Шаг к (не) Счастью (СИ)
— Элиана Ор'орра, — мурлыкнула следующая особь женского пола.
Синеволосая красавица наматывала прядь волос на изящный пальчик, покусывая нижнюю губу.
— Шакед Лираз, — представилась еще одна блондинка с двумя алыми прядями в волосах, будто пролилась кровь. Но стоило Лизе посмотреть ей в глаза, как это отклонение стало понятно. На нее смотрели два больших миндалевидных красных ока. Медленно вдохнув и выдохнув, девушка как бы невзначай продемонстрировала пятый размер груди. Кудрявцева невольно одернула пиджак и встала прямее подчеркивая и свои неплохие достоинства.
— Амира Реут.
От одного ее грудного голоса по телу пошли мурашки. Вот такие же красотки работают в нашем мире на услуге «секс по телефону». За один голос можно отдаться не раздумывая. Шатенка усмехнулась, полыхнув в сторону Лизы шоколадными глазами.
— Ирит Офра, — раздался звонкий голосок.
Ярко-желтые волосы, собранные в высокий конский хвост, и шкодливая мордашка дали понять, что вот она — егоза группы и лидер, заводила во всех неприятностях.
— Даниэлла Дэв, — донесся журчащий голос с последней парты.
Девушка с зелеными волосами встала, поражая нереальной красотой. Она была бледна и худа, вот только выглядело это не убого и немощно, а изысканно.
— Ну, раз все представились, — сглотнув, выдала Лиза, — поговорим о моем мире. Что вам интересно было бы узнать?
— О вас исса Елизавета, — сказала асурка с ярко-желтыми волосами. И Лиза пока они представлялись запомнила их имена, благо их было только десять.
— А что вы хотели обо мне узнать Ирит?
— Как вы к нам попали.
— Ошибочно попала, — вздохнула Лизавета, вот не хотелось ей рассказывать об этом снова.
— Мы тут не совсем затворницы и наслышаны о вас, — сказала блондинка Ранана, сидящая за первой партой.
— Надеюсь, что только хорошее, — улыбнулась ей Лизавета.
— Хм… — хмыкнула асурка с медной гривой волос, — и про цветы, что вам дарят, тоже знаем.
И Лиза подумала про шоколад от тайного поклонника.
— Знаете, девушки… — выдержала она паузу. — Давайте проявим женскую солидарность и будем жить в мире.
— И пока мы изолированы вы мирно наших мальчиков соблазняете? — усмехнулась Амира, полыхнув в сторону Лизоньки шоколадными глазами.
— Послушайте, я никого не соблазняю. Первое — я человек. Второе — мне нет дела до ваших мальчиков. Третье, я тут на год и в вашем мире с добрыми намерениями.
— Ну и что, что вы человек! У нас и химеры были, и очень даже ладили с асурами.
— То химеры, — проворчала Лиза, — а то я. Вы совсем не пересекаетесь с другими группами? Почему изолированы? — поинтересовалась она, хотя наслышана об «остром периоде и так далее», но мнение девушек ей было интересно, и ко всему прочему она решила перевести тему.
— Когда старшая группа и выпускная на лекциях, у нас перерывы и свободные часы для прогулок. И в столовую мы ходим в то время, когда уже все отрапезничали. Мы не пересекаемся, и из-за этого чувствуем себя в изоляции, — ответила ей Ирит. — Да и Хаим Ширан со своими парнями зорко за нами следят.
В способностях начальника по безопасности Лизавета нисколько не сомневалась, он точно спуску не даст.
— А совместные спарринги? — спросила она. — Может в каких-то командных играх вам разрешено участвовать со всеми? — расспрашивала Лиза.
— Тоже нет. Правила, — вздохнула Элиана синеволосая красавица.
— Совершенно идиотские правила, — усмехнулась Яффа.
— И я так думаю, — согласилась Лиза с их отчаянным положением.
— Правда! — воскликнуло одновременно несколько голосов.
— Исса Елизавета, а в вашем мире не так?
— Не так, — кивнула она. Вдаваться в подробности Лиза не собиралась. — У нас вместе учатся мальчики и девочки, и не только в школах, но и в институтах и университетах. Единственно, где идет разделение парней и девушек так это в выборе их будущих профессий. Факультеты могут быть разными. А так никаких разграничений.
