Ледяное небо Криона (СИ)
Девушка-джан ответила почти моментально. Одетая и с лёгким налётом косметики на лице, та явно собиралась выходить из своей квартиры.
— Привет! Вот, всё не было технической возможности позвонить.
— Ой… Макс! Где ты? Голос у тебя — будто горло пересохло. И выглядишь неважно.
Отхлебнув из фляги два экономных глотка чтобы не сипеть, он улыбнулся.
— Да так… Изучаю кое-какую старинную технику. А что у вас с отцом?
— Вылетаю на Сахамис. Наняли весь отряд отца. Не представляешь, пираты твоей Сталс повалили один из теплообменников! Кого-то из них убили при попытке задержать…
— Или убили, не делая особых попыток, — ввернул Макс.
—…Остальные сбежали. Правительство Сахамиса поручило нам вести поиски на малой высоте. А также патрулировать, не дать пиратам приземлиться на лёд и забрать своих.
— Страсти какие рассказываешь.
— Ма-акс? Ты не с ними?
— В генеральном смысле — да. Но моя тушка находится в безопасном месте, меня точно никто не ищет и не ловит. Знаешь же, не люблю рисковать понапрасну.
От такого заявления Янис прыснула.
— Да уж… По авантюрности склада характера оцениваю тебя на одиннадцать по десятибалльной шкале. Ты не ответил — где находишься. Небось, тоже в Сахамисе?
— Давай позже поговорим, хорошо? Меня параллельно вызывают.
Он оборвал коннект.
На Земле звонок через любой мессенджер одинаково доступен на любое расстояние, лишь бы у собеседников имелось устойчивое подключение к интернету. На Крионе глобальная сеть давно разрушена. Из Сахамиса достучаться в Эхес возможно, но действует нечто вроде земного роуминга, дорогая связь без видеосигнала. Макс разговаривал с Янис, словно находился в том же анклаве. И пусть. Поразмыслив, девушка решит, что Макс в Эхесе. При её явной неприязни к идее потепления пусть лучше не знает о причастности к аварии. Хотя всё равно догадывается.
Следующим было представительство Герума, и на экране планшета появился знакомый интерфейс — «агент Смит». Его же рожица в тёмных очках и при галстуке проступила на главном экране управления реактором.
— Задание выполнено, босс. Вокруг меня — центральный пост управления реактором Сахамиса. Я вошёл в их сеть и установил контакт с вами. Держи коннект. В числе открытых данных — местоположение их главного центра управления, он на противоположной стороне планеты, до него добираться сложно, да и не нужно. Подбирай доступ к их сети с терминала Сахамиса и меняй настройки как заблагорассудится. С минимальными жертвами среди людей, разумеется.
— Ждите…
Вероятно, даже сверхскорости искусственного интеллекта не хватило, чтоб одномоментно обработать массив информации. Или, что вполне естественно, канал связи через локалку Эхеса не давал развернуться во всю вычислительную мощь.
Изображение «агента Смита» пропало, мелькнуло сообщение «присвоены права с высшим приоритетом доступа», затем экран снова стал чёрным — как было все предшествующие столетия.
— Смитти! Ты ещё меня слышишь?
— Конечно.
— Как мне выбраться? Неподалёку от теплообменника я обнаружил дыру в соляную шахту. Не самый лучший путь наверх.
— Единственный, — немедленно отозвался ИИ. — Задание выполнено. Мы исполним обязательство вернуть вас на Землю и вручить обещанную награду. Но вы сами должны вернуться в Эхес на космодром.
— Почему?
— В Сахамисе беспорядки. Местные жители отрицательно настроены к Геруму и его небиологическим представителям. Силовая операция по эвакуации вас невозможна.
«Спасение утопающих — дело рук самих утопающих», — вспомнил Макс бессмертное изречение Ильи Ильфа и Евгения Петрова.
— Но у вас есть агенты-люди. Та же Каис.
— Чем она вам поможет? Найти попутный рейс грузового бостоса в Эхес, оплатить билет? Вы сами справитесь.
