Эхо мёртвого серебра (СИ)

Я перевернулся в воздухе и приземлился на ноги, проскользив и для устойчивости уперев ладонь в пол. Элиас бросился на дворфа, а это он и есть! Оксель ушёл от хватки ловким прыжком, ударил вновь, но полуэльф извернулся и отскочил от магического удара. Охнул и, схватившись за поясницу, упал на пол. Лицо побледнело, покрылось бисером липкого пота. Дворф направил на него ладонь и отпрыгнул, спасаясь от моего клинка. Вновь вскинул руку и резко отдёрнул. Заточенная сталь вспорола воздух, изменила направление и устремилась в грудь.
— Какая удача! Потомок врага сам пришёл в мои руки!
— А ты скор на решения. — Прорычал я, смещаясь из стороны в сторону, не давая ему прицелиться и остановиться.
Мага нельзя оставлять в покое. Впрочем, сразу убивать тоже не надо. У меня есть парочка вопросов к мелкой твари.
Два взмаха и левая рука метнулась к моему животу, на пальцах зажигаются статические разряды. Взмах правой стеганул по кисти с мечом. Я отклонился и… незримая сила вмяла мышцы живота до хребта, почти переломив его. Тело сложило пополам, отбросило назад. Покатило по полу, меч вылетел из кисти и исчез в темноте.
Элиас начал подниматься, охнул и вновь распластался на полу, скрежеща зубами. Прокушенная губа заливает подбородок кровью. Глаза бешеные от ярости. Фарина подёргивается, под головой растекается красная лужа.
Дворф пружинисто шагает ко мне, перебрасывая из ладони в ладонь клубок молний.
— Совет обрадуется такой маленькой победе. Особенно твоей голове. Она займёт достойное место в нашей коллекции.
— Да что ты говоришь… — Прохрипел я, поднимаясь и сплёвывая кровь.
Живот горит огнём, мышцы сводит судорога, а в глазах предательски темнеет. А может, это тухнет магический шар Фарины. Круг света сужается и клубок молний становится ярче. Чёрные глаза отражают его и смотрят на меня с фанатичной ненавистью.
Полуэльф с трудом выпрямился, сделал шаг и с рыком ухватился за бок.
Ладно… ладно! Двое безоружных против коротышки мага, расклад относительно хороший. Не особо на самом деле. Я криво улыбнулся, заметив движение в стороне от торгаша. Фарина приподнялась на локте, полностью скрытая тьмой.
— Знаешь, а ты слишком самонадеян. Карлик. — Нарочито громче сказал я, шагая навстречу, протягивая руку и тыча пальцем в грудь. — Но я с интересом пообщаюсь с этим твоим советом.
— Ну, у нас есть магия разговора…
Ледяной шип пробил шею дворфа, высунулся с другой стороны и Оксель рухнул, как шёл, лицом вперёд. Фарина выругалась и щёлкнув пальцами вновь зажгла свет. Застонала и перевернулась на спину. На губах девушки вздуваются красные пузыри, лицо кривится, а из глаз текут слёзы.
Она знает, кто я. Стоит ли оставлять в живых?
Подошёл к ней, склонился, заглядывая в глаза. Пожалуй, стоит. Добрая репутация превышает потенциальный риск.
— Там… в рюкзаке… зелья… должны быть… зелья… — Просипела девушка, глазами указывая на ношу дворфа. — Скорее… красные… с красной пробкой.
Рюкзак торговца внутри представляет собой забитый шкаф, множество кармашков со множеством вещей. Самые тяжёлые сложены на дне и перевязаны цветными верёвочками. На боковине в кармашке с жёсткими рёбрами нашлись пузырьки с красной жидкостью. Вытяжка из крови эльфов, довольно редкая, если так подумать. Два пузырька. Один походя бросил Элиасу, а второй влил в рот Фарине. Волшебница закашлялась, заскрипела зубами и зажмурилась. По личику пробежала судорога.
— Какая гадость… ох, спасибо.
— Рано благодаришь.
«Настало время переговоров».
  
Глава 28
 
Остриё клинка упёрлось Фарине под подбородок, нежная кожа натянулась и под металлом выступила рубиновая капля. Девушка замерла, глядя мне в глаза застывшим взглядом. Ситуация для неё хуже некуда. Заклинание не произнести, даже жестами. Стоит мне чуточку усилить давление, и сталь рассечёт глотку.
В стороне Элиас, глухо матерясь, глотает зелье, хватается за поясницу. Эхо убегает дальше по коридору и умирает во тьме.
— Понимаешь, — сказал я мягко и вкрадчиво, — у меня сейчас дилемма. Убить тебя или нет. Ты ценный союзник, свет опять же, но ты узнала слишком много.
 
