Доспехи света (ЛП)

Она колебалась, но это было нормально. В конце концов, это был гипотетический вопрос, так почему бы ей не быть в нерешительности?
В итоге она решила так и сказать.
— Я не знаю, — ответила она. — Меня никогда об этом не просили.
Глядя на лица присяжных, она почувствовала, что это был правильный ответ.
В конце Сэл и Джардж коротко посовещались, затем он встал, чтобы сказать то, о чем они договорились.
  
— Мейзи Робертс, вероятно, действительно видела крупного парня, идущего по темной улице, пока звонили колокола. Она с ним не перемолвилась ни словом, так что не может сказать, что голос был похож на мой. Она просто ошиблась, вот и все.
Это была правда, и присяжные должны были это понять.
— Мой старый друг Бенни Доддс был склонен немного преувеличивать, — продолжал Джардж, — и, возможно, сказал своей жене, что Сэл Бокс выглядит достаточно сильной, чтобы звонить в церковный колокол. Бенни умер шесть лет назад, упокой Господь его душу, так что миссис Доддс можно простить, если она не совсем точно все помнит. И это все, что услышали присяжные! Нельзя повесить человека на таких доказательствах.
Он отступил назад.
Последним говорил Хорнбим.
— Джентльмены присяжные, Джардж Бокс, ткач, потерявший работу из-за паровых станков, так что у него есть мотив для луддизма. Он утверждает, что звонил в колокола, но миссис Робертс уверена, что видела его на улице, пока звонили колокола. Он говорит, что его жена недостаточно сильна, чтобы звонить в колокола за него, но Бенни Доддс, другой звонарь, сказал, что она сильна и делала это.
— Помните, присяжные, что вас сегодня просят не решать, виновен ли Джардж Бокс. Вы здесь, чтобы решить, достаточно ли оснований для обвинения, чтобы передать его дело в суд ассизов. Доказательства есть, но на них была брошена тень сомнения, и вы вполне можете счесть, что этот вопрос должен быть решен высшим судом.
— Прошу вас принять решение.
Двенадцать мужчин посовещались, и, к ужасу Сэл, головы быстро закивали в знак согласия. Через несколько мгновений один из них встал и сказал:
— Мы передаем обвиняемого в суд ассизов.
  
