кровати.
– Придурок! – взвизгнула Рэйлин.
– Извините, – снова пробормотал он, одной рукой держа вату, а другой пытаясь застегнуть пуговицы на рубашке. Больше всего на свете ему хотелось немедленно сбежать отсюда, но он понимал, что если попытается встать, то грохнется в обморок опять. Чтобы оправиться от обращения, Дарту требовалось несколько минут покоя, и все это время ему предстояло сгорать от стыда, медленно осознавая всю абсурдность ситуации. Он оказался в доме друга, в постели с невестой друга, с которой едва не… Мысль прервалась, потому что кровь хлынула сильнее.
– Не могли бы вы подать еще ваты? – спросил он гнусаво, зажимая переносицу.
Рэйлин метнула в него гневный взгляд (благо не подсвечник) и снизошла до помощи. Она принесла целый рулон и бросила его рядом с Дартом, боясь подходить к нему ближе, словно до сих пор считала заразным.
– Надеюсь, этого хватит.
Она поспешно отошла и отвернулась к окну, чтобы не смущать Дарта и не смущаться самой, хотя вряд ли в данном случае имело значение, смотрят они друг на друга или нет.
– Рэйлин, простите меня, это все последствия смены личности…
– Мне плевать, – одернула она резко.
– Нам не стоило…
– Это я уже поняла.
– Простите, что не оправдал ожиданий.
Рэйлин гневно вздохнула.
– Да заткнись ты, наконец! И, пожалуйста, не помри на моей кровати.
– Я могу спуститься на пол.
– Умирать на полу тоже не надо, – смилостивилась она. – Просто прекрати болтать, соберись с силами и проваливай. Забудем об этом как о легком недоразумении.
«Легкое недоразумение», – как будто они случайно столкнулись лбами, когда склонились в приветственном поклоне.
Он не стал спорить и послушно прилег на подушку, чтобы поскорее оправиться после обморока и сбежать от позора. Да будь проклят хмельной, который довел его до такого. Кажется, не ту личность он держит в комнате под замком.
Шелковый плед неприятно холодил кожу, и Дарту мерещилось, что он лежит на дрейфующей льдине, уносящей его в океан. Постепенно он успокоился и, наконец, осознал, что впервые смог переключить личности так быстро и безо всякой помощи. Сегодня ему не потребовались ни частности, ни карманные часы. Только отчаянное желание поскорее убрать из головы хмельного, потерявшего контроль над собой. Все произошло так внезапно, что Дарт не успел выбрать замену. Если бы выбирал, то доверил решение проблемы детективу или охотнику – первый был серьезен, второй до умиления весел. Кто-то из них точно бы придумал, как выйти из ситуации. Но сейчас всем заправлял безделушник. Дарт чувствовал его стыд как свой, отчего оба были совершенно потеряны, не зная, как себя вести и что говорить. Да и что тут можно сказать?
  
Он отвлекся, услышав странный звук. Взглянув на Рэйлин, он заметил, как ее плечи слегка подрагивают, словно от плача. На самом деле она безостановочно хихикала, как истеричка.
– Вы смеетесь надо мной? – спросил он. У него не было сомнений, что так и есть.
– Нет. Я смеюсь над собой. Какая же я несусветная дура, что втянула нас в эту глупую ситуацию!