После развода. Преданная любовь (СИ)

— Некрасиво получилось, согласен.
— Некрасиво? — Надя резко выдернула из стопки одежды в шкафу футболку и кинула её на кровать. Следом полетел лонгслив, спортивные брюки, ещё одна футболка. Качая головой, выдвинула ящик и принялась рыться в вещах, лежащих в нём.
— Я мерзко себя повёл в тот момент, согласен. Много лишнего наговорил. — облокотился плечом на дверной косяк и скрестил руки на груди. — Взбесился. Не на тебя. На себя. На ситуацию. Ты не должна была узнать об этом. Я был уверен, что не узнаешь. А ты застала в самый неподходящий момент.
  
— Или в подходящий. — криво усмехнулась Надя. — А то так бы и жила в грязи и неведении, какой ты мерзавец. На что способен.
Я помнил её лицо в тот момент, когда она вошла в кабинет Инги. Шок, ужас, боль в глазах. Я должен был доиграть эту роль, я был в полушаге от своей цели. И в тот момент я выбрал не жену.
— Если ты думаешь, что мне было безразлично, на то, что ты почувствовала в тот момент, то это не так.
Надежда дёрнула плечом и отвернулась. Рваными движениями принялась складывать вещи в лежащий на кровати раскрытый чемодан.
— Я понимал твою боль, чувства твои понимал, и всё, что потом произошло было закономерно. И злился я потом, когда ты на развод подала и сына забрала больше на себя, а не на тебя. Поэтому и отпустил. Ты же не думаешь, что я не смог бы оставить сына себе? Я не хотел ломать тебя окончательно, поэтому отпустил вас с Данилом.
— Дело прошлое, Жень. — обернулась ко мне Надя. Внешне снова спокойная и безразличная, но чуть подрагивающие руки выдавали её настоящие эмоции. — Чего уж теперь. Всё в прошлом.
— Но не настолько, чтобы скрывать от меня твою болезнь. — повысил я голос. — Это было глупо. Безответственно.
— Ты больше не несёшь за меня ответственность. — упрямо свела брови Надя и снова вернулась к выдвижным ящикам в шкафу.
Теперь в ход пошло нижнее бельё. Кружево откладывалось в сторону, в руках жены оставались только простые трикотажные трусики и топы. А я маньячно наблюдал за этим. И нет, ни хрена не стала Надя для меня чужой. К чужим так не тянет. Чужих не представляешь в нижнем белье, и от этих фантазий не тяжелеет в паху.
— Ты мать моего сына, поэтому несу. Всегда буду нести. — уверенно кивнул и переступил с ноги на ногу, едва удерживаясь от желания поправить ширинку. — Хочешь ты этого или не хочешь, мы с тобой крепко связаны нашим общим прошлым.
— Жень, ты вообще зачем приехал? — ровным голосом, без раздражения спросила Надя. — У тебя разве не медовый месяц? Тебя новобрачная не заждалась? Оставь наше прошлое позади, зачем ты сейчас за него цепляешься? У тебя, новая жизнь. У тебя молодая жена. Я очень благодарна тебе за помощь, правда. Но мы с тобой уже давно поставили точку в наших отношениях. Зачем ты сейчас пытаешься что-то выяснять? Какие-то отношения. Ты изменил — я ушла. На этом всё. У каждого своя жизнь.
— Ты права. — криво усмехнулся я. — Нечего выяснять. Я просто заехал узнать, как у тебя дела и нужна ли ещё какая-нибудь помощь.
— Спасибо, Жень. Теперь всё хорошо будет. Послезавтра я еду в Москву. Буду проходить подготовку к лечению, анализы, карантин и ждать препарат. — развела руками Надя. — Его уже заказали.
Всё, что мне оставалось это уйти. Уже в подъезде обернулся к бывшей жене, тянущей на себя дверь, чтобы закрыть её за мной.
— Ты звони, Надь. — глухо проговорил я. — Если что-то понадобится, мы с Данилом рядом. Привезём, добудем, достанем.
— Умгу. — кивнула, не глядя на меня. — Позвоню, если что. Спасибо, Женя.
Я знал, что не позвонит. Мне так точно. Интересно, а мужчина у неё есть? Почему я все эти годы был уверен, что бывшая жена до сих пор страдает по мне?
Уже выходя из лифта, принял очередной телефонный звонок от Ксении.
— Заюш. — плаксиво прогундела жена, и я раздражённо закатил глаза.
  
