Пепел. Гори оно все... (СИ)

Альбина невольно улыбнулась.
- А посадила ты ее где? С Ярославом? Хочу это увидеть своими глазами….
- Не рассчитывай, - Инна ехидно повела плечом. – Я хоть и стерва, но не дура. Садить их вместе, что помещать двух котов в один мешок и бросать в воду. Эээ, нет, дорогая, я вас всех перетасовала. Ты сидишь за столом со мной и Ярославом, прости, милая, мне сегодня рядом нормального человека видеть хочется, а Лариса отправится за стол Анны и вашего дяди Коли. Она будет в восторге! – лицо Инны просияло в злобной усмешке.
  
Альбина посмотрела на Инну с укором.
- А меня ты за что так не любишь? – как бы между делом спросила она.
- Должна же я хоть чем-то себя развлечь, - с обескураживающей стервозной прямотой отозвалась женщина. – Знаешь, как это будет забавно видеть. Злость Лариски, что посадили с деревней, растерянность Артурика, которому мама попробует плешь проесть прямо на свадьбе. А уж как Слава будет рядом с тобой сидеть – это отдельное наслаждение. И хочется, и нельзя….. И главное, такой театр почти бесплатно. А ты…. Ты выдержишь, еще и добавишь огоньку, подруга. Улыбнись ему пару раз, доведи до белого каления.
- Инна, ты настоящая стерва!
- Нет, - вздохнула она. – Я после свадьбы в понедельник улетаю в Испанию.
Альбина резко обернулась к ней, едва не расплескав остатки кофе.
- Что?
- Что слышала. Все изменилось, Аль. Я хочу другой жизни. Денег у меня более чем достаточно, мой испанский – на высоте. Мне предложили там хорошую работу.
Альбина не знала, что сказать, слова застряли в горле. Они не были подругами, но за это время Инна, даже будучи ледяной и холодной, несколько раз помогала ей в сложные моменты, хотя женщин более различных между собой сложно было представить.
Мимо прошел один из рабочих, пронеся корзину с белыми розами, аромат которых на несколько мгновений окутал обеих женщин.
- Ярослав знает? – тихо спросила Альбина.
Инна улыбнулась и закурила, уже ничуть не таясь.
- Он сам дал мне отставку, Аль, - ответила она, затягиваясь.
- Что? – снова повторила девушка. – Но…. вы же долго….
- Что долго? Спали вместе? Ну да. Вообще-то он взрослый дяденька, ему это нужно. Да и я не девочка так-то. У нас были хорошие отношения, они и сейчас такие. Но он сразу поставил границы, а мне не хотелось их нарушать. Ярослав не тот, кто руководствуется эмоциями, он живет головой. И я это знала всегда. Дуры те, кто хотят таких мужиков поменять, надеясь на… на что? На то, что человек с крокодильей хваткой, который ломает врагов через колено и не заморачивается моралью станет мягоньким и пушистеньким? И ради чего? Ради кого? Он ведь, Аль, даже эту свадьбу в свою систему встроил, из говна конфетку лепит, фигуры на доске расставляет. А то, что он расстаться хочет я давно поняла. Зачем мне противиться тому, что меня и саму устраивает? Куда ты, мать твою с чертовой горы, эту фигуру ставишь? – рыкнула она на одного из рабочих.
Альбина даже не знала, что сказать. Не ее это было дело, совсем не ее.
- Мне все-таки жаль… - начала она, понимая, что за бравадой Инны кроется едва заметное сожаление.
- А мне, представь себе, нет, - повела та обнаженным плечиком. - Ярослав решение принял, и до меня три дня назад довел. В Испании у меня теперь и своя квартира есть.
- Но почему? – не выдержала все-таки девушка – любопытство взяло верх.
- Значит, - загадочно улыбнулась Инна, - были причины. И, возможно, даже серьезные. Прости, дорогая, мне он их не озвучил. А мои догадки – это только мои догадки. Но развлечься напоследок я просто обязана. Покуражиться! Так что будь подругой, подыграй, а? Ну давай хоть немного развлечемся?
- Оооо, - внезапно Альбине стало по-настоящему весело. – Это я тебе могу обещать. Ты не будешь разочарована. Куража всем хватит.
Инна внимательно посмотрела на собеседницу, и вдруг понимающе кивнула.
- Иди…. Спасай свою идиотку от смерти, - подтолкнула Альбину по направлению к одному из коттеджей. – И проживем этот день под лозунгом: хлеба и зрелищ!
  
