Брак по расчету
Эшфорд кивает:
– Я в деле.
– Фотографии поцелуя приносят двойные очки, – добавляю я. Впрочем, если я найду кого-то, кто поможет мне избавиться от дурных мыслей, захвативших голову, поцелуй с незнакомцем – это минимум.
– Я не могу идти в клуб и целовать там случайных женщин. Я герцог Берлингем! Все газеты напечатают фото со мной. Да и с тобой тоже, герцогиня, – возражает он.
– Раз не хочешь, значит, боишься проиграть.
Он вздыхает, сдаваясь. Каждый мужчина после этой фразы уступает.
– Ну же! После стольких месяцев этикета и правил хорошего тона мы заслужили немного спонтанности, и кто знает, может, кто-то привезет свой трофей домой для поддержания здорового образа жизни.
– Ты хочешь договориться об измене? – все более недоверчиво уточняет он.
– У нас же открытый брак, нет? – спрашиваю я, скорее чтобы напомнить себе, а не ему.
– Именно, – подтверждает он.
– Так ты согласен?
– Выбирай клуб. Сразу едем, – кратко велит он.
Когда мы приезжаем в Шордитч в Ист-Энде, Эшфорд уверенно паркуется одним плавным движением. Я все думаю, что, будь я машиной, мне бы хотелось, чтобы меня водил он: все его движения уверенные и точные, без намека на колебания. Он не дергает передачи, поворачивает, едва касаясь руля, плавно разгоняется и мягко тормозит. И каждое действие совершает с минимальным усилием и напряжением, будто у него есть естественный датчик парковки, даже в самых сложных случаях.
Я пытаюсь отвлечься от странных мыслей о стиле вождения Эшфорда. О чем я, черт побери, вообще думаю!
– Мы не можем идти в таком виде, – замечаю я, оглядывая наши наряды.
– В каком таком? Мы просто образец элегантности!
– Для театра, возможно… но для клуба это просто безвкусно!
– Я точно не собираюсь ехать в Денби и переодеваться, – уже теряя терпение, шипит он.
– Конечно, нет… Посмотрим. – Я пару мгновений размышляю. – Придумала!
Снимаю платье, оставшись в дорогой комбинации из алого шелка и кружев от Стеллы Маккартни. Отсоединяю верхнюю часть платья и драпирую, как платок.
– Теперь твоя очередь, – говорю я, разглядывая его и думая, что же смогу изменить в образе Эшфорда. – Снимай пиджак, – приказываю я.
– Я и не сомневался, – замечает он.
– И бабочку.
Задумчиво барабаню пальцами по подлокотнику. Чего-то не хватает, но не знаю чего.
– М-м-м, посмотрим, жилет – хорошо, но… Вот! – говорю я, закатывая Эшфорду рукава рубашки до середины предплечья, и растрепываю ему волосы, чтобы придать небрежный вид в духе «я слишком хорош, чтобы пользоваться расческой, хоть и потратил на это полчаса».
– Ну вот. Теперь ты действительно выглядишь сек… – Я останавливаюсь за секунду до того, как закончить слово, за которое сама себя буду ругать. Я чуть не сказала, что Эшфорд сексуален? Боже, мне точно надо кого-то найти.
– Выгляжу как? – напоминает он.
– Э-э… модно.
– Модно, – не совсем убежденно повторяет он.
– Так что? Мы идем? – отрезаю я, выходя из машины.
До самого входа в клуб я сжимаю и разжимаю ладонь, пытаясь избавиться от ощущения контакта с его волосами и от колющих руку мурашек.
60
Эшфорд
Иду за Джеммой, которая с уверенным видом входит в переполненный клуб.
– Да начнется охота. – Она протягивает мне руку в знак начала пари.
Я пожимаю ее в ответ, хотя и должен признать, что меня разрывают противоречивые чувства: страстное желание победить и в то же время контролировать Джемму. Да, скрывать бессмысленно: если женщина хочет, кого-нибудь она в подобном месте да найдет. Это как рыбачить при помощи динамита: к какому мужчине ни подойди, он будет только рад и телефон ей дать, и поцеловать, и домой отвезти и так далее. Она уже заранее выиграла. А я не уверен, что согласен на такое.
Джемма отошла куда-то, исчезнув из моего поля зрения, так что я направляюсь к барной стойке. Мне нужно выпить. Прислоняюсь к барному стулу, изучая свои потенциальные победы.