Глава 51
 
Надя
Московский перрон встретил меня смесью весёлых людских голосов, стуком колёс катящихся чемоданов и запахом недавно прошедшего дождя. И Эмилем, в чьи объятия я попала, едва шагнула из вагона.
— Привет! — улыбающийся Эмиль перехватил у меня ручку чемодана, второй рукой обнял за талию, привлёк к себе и поцеловал.
— Эй! — со смешком дёрнулась в сторону.
— Пользуюсь моментом. — шутливо оправдался Эмиль. — Потом нельзя будет. Даже разговаривать придётся в масках.
Я закусила губу и испуганно моргнула. Всё будет так строго? Отпустившие было тревога и испуг перед неизвестностью, вернулись с новой силой.
— Соскучился, Надя. Больше не сбежишь, ей-богу. — Эмиль внимательно всмотрелся в моё лицо. — Как дракон спрячу тебя, как своё сокровище, и запру на сто замков.
— Эмиль. — укоризненно качнула головой, но он, всем телом поддался навстречу и снова поцеловал. Теперь требовательно и напористо.
Мои пальцы царапали гладкую ткань его куртки, но я не вырывалась. Я замерла, наслаждаясь запахом и вкусом Эмиля. Я впитывала их, узнавала, заново запоминала. И понимала, что тоже соскучилась. По насмешливым зелёным глазам, по сильным, надёжным рукам. По этому чувству доверия и надежды, которые мне дарил Эмиль.
— Что ты творишь? — прошептала прямо в твёрдые губы. — Зачем? Эмиль, мы не можем.
Я боялась. Но не предательства, как было с другими. Я боялась чувств, у которых могло не быть счастливого конца. Разве можно сейчас начинать отношения, когда моя жизнь висит на волоске?
— Почему не можем? — Эмиль немного отстранился, заглянул мне в глаза, но не отпустил. Прижал покрепче. — Кто нам запретит?
— Ты врач, я твой пациент. — проблеяла я совсем не то, что думала. — Ты сам говорил…
— Это не навсегда. — убеждённо кивнул Эмиль и, приобняв одной рукой за талию, второй катя чемодан, повёл меня по перрону. — Несколько месяцев, и ты выйдешь из клиники и перестанешь быть моей пациенткой.
— Хорошо бы. — вздохнула я и нервно засунула руки в карманы плаща. Они последнее время у меня постоянно дрожали. От тревоги и переживаний. И аппетит снова пропал, хотя тошноты больше не было. Зато была дикая слабость и с трудом сдерживаемая паника.
В машине Эмиля пахло кожей, кофе с корицей и немного больницей.
— Всё будет хорошо, Надюша. — Эмиль перехватил мою руку, пытающуюся попасть защелкой в замок ремня безопасности. Вынул из моих холодных пальцев скобу, сам запихнул её в пряжку ремня. Ещё и подёргал ремень, проверяя его прочность. — Мы справимся. Ты не первая в моей практике.
— Вторая? — горько усмехнулась, зная о статистике этого заболевания.
— Третья. — совершенно серьёзно ответил Эмиль. — Первый был мужчина. Немолодой. Но он слишком поздно добрался до врачей. Там уже сопутствующих было столько, что… И ещё Рыжова была. Шестьдесят два года, но очень бодрая и жизнерадостная женщина. У нас всё получилось. Уехала в свою Пензу. Живёт и радуется.
Я отвернулась к окну и нервно облизала губы. Вот так. У незнакомой мне Рыжовой получилось, значит, и у меня может получиться?
— Как всё будет? — глухо спросила я, глядя на мелькающие за окнами машины дома.
— Нормально будет. — ровным голосом без тени показного энтузиазма ответил Эмиль. — Пока полежишь в клинике, в карантине. Время, сейчас такое. Сопливое. А нам ни в коем случае нельзя сейчас подхватить простуду или вирус. Ты в общем как себя чувствуешь?
— Тошнота пропала. — первые капли дождя росчерком проскользили по лобовому стеклу. — Кровотечения бывают, но нечасто и несильные. Слабость. Устаю быстро. А в остальном вроде нормально. Было хуже.
— Через два квартала мой дом. Заедем? — бросил на меня быстрый взгляд Эмиль и хитро улыбнулся. — Накормлю тебя отличным стейком из сёмги.
  
— А клиника? — недоумённо приподняла я бровь. — Мне сказали сегодня приехать.
— В клинику можно и завтра с утра. — хохотнул Эмиль. — Я разрешаю.
Я задержала дыхание. Просто замерла, судорожно ловя разбегающиеся врассыпную мысли.
Приглашение перевести наши отношения на следующий этап?