Тени судьбы (СИ)

Несмотря на все эти глупые шутки Кортвика и его шайки, Тортон видел неподдельный страх на их лицах. Насмехаясь над Вэйном, они еще пытались вести себя развязно, будто бы ничего не боясь. Однако получалось у них это плохо. В глубине души каждый из них понимал, что витающая в ледяном морозе смерть вокруг них уже совсем близко.
МАРКОС
— Вместе с латниками из Подлунного королевства на Октерфон в общей сложности мы сможем отправить шесть тысяч мечей, — Кердио Лондрен лениво почесал бровь, — этого вполне хватит для продолжительной осады, но, если мы хотим закончить все гораздо быстрее, то…
— У нас есть баллисты, — вставил Шерман зек Дорзек, — и более того, если нас не слишком заботит сохранность замка, то я не вижу никаких препятствий. Нужно действовавать быстро и решительно. Мы обладаем достаточными ресурсами для молниеносного захвата замка. Думаю, управимся всего за пару суток. Да и на северо-востоке Астариса зима придет уже через несколько недель, и чрезмерная нерасторопность может сыграть с нами злую шутку. А епотому осада — глупая и непозволительная роскошь.
Лондрен утвердительно кивнул, перевел взгляд на Маркоса Олуика.
— Я тоже так считаю, милорд, — Лондрен провел ладонью по лысине, — если нас интересует только содержимое подземелий Октерфона, то с помощью зарядов баллист нам лишь требуется пробить брешь в стенах, и взять крепость штурмом.
Сцепив пальцы домиком, архонт Солнечного Копья Маркос сидел, с задумчивым настороженным видом, откинувшись на спинку кресла. В следующий миг Маркос с силы хлопнул ладонью по столу, и подался вперед. Его лицо исказилось от гнева.
— В том то и дело, — он выставил палец перед лицом Лондрена, — что Октерфон — фамильный замок моих предков. Вэрсионы с помощью гнусной лжи и обмана отняли его у нашего рода.
Кердио Лондрен нервно сглотнул.
— В ваших же интересах сделать так, чтобы замок был захвачен с минимальным ущербом, — закончил Маркос.
— Да, Ваше Величество, — пробубнил Лондрен, — я вас понял.
Маркос тяжко вздохнул, провел ладонью по взмокшему лбу.
— Какой гарнизон у Вэрсионов?
Лондрен сверился с записями разведчиков.
— Не больше полусотни лучников, и около двух сотен латников. — Ответил он, и, встав с места, ткнул пальцем в разложенную на столе карту, — если нам удастся быстро вывести из строя западную и восточную башни, это станет приговором для Вэрсионов. У них не останется ни шанса.
Он обернулся на Кайо, и задержал на сыне задумчивый взгляд. Темноволосый наследник Солнечного Копья, закинув ногу на ногу, безучастно поигрывал в карты сам с собой. Юноша сидел в одной атласной рубашке, которую даже не потрудился застегнуть.
— Ваше Величество, — заговорил капитан Нетрис аргх Голлрах, предводитель наемного отряда «Сыны пламени», — со своей стороны могу дать полную гарантию, что пятьсот моих ребят будут готовы выступить хоть на рассвете, и если…
— Продолжим совет завтра, — ледяным тоном прервал его Маркос Олуик.
Голлрах недовольно кивнул, но возражать ничего не стал.
Члены Совета неуверенно переглянулись. Первым встал Кердио Лондрен.
— Лорд Вэрсион, — поклонился он, и зашагал к выходу.
Остальные последовали его примеру.
— Останься, — не глядя Кайо в глаза, Маркос остановил поднявшегося с места сына.
Кайо с грохотом уселся обратно.
— Что такое, отец? — Безразлично спросил он, и потянулся к штофу с аргелинским вином.
— Уверен, ты догадываешься, о чем идет речь.
Кайо в пару глотков осушил кубок, и налил еще. Юноша сузил глаза, пристально всматриваясь в отца. Запрокинув левую руку за верхнюю спинку стула, он медленно поднес кубок к губам. Перекинув жидкость из левой полости рта в правую, отхлебнул и смачно глотнул.
Маркос тяжко вздохнул, провел рукой по копне редких взмокших волос.
— Знаю, о чем ты сейчас думаешь, — начал он, — я ведь никогда особо не поощрял твои увлечения разной поганью…
Кайо едва не поперхнулся. Юноша отставил кубок в сторону, вытер рот ладонью.
