Светлым магам вход воспрещен

– Он позволил на словах! Еще при жизни.
– То есть ты даже официального разрешения не получал? Втихую оживил мертвеца и сделал вид, что он сам вылез из могилы?
– Ты кто? Дознаватель? – рассердился Нестор. – Чтобы ты знала, мы с Ферди вместе учились! Он тоже был некромантом и желал бы посмертной жизни!
– Но наверняка ты не знаешь, а он сказать не может по объективным причинам… И верь после этого в дружбу с темными! – ошарашенно протянула я. – Слушай, если вдруг решишь подружиться со мной, то предупреди заранее. Я получше спрячусь.
– Никогда не любил чародеев!
– Взаимно.
– От вас одни проблемы!
– Сказал некромант, превративший однокурсника в умертвие, – не преминула наступить на больную мозоль.
Нестор одарил меня по-волчьи мрачным взглядом, скрипнул зубами и попытался взвалить бывшего друга на закорки. Но в перевалке что-то пошло не по плану. Некромант замер в полуприседе, небритое лицо странно вытянулось, а в глазах появилась тоска страдальца, до шоковой боли потянувшего поясницу. Обретя дар речи, он очень по-мужски, то есть совершенно нелогично, сорвался на единственной чародейке, по роковой случайности оказавшейся рядом:
– Так ты поможешь или будешь смотреть, как я подыхаю, весноватая?!
– А где «пожалуйста», лысый?
– Прикончу! – сквозь зубы процедил он, не в силах ни сбросить лучшего мертвого друга, ни подняться вместе с ним. – Пожалуйста…
– Кого из вас перемещать в склеп? – деловито поинтересовалась я, и на секунду почудилось, что у Нестора появилась голубая мечта превратить меня в зомби. Взамен усыпленного.
Под действием несложных чар, между прочим, из обязательного курса бытовой магии, Фердинанд поднялся над паркетом. Руки обвисли плетьми, широкий плащ разошелся, демонстрируя замусоленную рубашку и старые штаны.
– Обожди, – попросил некромант. – Подними повыше.
Я выразительно изогнула брови.
– Пожалуйста, – с недовольной рожей буркнул он, расщедрившись на краюшку вежливости.
Когда просьба была исполнена и Ферди подлетел на высоту пояса, травмированный ведьмак, кряхтя и кривясь от боли, стянул с него черное одеяние. Кое-как и не с первой попытки сложил крестом лапы с умильно подпиленными когтями. Плащ опустился сверху, как покрывало, окутав висящую в воздухе фигуру.
– Нестор, дай его плащ погреться, – окончательно задубев, попросила я.
Он глянул на меня, как на врага всего потустороннего мира.
– Тебе жалко, что ли? Он все равно холода не чувствует, – проворчала я.
– Конечно! Ты же его усыпила.
– Нет, просто он мертв. Если ты не в курсе: мертвецы не способны ощущать холод.
– Ты наглая, как уличная торговка! – не найдя других аргументов, банально выругался он, явно не желая делиться священным плащом с идейным врагом.
– По-моему, лучше быть согретой торговкой, чем замерзшей до посинения интеллигенткой. Не считаешь? – ничуть не обиделась я.
– Не считаю!
– Это потому, что ты плотно одет.
Некромант скрипнул зубами, поиграл желваками, но сдался: раздраженно сдернул с зомби покров и швырнул мне в лицо. Мол, подавись. Демонстрировать гордость я не собиралась и шустренько скользнула в широкий плащ, игнорируя весьма специфичный запах, исходящий от ткани. При желании в одежду зомби можно было завернуться два раза, как в покрывало. Рукава-трубы, доставшие до колен, пришлось подогнуть.
– Потеплело? – сощурился Нестор, видимо, тем самым пытаясь разбудить в нахальной чародейке совесть. Но некоторые вещи, например совесть, в отличие от умертвий, на холоде категорически не воскрешались. К тому же Ферди плевать хотел на одежду, а я не плевала на угрозу подхватить насморк.
– Еще нет, но скоро. – Завернувшись в плащ, спрятала озябшие руки под мышки и потихонечку начала оттаивать. – Полетели в склеп?
– Ко мне, – хмуро поправил он, не объясняя, где именно находилось таинственное «у него».
Мы шагали с двух сторон от плывущего лодкой умертвия: съежившаяся, как прошлогодняя слива, девица и скукоженный долговязый парень, потирающий поясницу. Прелесть, а не команда телохранителей! Мертвые слепые глаза Ферди были устремлены в потолок, и безобразия он наблюдать не мог. Морда отдавала синюшным, в приоткрытой пасти виднелась дырка вместо выбитого зуба.
