Скай. Дело первое (СИ)

Жилище волшебника обнаружилось только на следующей улице, где дома были поменьше и стояли погуще, но заборы все еще оставались коваными и украшались гербами. Впрочем, этот дом одержимый не смог бы пропустить, даже если бы на нем не было гильдийского знака. От дома просто несло волшебством. Чувствовать волшебную силу Ник начал вскоре после того, как затянулись порезы первого знака на спине. Особенное щекочущее чувство — не то запах, не то просто ощущение в носу. Волшебные фонари и мелкие вещи пахли слабо, только если поднести к самому лицу. Волшебники, если не творили заклятий прямо сейчас, тоже не привлекали особого внимания. А вот защита Ская пахла сильно, тревогой и силой. Дом же сударя Норта просто смердел опасностью.
Нику захотелось развернуться и бежать. Можно ведь и правда дождаться товарищей на въезде в город и всё им рассказать! Пусть с волшебником разбирается другой волшебник, а он просто… «Что — просто? Просто постоишь в сторонке, на всякий случай слившись с местностью? Чтобы никто ни за что на тебя даже не посмотрел, а не то ты обделаешься от страха?» — спросил внутренний голос. Ник, уже начавший поворачиваться, чтобы уйти, замер. «А если злодей вдруг победит, можно будет уползти в лес, поселиться где-нибудь в чаще и до конца дней притворяться настоящим лешим. Ты же хочешь именно этого», — поставил точку внутренний голос.
Одержимый тихо, принюхиваясь, пошел вдоль ограды. Сунуться в прямиком в дом он пока не решался, сперва нужно было присмотреться к защите. Как ни странно, специфического аромата защиты от нечисти нигде не ощущалось. Ник удивился было, но потом раздосадованно хлопнул себя по лбу. Господин Норт наверняка был напичкан разнообразными существами, как фаршированная щука начинкой. Ему и самому от таких чар могло неслабо сплохеть. Зато обыкновенного волшебства тут было навалом. Чары тянулись по верхнему краю ограды, сплетались вокруг замка на калитке, тянулись куда-то к дому. И вряд ли вся эта красота была тут развешана просто для того, чтобы впечатлять коллег. Которых в Скалках, кстати, почти и нет.
Ник подумал, что белобрысый кучер наверняка сказал бы что-то вроде: «От кого же это так старательно прячется этот добропорядочный сударь? И такой ли он добропорядочный?». Одержимый хмыкнул. Уж он-то мог бы рассказать о добропорядочности сударя Норта. Еще бы кто-нибудь его послушал! От воспоминаний нахлынула злость, смывая липкий холодок страха. Ишь, как увешался защитой! Значит, и сам боится! И правильно делает.
  
Глава 19
 
Одержимый поплотнее закутался в шаль и решительно направился к калитке. Потянул красивую литую ручку в виде вцепившегося лапами в дверь дракончика. Потом увидел сбоку тонкую цепочку звонка. Нервно подергал её, прислушиваясь. Звонка из дома слышно не было, но вспышки волшебства, пробегающие при каждом рывке, показали, что звонок работает.
В прихожей зажегся свет. Одновременно ярче вспыхнули фонарики вдоль дорожки. Выглядело впечатляюще.
Ник ссутулился, кутаясь в шаль. Приготовил нож. Но вышедший из дома человек не был городским волшебником. Худенький мальчишка в лакейской ливрее сонно щурился на позднюю посетительницу, подходя к калитке. Ник спрятал нос в шаль, всхлипнул, что по осеннему холоду получилось совсем естественно, и тихонько просипел:
— Мне нужен господин волшебник!
— Господин Норт изволит спать, — буркнул слуга, не посчитавший ночную гостью заслуживающей хотя бы вежливости.
— Это очень-очень срочно! Меня прислала госпожа Айри из Общины! — сбивчиво зашептал Ник.
Знакомое имя и настойчивость сделали свое дело. Мальчишка сразу проснулся.
— Минуточку, сейчас я разбужу господина! — он посторонился, впуская гостью в сад. — Проходите в дом, тут холодно!
В прихожей горели яркие магические светильники, и потрепанный вид гостьи снова пробудил в душе слуги сомнения. Но имя госпожи волшебницы было достаточно сильным паролем, чтобы рискнуть потревожить сон господина. Пусть сам разбирается со странной посетительницей. Мальчишка усадил Ника на обитую атласом скамейку в прихожей и быстро удалился.
 
