Калгари 88. Том 3 (СИ)
— И что это за позиция? — заинтересованно спросила Соколовская. — Что мне ему говорить? Я ума не приложу. Я хотела бы дружить с тобой, и ещё с некоторыми в классе, но они все не нашего круга, как он говорит. А те, кто нашего — иногда я встречаюсь с детьми его друзей, они абсолютно тупые и не заинтересованы ни в чём, кроме шмоток и денег.
— А позиция эта очень проста, — улыбнулась Арина. — В первую очередь не агрессировать. Говорить уверенно и спокойно, показывая собеседнику, в данном случае, отцу, что ты на верном пути. Если он что-то запрещает, например, дружбу со мной, спокойно объясни ему преимущества наших встреч. Например то, что я хорошая спортсменка, веду здоровый образ жизни, очень талантлива, и стану олимпийской чемпионкой. А через год уже буду ездить на соревнования за границу. Не зря же за меня партия и товарищ Ельцин заступились.
— Ха-ха-ха! Люська! Ну ты даёшь! — рассмеялась Соколовская. — Ты думаешь, на него это подействует?
— Подействует! — уверенно заявила Арина. — Таким образом ты будешь оперировать интересами твоего отца. Его жизненными ценностями. При этом будешь играть на своём поле. Он не сможет тебе запретить встречаться с такой многообещающей личностью. Вот увидишь. Инфа 146 процентов!
Естественно, эти речи Арины были не её собственного сочинения, а исключительно знания, почерпнутые из лекций спортивного психолога, на одном из занятий рассказывающего об умении коммуникации и получения желаемого результата от человека, воспрепятствующего ему.
Пока болтали о том о сём, незаметно подошли к дому Соколовской. Она предложила зайти к ней в гости, но Арина отказалась, заговорщицки подмигнув ей.
… Как проводит свободное время советская элита? У простого обывателя на этот счёт было много легенд. И почти все они были неверными.
У четы Соколовских были свои обычаи, сложившиеся за много лет. В субботу первую половину дня они спали, либо просто валялись в кровати, листая журналы, в основном, зарубежные, или привезенные из командировок или взятые у друзей. К обеду вставали, потом обедали, после обеда опять был сончас. А к вечеру ехали либо в ресторан, либо приглашали друзей, либо ехали к друзьям. Так было всегда. Из года в год. И Соколовская пришла домой как раз к обеду.
— О, Мариша! Ты вовремя! — с показной радостью сказал Соколовский. Перед дочерью чувствовал он вину и всячески старался её исправить. Матери вообще всё было до лампочки — как всегда, она витала в облаках, говоря пустые и банальные вещи, либо задавая пустые банальные вопросы с ожидаемым ответом.
— Милая, ты ручки помыла? Прежде чем садиться за стол надо мыть руки! — с важным видом заявила мама.
— Да, помыла, — терпеливо ответила Соколовская и принялась за еду. Уха из нельмы. Неплохо!
Некоторое время молчали, потом Соколовская решила бросить пробный шар.
— А Хмельницкая на следующий год за границей будет выступать! — заявила Соколовская, искоса глядя на отца. — И станет чемпионкой мира! Об ней будут писать все газеты и её будут показывать по телевизору!
— Ха-ха-ха! — чуть не подавился от смеха Соколовский— Это шутка?
— Шутка! — притворно согласилась Марина. — Ты думаешь, за неё просто так Ельцин заступился? Ты в курсе, что она готовится к чемпионату области? И она прыгает лутц и флип, которых в мире мало кто прыгает. Да на неё сейчас вся надежда у нашего высокого руководства, что она медаль из Калгари привезёт! И особенно странно, папа, что ты запрещаешь мне дружить с ней и приглашать её к нам в гости!
Мама от неожиданности даже выронила ложку из руки и недоумённо посмотрела на мужа.
— Дорогой… Это что за новости? Почему наша дочь жалуется, что ты не разрешаешь ей приводить домой подругу? И почему я об этом ничего не знаю? Ты мне говорил, что вы поссорились с Мариной из-за её своеволия. Должна признать, своеволием тут и не пахнет.
— Но… Мммм… Я не знаю, я думал… — неуверенно промямлил Соколовский. — Мариша! Ты не так поняла! Это было простое недоразумение! Давай всё забудем! Естественно, Люда имеет право приходить к нам. И ты к ней ходить тоже. Ведь она твоя подруга!