 
Перед распахнутыми дверьми Нестор застопорился, жестом велел замереть и мне. Мысленно решила, что некромант остерегался еще одного оголодавшего лучшего друга – кто знает, сколько бывших однокурсников посмертно проживает в замке? – но он кивнул на Фердинанда:
– Переверни.
– Сам переверни. Я еще не согрелась.
– Если бы мог, просил бы тебя, весноватая?
– Что, лысый, в темных академиях не учат бытовой магии? – съехидничала я.
– Не на моем направлении, – хмуро буркнул он.
– Заклятие не освоил, да? – издевательски поцокала языком. – А как же ты таскаешь покойников?
– На спине! – начал злиться Нестор.
– Тогда понятно, почему тебя раскорячило: там раскопай, там дотащи… – нехотя освобождая руки из теплого плена, проворчала я и изящным движением заставила Ферди перевернуться носом к полу. Как знать, может, Нестору больно смотреть в лицо бывшего друга? Теперь-то умертвие глядело в паркет и было не способно кого-то смутить мумифицированным видом. Руки, правда, опять упали, но смешно обращать внимание на мелкие помехи на пути к большой цели. В нашем случае цель была поистине монументальной: не потеряв по дороге «багаж», добраться до нужного места и по возможности не перегрызться.
– Ты издеваешься? – проскрипел Нестор.
– Ты же попросил перевернуть, – несколько растерялась я.
– Головой вперед! – Он раздраженно ткнул пальцем в сторону раскрытых дверных створок. – Только мертвецов выносят вперед ногами!
– Так он же… – Под гневным взглядом я осеклась и тяжело вздохнула: – Все-таки вы, некроманты, очень странные.
Повинуясь магическому приказу, тело, как чудовищная часовая стрелка, резко нырнуло головой вниз. Раздался звучный удар черепушки об пол. Нестор болезненно сморщился и прикрыл глаза, будто его самого приложили лбом о твердую поверхность.
– Он все равно не может получить сотрясение мозга, – поспешно пробормотала я и шустро изменила направление. Ферди благополучно прошел половину часового круга, принял горизонтальное положение и замер, покачиваясь в воздухе, словно бревнышко на водной глади.
– Так нормально? – спросила я, отправляя умертвие в дальнейшее «плаванье».
– Нормально?! – почему-то разозлился некромант. – Да в этом во всем вообще ничего нормального нет! Какого демона ты оказалась в гостевом крыле? Все знают, что по ночам я выпускаю Ферди!
– Может, знают и все, но нас-то предупредить забыли! – огрызнулась я, ловко уходя от ответа, каким образом очутилась в другом конце замка. – Он тут вместо сторожевого пса, что ли?
– Выгуливать надо, иначе мускулы и хрящи деревенеют.
– Я тоже после ужина привыкла прогуливаться, чтобы мускулы во сне не деревенели!
– А чем тебя парк не устроил?
– Темноты боюсь! – на ходу придумала я. – А почему ты на улице своего монстра не выгуливаешь?
– Уйдет в деревню, сожрет кого-нибудь – не откупишься.
– А так он едва не сожрал меня! Он у тебя на подножном корме? Кого поймал, того и слопал?
– Нет, но зачем ты ему под ноги попалась?
– Заблудилась, пока свежим воздухом дышала!
Очевидно, что спор ни к чему не вел. Мы представляли собой классическую парочку из чародейки и ведьмака, не отличающихся широтой взглядов, а потому неспособных договориться даже в мелочах. Проще прикусить языки, притвориться немыми и вообще игнорировать друг друга. Но пока мы вдохновенно цапались, еще не придя к светлой мысли, что таинственное молчание – главный арсенал не только рыжих девиц, но и суровых некромантов, одним трупом в комнате стало меньше…
– А куда делся Ферди? – осознала я, что нас с Нестором больше не разделяло препятствие, хоть сейчас нападай с кулаками, если чар жалко.
А Ферди, чужд и глух к идейным распрям, спокойно дрейфовал по соседнему залу, демонстрируя исхоженные подошвы на сапогах и царапая свисающими руками вощеный паркет. Усыпленный покойник уже степенно подлетал к дверям, чтобы башкой боднуть преграду, расчистить путь и ринуться дальше, к приключениям, которые его несомненно поджидали за анфиладой ледяных комнат. Кажется, я начинала понимать, почему у бедного чудовища не хватало зуба…