 
— Особо не поощрял? — Хохотнул он, — да из-за твоей твердолобости я полгода в темнице просидел!
Маркос стукнул ладонью по столу. Штоф с вином свалился на пол. Кайо раздраженно вскинул руки в сторону, и отвел взгляд к стене.
С минуту помолчали.
— В последнее время у нас не все идет гладко, — вздохнул Маркос, — после смерти твоей матери я так и не смог прийти в се…
— Отец, прошу, — прервал его Кайо, — у меня нет ни желания, ни сил обсуждать это сейчас.
Маркос кивнул.
«Хоть в чем-то мы с тобой согласны».
— Несмотря на наши разногласия, — Маркос посмотрел сыну прямо в глаза, — я хочу, чтобы ты знал, что я горжусь тобой. Знаю, что я не самый примерный отец и в последнее время мы с тобой почти не разговаривали… А мне бы так хотелось отложить все дела в сторону, и часок-другой прогуляться в садах.
Маркос откашлялся, затем продолжил.
— Но ты должен знать, что несмотря ни на что, я люблю тебя. Ты всегда можешь обратиться ко мне за советом.
Кайо ухмыльнулся, снова отвел взгляд в сторону.
— Кайо, — позвал Маркос, — сын, посмотри на меня.
Юноша медленно поднял взгляд на отца.
— Ты — самое дорогое, что у меня осталось, — сдержанно проговорил Маркос, — я не хочу, чтобы ты погиб в безрассудных попытках заслужить мое признание. Позволь заняться добычей агэльфиуса кому-нибудь другому. Это слишком рискованно. Я не могу потерять еще и тебя.
Он помедлил, затем, понизив голос, добавил:
— Никакое богатство жизни того не стоит. Даже агэльфиус.
Кайо фыркнул.
— Вот те на! Давно это ты стал беспокоиться за мою жизнь? — юноша вскочил с места, и ткнул пальцем в отца, — ты сам-то в это веришь?
Маркос закрыл лицо ладонями, и закачал головой.
— Или ты просто на просто хочешь прибрать всю славу и богатство себе? — Голос Кайо сорвался на крик, — ну уж нет, дорогой отец! На этот раз это не пройдет!
Он выскочил из-за стола, и остановился в нескольких шагах от Маркоса.
— Ты посмел заговорить о смерти мамы? — Глаза Кайо сделались совсем безумными, — после того, что ты натворил?
— Кайо…
— После того, как ты убил ее?! — Заорал Кайо.
— Пошел прочь! — Проревел Маркос, вскочив с места, — убирайся сейчас же!
На лице Кайо Олуика появилась довольная ухмылка. Поравнявшись с отцом, он наклонился к его уху, и прошептал:
— Ты знаешь, что я прав. И я неимоверно счастлив, что ты будешь жить с этим до конца своих дней.
Маркос почувствовал, как гулко бьется его сердце.
— Как же ты жалок, — поежился Кайо, и вышел прочь.
СИЛИЯ
— Ваше величество, — управитель Ренфри Хатегорн отворил дверь подземелья, и обернулся к Силии, — прошу вас, будьте с ним осторожны. В последние дни зверь чрезвычайно агрессивен. В общем-то, как вы понимаете, именно из-за этого я и принял решение заточть егот здесь. Распугивая других животных, он не мог и дальше содержаться в королевских конюшнях.
Силия молча кивнула. Ренфри продолжил:
— Он ничего ни ел и не пил уже несколько дней, а при малейшей попытке накормить его, начинает брыкаться и размахивать крыльями.
Управитель Хатегорн откашлялся.
— Он покалечил уже двух служащих, и я опа…
Силия остановила его жестом.
— Полно, Ренфри, — королева задержала на нем проницательный взгляд голубых глаз, холодный, словно зимний рассвет, отчего Ренфри в смущении потупил взгляд в сторону, — Эгвиракс не зверь. Он — часть семьи.
— Да, госпожа, но я…
— Довольно, — прервала его Силия, и шагнула во мрак, — спасибо, что проводил меня, а теперь отправлясйя наверх.
Взяв из рук управителя Хатегорна факел, королева захлопнула за собой дверь и принялась спускаться по ступенькам.
Подобное отношение к Эгвираксу она ожидала от кого угодно, но только не от Ренфри Хатегорна. Она знала этого человека с самого детства. Он научил Силию кататься верхом, показывал, как правильно расчесывать гриву ее пони, желто-саврасовой Авите.