39
 
Шагая по вымощенной гравием тропинке, петляющей между высокими соснами, чьи кроны отбрасывали длинные тени в утреннем свете, Альбина вдруг поймала себя на мысли, что с огромной радостью сбежала бы отсюда. Прошла бы весь комплекс насквозь, подошла к маленькой калитке с задней части высокого забора, огораживающего территорию от посторонних, открыла бы ее и шагнула в лес. На маленькую проселочную дорогу, которой пользовался персонал для доставки всего необходимого в это царство элитной роскоши. Позвонила бы Димке, и села ждать его старую машину возле реки, большой и серой, катившей свои воды через всю область, от которой сейчас поднимался утренний туман, прорезаемый лишь лучами восходящего солнца и пением птиц.
Соблазн сбежать был настолько велик, что она едва не прошла мимо коттеджа невесты. И даже остановившись, собравшись с мыслями не сразу вошла, а с тоской бросила взгляд на тропинку, теряющуюся в тумане, но ведущую к свободе.
Прикрыла глаза, глубоко вдохнув свежий, пропитанный лесными ароматами воздух и зашла туда, где царило напряженное веселье, неестественное возбуждение и часто лживый смех.
В гостиной её мгновенно окутала предсвадебная суета, бурлящая, как шампанское в бокале. Запахи сборов ударили в нос: горьковатый аромат свежесваренного кофе смешивался с резкими нотами лака для волос, сладковатой косметикой и химическим шлейфом средств для укладки. От густой смеси женских духов — цветочных, цитрусовых, с тяжёлыми мускусными аккордами — у Альбины на мгновение закружилась голова. Просторная комната с панорамными окнами, заливавшими пространство мягким утренним светом, была завалена атрибутами хаоса: на диванах и креслах валялись атласные ленты, шпильки, коробки от туфель, а на столе громоздились палетки теней, кисти и флаконы с духами. Пол усыпали блёстки, мерцавшие в лучах солнца, как крошечные звёзды.
Подружки Эльки, все в одинаково розовых платьях, различающихся только по размерам и моделям, суетились, как пчёлы в улье. Одна, стоя у зеркала, завивала волосы плойкой, шипя от ожога, когда горячая прядь коснулась пальцев. Другая, сидя на подоконнике, листала телефон, громко комментируя фото в соцсетях: «О боже, это платье на ней — просто кошмар!» Третья, с бокалом шампанского в руке, пыталась танцевать под попсовую мелодию, льющуюся из портативной колонки, но споткнулась о разбросанные туфли и едва не опрокинула поднос с фруктами. Смех, визги и обрывки разговоров — о макияже, сплетнях и «идеальных» ракурсах для фото — сливались в гул, от которого звенело в ушах. В углу сидела визажистка, устало поправляя очки и пытаясь угодить очередной подружке. Парикмахер, с заколками в зубах, закреплял локоны на голове другой девушки.
Эльвира восседала в центре этого хаоса, как королева на троне. Её белый атласный халат сиял в свете, а волосы, пока не уложенные, были собраны в небрежный пучок. Платье невесты — шедевр из кружева и шёлка, усыпанный жемчугом, — висело на манекене, окружённое ореолом благоговения, словно реликвия. Увидев Альбину, Элька просияла, но её улыбка тут же сменилась капризной гримасой.
— Наконец-то! — воскликнула она, вставая и едва не сбив поднос с косметикой. — До свадьбы всего ничего, а тебя нет! Я думала, ты… — Она на секунду замолчала. — Серьёзно, Аль, где ты была? Я тут одна с этими… — она махнула рукой в сторону подружек, которые даже не заметили её жеста, занятые своими делами.
  
— О нет, — голос Альбины прозвучал насмешливо, но с тёплой ноткой, чтобы смягчить сестру. — Я бы не пропустила такое событие. Не преувеличивай, Эль, до свадьбы почти четыре часа, всё успеем.
- Твое платье в комнате, - Эльвира махнула рукой в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. - Давай быстрее переодевайся и иди ко мне.
- Идемте, - за локоть девушку задела незнакомая женщина, которая вышла из небольшой кухни, - я помогу вам переодеться и уложить волосы.