— И дарххаза нет? — спросила Шарон снова небрежно перекинув косу темно-синих волос на плечо.
— Нет. У нас все по собственному выбору, — улыбнулась Лизавета, — и романтика, и любовь, и женитьба, — и подперев подбородок кулаком продолжила: — А бывает любовь такая… такая… в общем в романах о ней пишут.
— А у нас не пишут. Вернее, в академии таких книг нет, — выдала блондинка с двумя алыми прядями в волосах, — и страстные романы у нас под запретом особенно у асуров перед дарххазом.
— Расскажите нам, — хором произнесли девушки уставившись на Лизу в ожидании.
Лизавета выпрямилась.
— О любви, — закивали несколько девушек и две с последнего ряда пересели на первый.
Боже, — подумала Лизавета, и что у них на уме?!
— Ладно, — согласилась она, девчонок стало жаль, — расскажу одну историю… — и порадовалась, что нашла подход к девицам, они притихли и приготовились слушать.
Лиза вспомнила один короткий любовный роман и решила ограничиться им, как раз на час хватит.
Кудрявцева вышла из-за стола встав перед девушками, на миг прикрыла глаза и представила, что она на сцене, прониклась и ощутила, как воображение начинает бродить в ней. Сердце ее лихорадочно забилось. Она почувствовала легкое головокружение, затем какое-то мгновение смотрела невидящими глазами и начала…
Пятнадцать минут спустя все девушки сгруппировавшись и замерев сидели на первом ряду, а Лиза живописно жестикулируя и с эмоциями на личике отдавалась полностью истории, то повышая голос, то снижая до шепота вещала…
… - Попалась, Люсинда! Теперь тебе не уйти от меня! — воскликнула Кудрявцева. — Бедная девушка пронзительно вскрикнула. Но никто не слышал ее жалобных криков. — Лизавета обвела аудиторию взглядом злодея, громко застонала, закрыла лицо руками и понизив голос страстно изрекла, играя роль: — Запомни, я никогда не позволю другому обладать тобой!
— Ах, — воскликнула блондинка Ранана. — Какой мужчина.
Кудрявцева вперив в асурок взгляд продолжала:
— Каждая секунда длилась для него тысячу лет… и вот, он схватил ее и потащил в лес, прижал к сосне, страстно обнял ее и сказал: — Из-за тебя пылает мое сердце…
— О! — девушки как одна наклонили головы в бок следя за иссой Лизой, которая изображая страсти вещала дальше:
— …и двое страждущих слились воедино, в одном страстном поцелуе… Люсинда почти лишилась чувств в его объятиях. А он все более страстно впивался в ее губы. Какая-то горячая волна поднималась и росла в ней. Она испытывала непреодолимое желание ответить на его поцелуй, сознавая в то же время, что не должна этого делать. Ужаснувшись этому внезапному необъяснимому порыву, она попыталась отстраниться от него, но он не отпустил ее. — Я бы мог сделать тебя счастливой, моя Люси, если бы ты только мне это позволила!!!!
В аудитории раздались ахи и охи восторга, Лизавета же жестикулируя изображала поцелуй и объятия, обхватила себя за плечи руками, а потом пробежалась и по телу. Девушки повскакивали со своих мест.
— … и наконец без колебаний… он… — Кудрявцева всплеснула руками сымитировав как он лапает Люсинду… — а потом он посадил ее на своего коня, запрыгнул сам, и они умчались прочь… в свое будущее… в свою сказку…
Лизавета тряхнула головой, — В общем жили они долго и счастливо без всякого дарххаза, — заключила она и села на свое место за столом.
— То есть мальчикам из выпускной группы вы тоже такое рассказываете? — оживилась Далия. — Ну так с этого надо было начинать.
— А при чем тут это? — насторожилась Лизавета. — Я ничего такого им не рассказываю.
— Вы еще спрашиваете?! — возмутилась Далия. — Да вы только посмотрите! Они держат нас в изоляции. А там?!
— Там племянники и сыновья Повелителя! — выпалила Офира с темно-бордовыми волосами.
— Да! — раздался возглас еще двоих.
Лиза же сидела и мысленно чертыхалась не понимала девиц. — Я слышала, что скоро вас объединят.
— Через год, — возмущалась шатенка с длинными косами.