Сладостный вызов

Скоро, очень скоро.
Выйдя на улицу, Брэм заметил охранника, который стоял в тени крыльца. Он оседлал коня и ринулся заканчивать свои дела. Завтра он проследит за подготовкой комнаты для Джеффри. Он позаботится об игрушечных солдатиках, о книгах и играх. Он знает врачей, с которыми надо было бы связаться, чтобы продолжить лечение…
Как много всего!
И лишь настоящий отец мог с такой любовью думать о своем сыне.
Маргарита проснулась, инстинктивно пытаясь высвободиться из рук, одна из которых плотно зажала ей рот.
— Тихо. Не шевелитесь.
Она заставила себя замереть, не узнав, кому принадлежит шепот. Но, как только ее глаза привыкли к темноте, она узнала Кейси, наклонившегося над ней, его жадные глаза сверкали.
— Теперь вам надо вставать. Прямо сейчас. Но не шумите, слышите? Если я услышу хоть писк, вы немедленно умрете.
Спорить с ним было бесполезно. У него в руках был револьвер, он блестел в лунных лучах, попадавших в комнату через незанавешенное окно.
Поднимаясь, она скользнула рукой под подушку, надеясь там найти оружие, которое ей дал Брэм.
Но Кейси, следивший за ней, поторопил ее:
— Туфли. Наденьте какие-нибудь туфли.
Она сделала то, что ей было приказано, вставляя ноги в крошечные атласные туфельки, которые она носила с того дня, как ее выкрали из церкви и до ее поездки к Софии.
— Куда вы меня ведете?
— Наружу, — был ответ.
— М-могу я взять мою накидку? — спросила она, надеясь таким образом выиграть время для обдумывания ситуации. Никаких следов Брэма не было — никакого знака, что он здесь вообще был до тех пор, пока этот человек не ворвался к ним в спальню. Она могла лишь надеяться, что он был где-то поблизости. Где-нибудь, откуда он мог бы ее услышать.
— Не пытайтесь кричать. Его здесь нет, — сказал Кейси, словно прочитав ее мысли. — Он уехал в Солитьюд.
— Солитьюд?
— Да. Как мы с ним и договорились, он ждет меня на кладбище. Давайте постараемся его не разочаровывать и не опаздывать.
Направив на нее револьвер, он указал ей на дверь. Она пошла туда, надеясь, что, когда она пойдет по ступеням вниз, ее шаги услышат Эддингтоны и сообщат ее телохранителям. Но, как только она вышла за дверь, он прижал ее к столу и произнес:
— Только не вздумайте шуметь! Будьте тише воды, ниже травы. Ваши телохранители уже давно лежат без сознания в лесу. — Он улыбнулся. — Я так долго ждал, когда ваш муж спустится по лестнице и исчезнет в темноте. Я даже ему салютовал. — Он придвинулся ближе. — Это была его ошибка. Нанять частных охранников. Как только он сделал это, я сразу понял, что настало время.
— Время?
— Для обмена.
Она продолжала молча смотреть на него, а он добавил:
— Разве он вам не говорил? Сегодня они хотят отдать мое золото, мое и только мое, какому-то размазне, бывшему генералу Конфедерации, в обмен на список шпионов. Я не собираюсь допустить это. Я намереваюсь забрать и золото, и список. — Он снова улыбнулся. — Представьте себе, какое у меня в руках будет богатство. Огромный длинный список честных граждан, которые готовы будут мне заплатить любую сумму денег за молчание.
— Шантаж? — выдохнула она.
— Нет, по-моему, дело джентльменов. — Он подтолкнул ее. — А теперь пошли. И не делайте ничего, что могло бы привлечь внимание тех, кто есть в доме. Я не хотел бы нарушать их покой не нужной никому стрельбой. Но если вы будете шуметь, то мне придется сделать это.
Кивнув, Маргарита тихо прошла вдоль стола, быстро вытащив шляпную булавку из стоявших здесь же наполовину распакованных коробок с вещами. Она воткнула ее себе в рукав, молясь, чтобы Кейси не заметил ничего. Это был ее единственный шанс и единственное возможное оружие, которым она могла бы защищаться.
Кейси взял ее за плечо, ведя через холл и затем к парадной двери. Маргарита могла лишь закрыть глаза, увидев свет в задней части дома и услышав бормотание Уиллы и Берта.