36
 
Кит Клитроу никогда раньше не видел пустыни, но был почти уверен, что это она и есть. Земля была твердой и пыльной, а солнце нещадно палило весь день. Он всегда представлял себе пустыню плоской, но за последние несколько недель он пересек горы выше любых, что он когда-либо видел.
Они с Роджером сидели на земле и ели тушеную баранину с фасолью, пока солнце садилось за рекой Садорра на севере Испании. Все говорили, что завтра будет большая битва. Это будет первый бой Кита, и, возможно, последний. Он был так напряжен от страха, что ему приходилось заставлять себя глотать.
Это был июнь, и они пробыли в Испании уже два месяца. Прибыв в Сьюдад-Родриго, они немедленно были отправлены на обслуживание орудий. Пушки простояли на хранении всю зиму, и теперь их нужно было привести в боевую готовность. Командиром Королевской артиллерии здесь был подполковник Александр Диксон, человек, которого Кит быстро зауважал за его энергию и ум. Кит и сам некоторое время проработал управляющим и понимал первостепенную важность ясных и понятных солдатам приказов.
Пушки были бронзовые и стояли на двухколесных лафетах из дерева, усиленного железом. Климат в Испании не был влажным, но железо ржавело там, как и везде. Кит и Роджер руководили солдатами, пока те чистили, смазывали и проверяли колесную артиллерию, готовя ее к походу. Британские орудия весили три пятых тонны. Перемещать их с места на место по грунтовым дорогам было нелегкой задачей, а порой превращалось всущий кошмар. Каждое орудие прицеплялось к двухколесной артиллерийской тележке с дышлом, и получившуюся повозку тянуло шесть лошадей.
Большую часть времени Кит был так занят, что забывал беспокоиться о сражениях.
Армия двигалась с сотнями повозок, в основном нагруженных разнообразными припасами, и их тоже нужно было обслуживать, проверять и часто чинить по окончании зимы. Волы и лошади, тянувшие их, к счастью, были чьей-то другой заботой. У Кита никогда не было своей лошади, и он ненавидел их с тех пор, как в шесть лет ему проломил череп дикий жеребец Уилла Риддика.
Новобранцев муштровали, учили стрелять и отправляли в долгие походы в полной выкладке, чтобы набить ноги и научить выносливости. Из Англии прибывали корабли с припасами: новые сапоги, свежие мундиры, мушкеты, боеприпасы и палатки. Так правительство тратило деньги, собранные за счет всех новых налогов на родине.
Повышения в звании были быстрыми. Прошлогодние битвы лишили армию Веллингтона многих офицеров. Кита и Роджера быстро повысили, чтобы дать им необходимую власть для руководства работами. Роджер стал лейтенантом, а Кит, благодаря годам службы в ополчении, стал капитаном.
В Сьюдад-Родриго они часто узнавали солдат 107-го пехотного полка. Джо Хорнбима и Сэнди Драммонда произвели в прапорщики, что было самым низким офицерским званием.
Кит был удивлен, увидев в городе сотни английских женщин. Он и не подозревал, сколько жен путешествует со своими мужьями-солдатами. Он узнал, что армия это терпит, потому что женщины часто бывали полезны. На поле боя они приносили своим мужчинам еду, питье, а иногда и боеприпасы. Вдали от сражений они делали все то, что всегда делают жены: стирали, готовили и дарили любовь по ночам. Офицеры считали, что присутствие жен уменьшает вероятность того, что солдаты будут чрезмерно пить, ссориться, драться и подхватывать мерзкие болезни от проституток.
Они встретили Кенелма Маккинтоша в качестве капеллана 107-го полка и нашли его серьезно изменившимся. Его священническое облачение было покрыто пылью, лицо небрито, руки грязны. Его отношение к людям тоже изменилось. Ранее он всегда был высокомерно-отстраненным, разговаривал с необразованными фабричными рабочими свысока, но теперь он утратил этот надменный вид. Он спрашивал, достаточно ли у них еды и есть ли приличные одеяла для холодных ночей. Он, по сути, превратился в более-менее приятного человека.
В середине мая армия Веллингтона покинула Сьюдад-Родриго, направляясь на север. Некоторые солдаты горели нетерпением, проскучав всю зиму. Кит же просто думал, что лучше скучать, чем быть мертвым.
Союзная армия насчитывала примерно сто двадцать тысяч человек, как узнал Роджер, болтая со штабными. Пятьдесят тысяч британцев составляли основной боевой контингент, усиленный сорока тысячами испанских и тридцатью тысячами португальских войск. Партизаны испанского сопротивления были величиной неизвестной.
Французская армия на севере Испании, по оценкам, насчитывала около ста тридцати тысяч человек. Подкреплений им ждать было неоткуда. Говорили, что более половины всей французской национальной армии было потеряно в катастрофическом походе Бонапарта на Москву. Так что Бонапарт не только не усилил свою армию в Испании, но и отозвал лучших людей для своих продолжающихся сражений в северо-восточной Европе, в то время как силы Веллингтона всю зиму получали непрерывный поток людей и припасов.
Бонапарт всегда умел застать врага врасплох, но Бонапарта в Испании не было. Здесь командовал его брат Жозеф.
Поход был тяжелым. Шея Кита обгорела на солнце, а на ногах появились волдыри. Хотя он был невысокого роста, он не был слабаком, но каждый день к закату, когда можно было отдохнуть, он чувствовал себя смертельно уставшим. Облегчением было, когда ломалась ось или гнулось колесо повозки, и можно было остановиться на час и починить его. Еще лучше был участок мягкого или песчаного грунта, где колеса увязали слишком глубоко, чтобы катиться, и приходилось тратить полдня на строительство временной дороги из досок через препятствие.
  
Кит утешал себя мыслью, что каким бы тяжелым ни был поход, он в любом случае лучше, чем бой.
Роджер поддерживал связь с друзьями в штабе и узнавал о поступающих разведданных, большая часть которых приходила от испанских партизан. Король Испании Жозеф, брат Бонапарта, перенес свою столицу из Мадрида на север, в Вальядолид, город, занимающий господствующее положение в центре северной Испании. Армия Веллингтона двигалась на северо-восток, к Вальядолиду, но он также отправил обходной отряд по северной дуге, чтобы подойти к французам с неожиданной стороны.