Мост висельников (ЛП)

— Расскажи мне больше, — настаивал я, и она кивнула, откидываясь на подушки.
Когда она начала говорить, я начал выстраивать образ своей матери в голове, выясняя, кем она была и кем, возможно, являюсь я. Большую часть своей жизни я носил броню и стал самым сильным и свирепым существом, каким только мог быть, но в моей тьме был свет. И пришло время снова впустить его.
 
  
— Мы точно уверены в этом? — Спросила я, дергая за подол маленького серебристого платья, которое было на мне, прекрасно понимая, что мои попытки почти ничего не дали для того, чтобы мои ягодицы не торчали из-под него.
Мы были за кулисами «Загробной Жизни», музыка гремела по клубу так громко, что стены вибрировали от нее, в то время как стриптизерши суетились вокруг нас, надевая свои костюмы для первых выступлений, натирая свои тела блестками и детским маслом, пока не стало казаться, что Пегаса стошнило на все помещение.
Прошло три дня с момента той заварухи в пещере, повешения и всего остального. Три дня наслаждения под солнцем и купания в компании моих мальчиков, в то время как каждый «Арлекин» в городе искал хоть какие-то признаки присутствия Шона и не смог найти даже волосинки, который принадлежал бы ему.
Мы провели много времени, вспоминая истории из нашей юности и возвращаясь к той связи, которую мы всегда так легко разделяли, и, конечно, эта новая динамика включала в себя много наготы, к которой у меня не было абсолютно никаких претензий. Но только не с Фоксом. Он держался на расстоянии, когда остальные искали удовольствия в моей плоти, и я знала, что он с трудом приспосабливается к новому образу жизни. Но он не уходил и не казался обиженным тем, что я провожу с ними время. И я была так рада, что он стал частью этого, даже если мы не спешили.
Угроза над нашими головами в виде Шона никогда не покидала нас. Ощущение его присутствия никогда не покидало. Он что-то замышлял. Должен был. Но мы просто понятия не имели, что это могло быть.
Мы не могли просто залечь на дно, и никто из нас никогда не был из тех, кто дрожит от страха. Итак, если мы не могли найти Шона, то наш план состоял в том, чтобы позволить ему найти нас. Это означало выйти на публику и рискнуть, дать ему возможности, чтобы заставить его поверить, что он может застать нас врасплох.
— План состоит в том, чтобы выманить его, красавица, — промурлыкал Рик мне на ухо, пока Чейз ерзал на краю туалетного столика Джей-Джея, его взгляд метался по комнате, пока он сердито смотрел на всех, как будто думал, что Лайла или Ди могут вытащить базуку из своих задниц и выстрелить в нас в любой момент. — Но на это не будет шансов, если мы будем прятаться дома, не так ли?
Я поджала губы, понимая, что это правда, хотя это и не мешало мне хотеть затащить их всех четверых туда, чтобы спрятаться от всего мира вместе со мной.
Я понимала, что мы должны это сделать, должны заставить Шона поверить, что у него есть шанс добраться до меня, и выманить его, притворяясь, что мы уже выиграли. Но я ненавидела подвергать своих парней такой опасности.
— Тебе станет легче, когда мы вырежем его сердце и положим его к твоим ногам, — тихо добавил Чейз, и уголки моих губ дрогнули от этой картины.
— Пойду осмотрю толпу, — сказал Фокс, когда Джей-Джей начал разогреваться перед выступлением на сцене, выполняя серию отжиманий рядом с Техасом, и они вдвоем устроили соревнования кто первый сделает сотню. Мой взгляд задержался на Джей-Джее, когда его мускулы напряглись, а масло на его теле подчеркнуло каждую рельефную линию его спортивной формы. Черт возьми, он был съедобен.
— Может быть, нам всем стоит пойти, — предложила я, потянувшись к Фоксу, когда он сделал шаг назад, не желая, чтобы кто-то из них пропал из виду.
Возможно, нам потребовалось несколько дней, чтобы зализать наши раны, и большинство моих порезов и ушибов были на пути к заживлению, но я знала, что Фоксу на восстановление потребуется больше времени, чем он себе дал.
Последние несколько дней были полностью посвящены планами поимки Шона, так у нас почти не оставалось времени ни на что, кроме еды, а поскольку Мейбл и Лютер постоянно находились в доме, нам двоим не удалось повторить ту первую ночь. Сказать, что я жаждала этого, было бы преуменьшением.