Но они ничего не слышали.
Они даже и не подозревали, что с ней произошло что-то неладное.
Дорога к означенному месту была тише, чем Брэм ожидал. Его мысли были заняты мечтами о будущем, ему не терпелось задать Маргарите тысячу вопросов про Джеффри.
 
Когда он подъехал к деревьям, окружавшим его имение, то постарался выбросить все это из головы, все, кроме дела. Все его планы могут полететь в тартарары, если Кейси действительно предатель.
Бледные лучи лунного света падали на дорогу, не задевая заросли на ее обочине, погруженные в густой мрак.
Привстав в стременах, Брэм въехал на территорию фамильного кладбища. Он машинально читал надписи на могилах многочисленных родственников и слуг, похороненных в этом тихом месте. Позади всех стоял мраморный склеп, на котором застыл ангел, простерший над землей светящиеся в ночи крылья. Только Мика мог придумать спрятать сокровища Сент-Чарльзов в этом склепе. Он, как ребенок, любил всякие тайны. Он прятался в тени, подпуская Брэма поближе, затем Джексон выпрыгивал из кустов и страшно кричал.
— Брэм!
Услышав тихий голос, Брэм подпрыгнул от неожиданности и выхватил револьвер.
Но это был Уилкинс, появившийся из-за деревьев. За ним виднелась пара мулов, впряженных в повозку, на козлах сидел Эриксон.
Брэм медленно спрятал свое оружие.
— Черт возьми, я решил, что это мой младший брат.
— Или привидение? — спросил Джеймс.
— Нет, не привидение, — у Брэма задрожал подбородок. — Джексон никогда не станет привидением, даже после моей смерти.
Наступила неловкая тишина. Брэм понял, что утратил сдержанность со своими товарищами, чего он никогда не позволял себе с тех пор, как стал профессионалом.
— Вы привезли сундуки из гостиницы?
— Да, сэр.
— Хорошо. И намекнули Кейси на приезд генерала Паттерсона?
Уилкинс помрачнел.
— Он должен был бы уже приехать сюда. Мы послали за ним около двадцати минут назад.
Словно в ответ на это раздался стук копыт. Одинокий всадник появился среди могил, его осанка, его фигура были слишком хорошо всем знакомы, и никто не достал оружие.
— Есть какие-нибудь известия от генерала?
— Нет. Пока нет, — ответил Кейси. — Но в записке, которую я получил от Шеффилда, говорилось, что они с нами встретятся здесь сегодня в полночь.
Брэм приветствовал своего бывшего друга, удивившись, как далеко уже зашло дело. Почему Кейси попросту не украл золото из тех самых сундуков и не постарался с ним бежать? Если бы он сделал это, весь этот спектакль бы не понадобился. Его интерес к сундукам мог бы быть доказательством его вины. Но, несмотря на то что Брэм оставлял иногда сундуки без охраны, Кейси ни разу не пытался их выкрасть.
Они услышали шум подъезжающих лошадей.
— Это Шеффилд, Брэм, — заметил Уилкинс.
Брэм обернулся, вглядываясь в темноту, и узнал своего шефа. Он ехал верхом, рядом с громоздкой каретой, запряженной четверкой серых лошадей. Мускулы его лица напряглись, он вцепился в поводья.
— Привет, ребята, — он внимательно посмотрел на Кейси.
Кейси тоже смотрел на него.
— Как в старое доброе время, не так ли, Брэм? — спросил он.
Брэм не знал, что ответить.
Карета приближалась, съехав с дороги на траву, прежде чем остановиться. Никто не шелохнулся. Затем Шеффилд нагнулся, чтобы что-то сказать в окно экипажа. Внутри задвигалась тень. Затем Шеффилд подъехал к Брэму и его помощникам. Он вежливо прикоснулся к полям своей шляпы.
— Добрый вечер, ребята.
— Полковник.
— Прошу прощения, что вас пришлось поднять из кровати. Но мы не имели права пропустить этот список.
— Это тот самый человек, полковник? — спросил Уилкинс, напряженно вытянувшись, словно увидел перед собой змею.
— Да. Это он. — Шеффилд обратился к Брэму: — Ты привез золото?
— Да, сэр.
Но Брэм промолчал о том, что он перестраховался и наполнил почти все сундуки всяким железным хламом. Он хотел, чтобы ничто им сегодня не мешало поймать предателя.