Служанка колдуна (СИ)

Двух рассерженных учениц Карфакс уже не выдержал. Махнул на нас рукой и сам пошёл в замок.
— Прекрасно, — проворчала я ему в спину. — Давайте оборвём разговор на полуслове. Что делать с Монком? Как теперь быть с лордом Девилем? Бель, ты это видела?
— Пусть остынет, — вздохнула она. — Потом всё обсудим. Надо посчитать золото и подготовить новую партию зелий. Завтра опять пойду в город.
— И про Абрамса ты ничего не сказала. Чем всё-таки занималась весь день и всю ночь?
— Я расскажу, — поморщилась Бель. — На кухне. Вы обедали? Чем помочь?
Я молча махнула, чтобы шла за мной. Одна беда с этими зельями, аптекой и Монком.
Лучше бы цыплятами торговали, но что уж теперь?
Анабель
Я рискнула рассказать Мередит всю правду. Всё, что случилось, начиная от сцены в аптеке с недовольным покупателем «крепости дуба». Так разволновалась в итоге, что руки задрожали. Я путала ингредиенты и всё роняла.
— Отдай нож, — попросила соученица. — Сама череду нарежу. Займись лучше пустырником. Вода под него в котле вскипела.
Пока я отрывала веточки от листьев, дошла в рассказе до пробуждения в комнате Питера. Запнулась на моменте, где он предложил обмануть учителя и беспомощно уставилась в чуть желтоватую воду.
— Мне нужно в город, Мери. Я боюсь, что учитель сам пойдёт разбираться с лордом Девилем и наломает дров.
— Гнать их нужно обоих в шею, — проворчала соученица. — И Монка твоего и отца. Я тут подумала. Если Абрамс догадался подговорить покупателя, чтобы он соврал, то кто мешал приказчику подкупить лорда-отшельника?
— Фридрих слишком хорошо знает мою семью. Он точно был знаком с мамой.
Мередит тяжело вздохнула, сгребая ножом череду в небольшую кучку. Хотела что-то сказать, но во дворе послышались шаги.
— Чем занимаетесь? — строго спросил лорд Мюррей, переступив порог кухни. — Бросайте варить зелья, торговля временно прекращается. Мередит, сколько золота пришло из города?
— Сорок монет, — немедленно отчиталась она. — И две у меня оставались из наших запасов.
Питер дал больше, чем мы могли выручить за лекарства из первой партии, но я не стала заострять на этом внимание.
— Прекрасно, — ответил колдун. — Отложили тридцать нам на поездку в столицу, а двенадцать вручи Анабель. Пусть тратит их на еду, пока мы не вернёмся. А с господами Монком и Девилем поступим так. Бель, ты дашь мне магическую клятву, что в течении двух недель под страхом смерти не покинешь замок и никого сюда не пропустишь. Разговоры, переписка и всевозможные знаки в воздухе тоже под запретом.
Решение было кардинальным, в духе колдунов старой закалки. Бабушка рассказывала, что раньше клятвам уделялось особое внимание. Формулировали их так, чтобы не осталось лазеек, скрепляли магическими чарами. В голубой шар-артефакт, по сути, тоже была вплетена клятва. Учитывая, что мы с Мери не произнесли ни слова, когда она связала нас по рукам и ногам, о мастерстве лорда Мюррея можно было писать в учебниках.
— Только если вы поклянетесь, что не станете устраивать мою судьбу, — ответила я. — Никаких переписок с Томасом или его сыном, никаких намёков на нашу свадьбу.
— Твой диплом о завершении обучения магии — тоже судьба, — приподнял бровь Роланд Мюррей. — Прикажешь мне и сюда не вмешиваться? Я тебе сейчас вместо отца, Бель. Родственную связь с Девилем ещё нужно доказать. Лично меня не устраивают басни о шраме на пятке. Поэтому «устраивать судьбу» в широком смысле я в текст клятвы включать не готов. Точнее формулируй своё условие. Со свадьбой тоже будь осторожнее. Без моего благословения ты в святилище предков с женихом не войдёшь.
Проклятье! Права была бабушка о хитрости колдунов!
— Поклянëтесь, что не станете выдавать меня замуж против моей воли.
— Уже лучше, — согласился он и достал из-за спины туго скрученный свиток. — Я свою часть текста уже написал. Добавишь?
— Подождите, — Мередит отвлеклась от смешивания мёда с молоком и вышла на центр кухни. — Вы там тоже лишка хватили. Что значит «не покидать замок под страхом смерти»? А если пожар будет? Прикажете Бель прыгать прямо в огонь? И не надо говорить: «Пусть потушит, она же колдунья». Вон после своего огненного цветка только резать траву и может. Все заговоры над зельями я читаю. Осторожнее надо с запретами.
 