— Тогда зачем зелье… — Выдавила волшебница, едва двигая губами.
— Ох, ну ты же поняла, кто я, а значит, точно слышала о моих привычках.
Я улыбнулся самой мягкой и тёплой улыбкой, девушка побледнела. На лбу выступила холодная испарина. Н-да, репутация однако. Надо будет расспросить, какие байки обо мне распустили за век. Явно нелестные, но это даже лучше.
— Я… никому не расскажу!
— Не особо верится.
— Слово волшебницы!
— Ты женщина, только дурак будет верить женщине на слово.
— Я, нет, мы! Мы уже смертники, поодиночке нам не выжить!
— Вот как, ха, это почему?
— Мы убили торговца! Сейчас сюда спешат их стражи с нижних этажей! Даже угроза торговцу карается смертью!
Я посмотрел на Элиаса, полуэльф выпрямился и откинулся, назад прижав ладони к пояснице, покачал головой:
— Я здесь никогда не был, порядков не знаю.
— Ладно, допустим. Но мы от входа буквально в паре шагов.
— Он уже перекрыт! Наверху нас ждут! Думаешь, почему этот выродок так бесстрашно ходил по крипте?!
— Хорошо, ты меня почти убедила, девочка. Что же ты предлагаешь?
— Нам нужен потайной выход, их всего семь на пяти этажах!
Глаза считают зеркалом души, вот только это бред. Глаза простая штука, почти у всех они одинаковы. А вот мимика! Маленькие подёргивания мышц лица, которые человек даже не замечает, мимолётные гримасы. Вот они выдают намерения, хоть и с большой погрешностью. Она боится, в ужасе! Пугает меч у горла, чудовище из детских сказок держащие его и месть дворфов. Она уже поняла, что узнала слишком много.
Какой же соблазн надавить на меч и смотреть, как искорка жизни затухает в огромных глазах. А ведь меня даже нельзя будет обвинить в жестокости. Простая необходимость.
Клинок дрогнул и медленно отодвинулся, скользнув плоской частью по подбородку. Фарина неуверенно взяла протянутую руку. Встала с трудом, зелье остановило кровь и затянуло рану розовой кожицей, но сотрясение осталось. Колдовать ей будет очень трудно, как и ходить.
— Элиас, помоги нашей прекрасной спутнице. — Опустив меч поднял ключ на ладони и сверился, как с компасом. — Нам нужно спустится на пару ярусов ниже.
— Зачем?! — Выдохнула девушка, хватаясь за протянутую руку и опираясь на полуэльфа.
— Там для меня расставлена ловушка.
— Так зачем туда идти?!
— Ну как же, люди старались, а я возьми и не приди? Это не вежливо.
***
Орсвейн на ходу поправляет левый наплечник, не слишком удачно затянул ремешок. Солнце светит в спину, нагревает новенькие латы, а густая тень накрывает всю улицу до самой площади. Редкие приключенцы вжимаются в стены, прячутся в переулках от гиганта. Сквандьяр сказал, что Элдриан спустился в крипту, а оттуда ему точно не сбежать. А если жирдяй соврал, то далеко убежать не успеет.
Возле башен копошатся люди, несколько чиновников отдают приказы и грызут ногти, бросая затравленные взгляды на вход в подземье. В стороне бурлит толпа не успевших спуститься. Стража носится, как муравьи в горящем муравейнике. Выстраивают кордоны у каждого входа, нацелив внутрь массивные алебарды.
Сначала Орсвейна внимания не обращали, но стоило приблизиться все ощутимо занервничали. Тройка стражников выдвинулась навстречу, но сделала вид, что направляется в другую сторону.
Чиновники задрожали, прижались друг к дружке, глядя на него с ужасом и непониманием.
— Мне нужен некий Элдриан. — Прогудел Орс. — Он спускался сегодня?
— Д-да… из-за него такая буча.
— Вот как?
— Его группа убила торговца, а это страшное преступление против всего города! Против окрестных королевств!
С каждым словом, поняв, что убивать их не собираются, чиновники смелеют. Один с хрустом выпрямился и тут же согнулся под тяжестью ладони рыцаря, опустившейся на макушку.