Эта слишком низкая.
У другой огромный нос.
У той челюсть слишком квадратная.
У четвертой слишком большая задница.
– Кого-то ищешь? – раздается чей-то голос слева.
Оборачиваюсь: рядом села девушка. Симпатичная. Для начала подойдет.
– Я приехал не один, но это уже не важно. Потом найдемся.
Она смотрит на меня и улыбается:
– И я приехала с подругами, но они стоят в очереди в туалет. Я уже ждать устала!
– Могу представить. – Что за мучение пытаться завязать разговор в баре!
– Я Элли, – говорит она, протягивая мне руку. – Приятно познакомиться.
– Эшфорд.
– Ты сюда часто приходишь?
Мой взгляд блуждает по танцполу в поисках наряда из красного шелка, с кружевами, ласково обхватывающими бедра.
– Эшфорд, ты меня слышал? – повторяет она.
– Мм, а, да. Что ты говорила?
– Я спросила, часто ли ты сюда приходишь.
– Нет, совсем нет, – рассеянно отвечаю я.
Вот оно! Красное платье, чья обладательница направляется к туалету.
– Извини. – Я встаю и иду к Джемме.
Мне казалось, что волосы Джеммы сегодня завиты в локоны, но, может, они распрямились.
– Джемма! – зову ее я, но это не она. Ну, очевидно, сложно найти кого-то более непохожего.
– Я не Джемма, но, если хочешь, могу ей стать, – вызывающе отвечает девушка.
– Извините, я принял вас за другую.
– Ничего страшного. Я Эшли.
– Эшфорд, – отвечаю я, разглядывая очередь к туалетам. Никакого красного платья.
– Как мило! У нас похожи имена! Эшли и Эшфорд.
– Да, что ж, – перебиваю ее я, пока она не начала перечислять имена наших детей. – Мне надо… идти по делам. Увидимся. – И я возвращаюсь обратно в зал.
Не знаю почему, но найти Джемму становится необходимым. Мне надо проверить, нашла ли она уже кого или нет.
Направляюсь к танцполу, лавируя между столами, и сталкиваюсь с девушкой, которая только поднялась с диванчика.
– О, прости, – говорит она, откидывая волосы за спину не очень-то естественным жестом.
– Это я виноват, – извиняюсь я.
– Ты за нашим столиком? – спрашивает она.
– Что?
– Ну ты же пришел на день рождения Фэй?
– Нет, признаться, нет. – Кто еще эта Фэй?
– О, а мне казалось, что я тебя уже видела, должно быть, ошиблась.
– Возможно, спутала с кем-то другим. – За столиками тоже никого в красном нет.
– Кстати, я Тамара. Приятно познакомиться, – протягивает руку она.
– Эшфорд.
– Так ты останешься?
Вон она! Вон Джемма. Не могу поверить, она забирается на возвышение перед диджейским пультом, смешавшись с толпой таких же распущенных девчонок.
Ну и эксгибиционистка!
Тамара хлопает меня по плечу:
– Так ты остаешься?
Смотрю на Джемму со смесью злобы и желания отомстить.
– Почему бы и нет? – говорю я, глядя прямо на диджейский пульт.
61
Джемма
Отсюда, сверху, мне видно гораздо лучше. Как только мы вошли, я направилась прямо на танцпол. Эшфорд за мной не пошел, и я потеряла его из виду. Потом вижу его у бара, но только собираюсь подойти, как он поднимается и уходит. Далеко не сразу мне удается разглядеть его в очереди у туалетов. Потом он снова ныряет в толпу, и больше я его не вижу.
Неплохо для герцога Берлингема, я так раскованно себя в клубе не веду!
Поднимаюсь на возвышение прямо у пульта диджея, так я точно смогу его выследить. Кто знает, с кем он… Вон он! Я его видела! Сидит на одном из бархатных диванчиков с какой-то полураздетой блондинкой!
И еще одной! Ну просто наглец!
Да, потому что сначала в баре он был с изящной брюнеткой, которая ему в рот смотрела!
Потом у туалетов он застрял в уголке с какой-то девчонкой с действительно слишком вульгарным вырезом, такая понравиться ему не могла!
Вот уж, называется, ушел в отрыв! И это он-то, который даже участвовать ни в чем таком не хотел! Что так? Считает, что только у него есть сексуальное обаяние, которое притягивает противоположный пол как магнит? Да кем он себя возомнил? Казановой?