Одержимый приготовился долго ждать, но, видимо, и на сударя Норта имя подруги произвело волшебное действие. Он явился, сонный и растрепанный, кутаясь в теплый стеганый халат из темно-синего шелка.
— Что случилось? — он с удивлением уставился на незнакомку. — Я вас знаю?
Ник решил, что патетические речи и эффектное сбрасывание чепца лучше оставить для театральных пьес. Сделал незаметными и себя, и все выходы из прихожей и скользнул к Норту, сжимая нож.
Волшебник, несмотря на возраст и комплекцию, оказался быстр. Защитный купол появился вокруг него почти моментально. Ник не стал проверять, сумеет ли нож пробить защиту. Вместо этого он скользнул мимо волшебника и, ухватив стоящий в углу массивный светильник на высокой ножке, с размаху ударил по куполу. И ушел в сторону, когда повернувшийся волшебник послал небольшую молнию в то место, где он только что был.
Ник успел ударить еще трижды. Защита волшебника с самого начала была гораздо слабее, чем у Ская, и Ник даже подумал, что недооценил своего товарища. Но тут окончательно проснувшийся и разозленный Норт показал, что не зря знался со зловещим господином Юстинианом. Воздух вокруг зазвенел тонким комариным писком. Закружилась голова. Навалилась сонливость. Ноги стали ватными и понесли Ника в сторону, где он только чудом не споткнулся о скамейку. Лешему противостоял Болотник. Ник сосредоточился, закручивая пространство вокруг врага размытым туманом, и швырнул ему под ноги скамью. Тяжелая дубовая скамья добила защитный купол волшебника и врезалась ему в колени. Норт со стоном завалился на пол.
Ник метнулся добить, но волшебник перехватил его руку и ударил в упор силовым разрядом. Уклониться от этого было невозможно, и Ник потерял сознание, свалившись сверху на своего противника.
* * *
Скай приходил в себя долго. Сначала появилась боль и ощущение, что мир вокруг раскачивается, как хлипкая лодка в бурных волнах. Мелькнула мысль, что Пит погрузил его на спину проклятой кобылы и куда-то везет. Но, разлепив глаза, он увидел потолок домика привратника. Это успокаивало, и он снова погрузился в темноту.
Потом боль вернулась, когда жестокие руки приподняли его голову и разжали зубы. В глотку полилось что-то обжигающее. Неужели они все-таки попали в плен? Но у расплавленного олова оказался неожиданно сладкий вкус. Скай сделал несколько глотков и снова отключился.
В следующий раз было уже немного легче. Боль во всем теле не прошла, но стала терпимой. Пит поил его взваром и бульоном из неведомой птицы. Впрочем, голод это заглушало совсем ненадолго. Тело требовало еще и еще. Подняв руку к глазам, Скай убедился, что отощал почти до скелета.
Растирающий в пюре вареные картофелины Пит смотрел на него с сочувствием.
— Ты не пялься, ты еду давай! — слабым голосом потребовал волшебник.
Пит рассмеялся с облегчением.
— Ну, тетушка всегда говорила, что если просит жрать, значит, жить будет!
В этот раз Скай еще не мог сам держать ложку. Но к ночи уже поднял даже кружку, до половины наполненную теплым взваром.
— Сколько времени прошло? — поинтересовался он, глядя в темноту за окном.
— Немного, — ответил Пит. — Всего-то вчера мы с гадом бились. Ты быстро поправляешься! Я уж боялся…
Скай вяло махнул рукой. Ему казалось, что прошла целая вечность. Но силы, потраченные на волшебство, возвращались быстро. Не зря призрак хотел заполучить именно тело волшебника. Глядишь, еще и сумеет полностью восстановиться. Хотя, конечно, на ближайшую неделю он, можно сказать, и не волшебник вовсе. Интересно, сможет ли хотя бы заставить гильдийский знак светиться? Скай хотел уже попробовать, но тут Пит предложил ему очередную порцию еды.
Наутро Скай уже смог сидеть на постели. А вот гильдийский знак, как он и опасался, оставался глух к его воззваниям. Конечно, было глупо ожидать, что волшебство вернется так быстро. Но все равно стало очень тоскливо. К тому же, оставались незавершенные дела, для которых нужен был волшебник. Пит, конечно же, его не торопил. Но чем быстрее они здесь закончат, тем лучше. К тому же в любой момент ведь может вернуться сообщник Юстиниана.