То, как зеленые глаза Фокса блуждали по лоскутку материи, которые я надела и которые с трудом можно было назвать платьем, дало мне понять, что он так же жаждал второго раунда, как и я, но здесь я мало что могла сделать, разве что затащить его в кладовку. Подумав об этом, я не смогла удержаться и с надеждой посмотрела на других моих мальчиков, и взгляд, который бросил на меня Рик, сказал, что он точно знает, о чем я думаю.
— Сначала позволь мне все проверить, — настаивал Фокс, как настоящий альфа.
Я уступила, в основном потому, что синяки вокруг его горла выглядели хуже некуда после нескольких дней цветения, и я знала, чего ему стоило оставаться с нами, несмотря на боль, которую он испытывал из-за них и ножевой раны в боку. Он принимал обезболивающие, но, несмотря на это, среди моих знакомых было не так много людей, которые могли бы так быстро встать на ноги после того, что ему пришлось пережить.
— Хорошо, — сказала я, и мое горло сжалось при мысли о том, что он направится в эту толпу. Но он был Фоксом, мать его, Арлекином, так что я знала, что должна доверять его инстинктам. Если он сказал, что справится, значит, справится. Не то чтобы это помешало мне позже поиграть с ним в сиделку.
Я поймала его за футболку, когда он сделал шаг назад, крепко сжимая ее в кулаке и притягивая его к себе в явном требовании.
Фокс не сопротивлялся, крепко схватив меня за подбородок и завладев моим ртом, вынудив меня судорожно вздохнуть, отчего мои губы приоткрылись и дали ему полный доступ к моему рту.
Его язык прошелся по моему, рисуя греховные линии, а я погрузилась в мысли о том, как он будет делать то же самое между моих бедер.
Из горла вырвался стон, и я встала на цыпочки, хотя каблуки, которые я надела, уже и так добавили роста моим длинным ногам. Но Фокс Арлекин был велик во всех отношениях, имевших значение: его физическая форма, его аура, его чертова энергия, и мне нужно было удовлетворить потребность в нем.
Фокс отстранился, ухмыляясь мне сверху вниз, удерживая меня за подбородок, а его рот приблизился к моему уху, и по моей спине пробежала дрожь, когда он заговорил в него.
— Держу пари, ты бы так мило умоляла, колибри, — прорычал он, и его хватка усилилась, когда я прикусила нижнюю губу. Я была сильной, независимой женщиной, но, черт возьми, у меня была чертова склонность подчиняться, когда мои мужчины становились альфа-самцами по отношению ко мне. — Ты бы умоляла меня трахнуть тебя прямо здесь, перед всеми этими людьми, не так ли? Я думаю, если бы я немного подтолкнул тебя, ты бы умоляла так убедительно, что я бы дал тебе то, чего ты хочешь. Я бы повалил тебя, раздвинул твои ноги и смотрел, как ты принимаешь в себя каждый дюйм моего члена, умоляя об этом.
Мои зубы впивались в губу почти до крови, соски затвердели от желания, и я скользнула рукой, которой до этого держала его футболку, вниз, к его поясу, кивая в знак согласия с его обвинением и заставляя его мрачно усмехнуться мне на ухо.
— Что ж, с этим придется подождать, — твердо сказал он, отступая назад и отпуская меня, а его глаза были полны вожделения, которое он пробудил во мне. — Потому что я хочу, чтобы ты была совсем одна, когда ты снова будешь со мной. Никто не будет смотреть на тебя, кроме меня. Поняла?
  
Я перевела взгляд на Рика, который недовольно фыркнул, в то время как Чейз просто пожал плечами, казалось, не возражая против требований Фокса, даже если он сам явно не имел ничего против того, чтобы поделиться мной.
— Хорошо, — согласилась я, понимая, что в этом смысле наши отношения с Фоксом будут отличаться. Он был слишком ревнив, чтобы наблюдать за мной с другими, слишком собственником. И хотя он явно принял то, что у меня было с остальными, и не делал никаких попыток встать между мной и ними, было очевидно, что он хотел, чтобы то, что происходит между мной и ним, оставалось за закрытыми дверями. Я уважала это, даже если это могло вызвать проблемы, когда речь шла о том, как я буду распределять свое время. Но Джей-Джей уже не раз шутил о расписании секса и ночевок, так что я решила, что пока они не против, чтобы мы сами во всем разобрались.