— Ты права, — Мюррей задумчиво склонил голову на бок. — Но если она специально устроит пожар или наводнение, чтобы сбежать из замка прямо в объятия Монка?
Мери скривилась, щёлкнула языком и посмотрела на меня.
— Я бы до такого не додумалась, — честно призналась я. — Тогда предлагаю расширить пункт о запрете покидать замок. Клятва не будет действовать при реальной угрозе моей жизни, но я сама не должна её создавать.
— Вижу простор для для вольных трактовок, но согласен, — уступил колдун. — Так мы дадим тебе шанс сбежать, если на замок нападут. Шар возьми с собой, не нужно его здесь оставлять. В подвале сохранился спуск в единственный потайной ход. Он ведёт к реке. Ещё вопросы к тексту есть?
— А вы вписали в свиток условие, что я обязана вынести шар с собой?
— Нет, но впишу, — пообещал Мюррей. — В конце концов, главная наша задача — защищать тайну шара. Свет клином на твоей свадьбе с Монком не сошёлся. Артефакт важнее.
Значит, у меня не получится отправить Мери с запиской на постоялый двор и предупредить Питера, что выйти я смогу только при угрозе жизни со стороны. Мне придётся взять с собой шар. Если приказчик его увидит, будет худо. Что же делать? Не сидеть же мне затворницей две недели. Я тогда останусь и без аптеки, и без любимого мужчины.
— Снова опасно, — вмешалась соученица. — А если её как раз и будут ждать у потайного хода? Сколько замок стоял пустым? Лиходеи всякие и деревенские мальчишки тут были, как у себя дома. Почему вы решили, что тайных ход до сих пор тайный? На месте охотников за артефактом я пошумела бы под крепостной стеной, попускала горящие стрелы во вдор. Вынудила Бель сбежать и взяла её тёпленькой прямо у реки.
— Ещё раз назовёшь себя глупой или вспомнишь о корове под седлом, я очень разозлюсь, — нахмурился учитель. — Рассуждаешь, как настоящая колдунья. Тогда давайте думать, куда деть шар, если Анабель придётся уйти. Закопать его нельзя. Ты видела наш колдовской огород. Воры будут шуметь во дворе и заметят неладное.
— А если сделать обманку? — предложила я. — Артефакт-пустышку поставить на видном месте, а настоящий спрятать под ним. В полу или под землёй. Любой поисковик сработает на место. Вор подумает, что нашёл настоящий шар и заберёт его. А я как-нибудь потихоньку вернусь и выкраду его?
— «Как-нибудь» мгновенно превращается в «никак», — проворчал Мюррей. — Худшее, что может сделать колдун — надеяться на случай.
— Но нам придётся уехать, — напомнила Мери. — Оставить в замке Бель и надеяться, что никто за шаром не придёт. А голубая обманка хоть как-то отвлечёт лиходеев.
Учитель сверлил нас взглядом. Я кожей чувствовала, как ему не нравится идея с фальшивым артефактом, но ничего лучше не придумывалось. Никак.
— Хорошо, я закопаю настоящий шар поглубже и защиту на него повешу. Ту же самую, что я делал в своём логове триста лет назад. Теперь мне хватит на неё сил. А в сундук положу обманку. Сделать так, чтобы шар разгорался голубым пламенем от слов людей, достаточно просто. Договорились, Бель. Сейчас я перепишу слова клятвы и ты её прочтёшь. Только в кабинет вернусь, у вас свиток раскатать негде.
Он развернулся на каблуках и ушёл, а я подняла взгляд на Мери.
— Спасай, — жалостливо попросила я. — Я должна увидеть Питера до суда в последний раз. Он тоже поедет в столицу. И если вы с господином Мюрреем правы на его счёт, то приказчик уже не вернётся. Передай записку на постоялый двор. Прошу тебя, Мери. Там будет написано «приходи к замку» и всё. Клянусь!
 
Глаза у второй ученицы колдуна стали большими, круглыми. Она с трудом вдохнула и выдавила из себя.
— Может, и шар-артефакт ему сразу подарить? Забудь о свиданиях, Бель! Я знаю, у тебя розовая каша в голове от влюбленности, белые кони по радуге скачут. Но я согласна с учителем. Пусть Монк уезжает. Если у вас взаимное чувство, то он в лепёшку расшибётся, что угодно напоёт лорду Гринуэю, лишь бы вернуться. Просто жди.