Тут уже Соколовская чуть не выронила ложку от удивления. Она не думала, что советы Хмельницкой окажутся действенными и настолько эффективными!
Глава 20
Неприличные костюмы для показательного
Пока в семье Соколовских разбирались кто кого и куда пускал и не пускал, Арина в добром расположении духа бежала к автобусной остановке. Пока всё складывалось замечательно.
Миновала последний дом и повернула за угол, как вдруг нос к носу столкнулась с Аней и Стасом. Удивлению не было предела, что у Арины, что у будущих родителей, которые покуривали исподтишка, воровато оглядываясь из стороны в сторону. Анька была в своей вязаной шапочке с ушками и каракулевой шубке со свисающими варежками на резинках, а Стас — в кроличьей шапке и клетчатом пальто со свисающим длинным красным шарфом.
— Ой, Люська… Привет! — ошарашенно пропищала Аня, пряча сигарету за спину. Стас прятать ничего не стал, лишь отвернулся, даже не поздоровавшись.
— Ты мне, кажется, обещала, что больше эту дрянь не будешь курить! И что я вижу? — сурово спросила Арина, встав в горделивую позу со скрещёнными на груди руками.
— Ну, так получилось… — виновато промямлила маман, бросив окурок в снег. — Я больше так не буду!
— Детский лепет! Тебе доверия больше нет! — как отрезала Арина. — Ты знаешь, что сейчас в нашей школе формируется группа поддержки для поездки в Свердловск? И отгадай, кто там будет? Не знаешь? Там будут самые лучшие ребята! Отличники учёбы и вообще челики, положительные со всех сторон!
— Пфф… А мы и не хотим туда! Мы не какие-то там челики, а пи-о-нэ-ры! — веско сказал Стас и только сейчас потушил окурок о снег, раздавив его ногой. — Нам с Аней вообще пофиг на это ваше фигурное катание. Правда ведь, Ань?
Но, к его удивлению, Анька оказалась с ним не согласна! Она как раз таки хотела болеть за фигурное катание и за Люську с Маринкой!
— Люся, ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, я больше так не буду! — заныла Аня, обнимая Арину. — Я очень хочу поехать в Свердловск! Очень-очень! Я правда-правда, больше так не буду!
— Смотри мне! — погрозила пальцем Арина. — Последний раз прощаю тебя! Так уж и быть. А вам, молодой человек, я нотации читать не собираюсь.
Арина посмотрела на Стаса, внимательно слушавшего её, и решила продолжить. Отца тоже надо отучить от вредных привычек! Тем более в её время он не курил! А тут… Это что за шалости, объясни, пожалуйста!
— Но кое-что скажу, — заявила Арина. — Вы сейчас занимаетесь фигнёй, стараясь показаться взрослее, чем вы есть на самом деле. Только существует ещё один путь стать взрослее — заняться тем, что даже в 12 лет сделает тебя взрослым. И тем, что в дальнейшем сделает тебя лучше.
— И чем же это заняться? — насмешливо спросил Стас. — Фигню какую-то городишь. Тебя нормальные пацаны высмеяли бы.
— Перед тобой сейчас открыты тысячи путей и дорог! — непреклонно заявила Арина. — Вся жизнь впереди! Ты можешь рисовать, писать книги, которые сделают тебя знаменитым, заниматься спортом, параллельно изучать космос и стать космонавтом, либо сделать новый двигатель для звездолёта. Изучать по книгам океан и стать биологом, исследующим бескрайние глубины. Да даже современными танцами заниматься, тем же брейк-дансом! Ты будешь мастерски танцевать и станешь крутым в вашей убогой тусовке. Ты же тратишь время, чтоб тупо стоять в подворотне и смолить сигу вместе с моей… И знаешь что… Мне кажется, ты плохо влияешь на неё! Так что подумай над собой!
Арина схватила Аньку за руку и потащила к автобусной остановке. На счастье, за километр было видно жёлтый «Икарус»-длинномер, нещадно чадящий сизым дымом. Повезло!
— Нефиг тут шататься! Поехали домой! Я тебе покажу кое-что! Бежим!
Анька хотела было воспротивиться такому обороту событий, но, услышав, что Люська собирается ей что-то показать, смирилась и побежала рядом, держась за руку. Стас сначала нахмурился, но, оставшись в одиночестве, тоже, как хвостик, потащился за девчонками. В автобусе сел рядом. И всё время, пока шли до Люськиного дома, тоже шёл следом.