Непробиваемо…
В качестве последней любезности Макс попросил систему связать его с резиденцией Сталс. Потепление уже неизбежно, как и выгода от перепродажи территории, освобождаемой ото льда. Ей надо предложить сделку — сотня тысяч на бочку, и он отказывается от доли в прибыли. Если пиратка хоть как-то дорожит деловой репутацией, намереваясь завязать с разбоем и заняться более прибыльным, главное — безопасным бизнесом, не откажет.
Поскольку золото здесь не слишком дорого, то вместе с его собственными накоплениями хватит килограмм на пять-шесть, куда больше, чем шарага «Смита» обещает по прибытии на Землю.
Расчёт не оправдался.
Сталс на экране планшета напоминала разъярённую фурию. Или Гитлера, узнавшего о падении Сталинграда. Керенского около Зимнего дворца, захваченного красными. Словом, очень злого и очень несчастного человека.
— Каралис погиб! — капельки слюны брызнули на камеру. — Ты — покойник, урод! Шестиногово вымя!
Вот и поговорили. Стало быть, усопший служил не только осеменителем. Так стоило отправлять своего племенного на опасный участок работы? Впрочем, женщина, не попытавшаяся переложить свой промах на мужчину, скорее исключение, чем правило, и пиратка исключением не являлась.
Хуже всего, она — единственная из людей, кто знает, что Макс обретается в Сахамисе. Что ей стоит шепнуть кому-то из главарей анклава: виновник падения вашего драгоценного камушка — практически у вас руках… Пираты — последние, от кого стоит ожидать благородного поведения.
Наверно, вокруг центрального поста реактора есть дополнительные помещения, какие-то полезности, словно в компьютерной игре-бродилке. Возможно, источник воды. Но они пропитаны радиацией. За столетия не обошлось без утечек.
Кинув прощальный взгляд на зал, олицетворяющий уровень технологий, недостижимый пока ни на Земле, ни на Аорне, ни на современном Крионе, Макс снова прихватил рюкзак, слегка полегчавший, и двинул в обратный путь.
Если честно, подъём наверх ничуть не манил.
Его ищут пираты, чтобы убить.
Полиция Сахамиса, или что там вместо полиции, ищет причастных к обрушению теплообменника. Тоже не для выражения благодарности.
Герум оставил без поддержки — выбирайся как знаешь.
Янис выполняет заказ.
Вдобавок, даже с потемневшим лицом Макс здорово отличается от местных. Светлее.
Эх, знала бы Инесса Францевна, в какую задницу пришлось залезть ради её излечения и предотвращения рака у близняшек…
Отнюдь не согреваемый подобными мыслями, он добрался до консервной банки, отмечавшей лаз в соляную шахту. Заметно похолодало — трубы остыли окончательно, а на глубине под землёй жарко не бывает.
Пролез к дырке легче, чем в первый раз. Видно, дни на тощем пайке сказались на изящности фигуры. За отсутствием инструментов расшатал потрескавшиеся камни руками. Лаз был готов.
В нормальном положении стоило разыскать кого-то из людей, представиться и взмолиться: help me, а то хана! Здесь же хана гарантирована, если себя обнаружить и обозначить.
Для начала Макс разделил поклажу. Рюкзак с планшетом, пустой флягой и прочим богатством остался под трубами. Револьвер, телефон, деньги и идентификационная карта Эхеса с непроизносимым денебским именем перекочевали под комбинезон. Собрав максимум пыли и грязи из-под труб, втёр их в лицо.
Всё? Нет. Но всего не предусмотришь.
Макс аккуратно спустился вниз.
Когда спускался по тросу, глубина не превышала тридцати метров, потом дорога под уклон… Всё равно, здесь неглубоко, до сотни метров. Мелочь по сравнению с шахтами Солигорска, куда возили на экскурсию из училища, те — порядка километра. Значит, это какой-то промежуточный уровень перед спуском в толщу планеты.
Здесь он стоял в глубине отнорка, без фонарей. Свет проникал из-за поворота впереди. Двинув к повороту, споткнулся обо что-то поперёк коридора.
Внутренняя чуйка заставила достать телефон и посветить себе под ноги. Не зря. Поперёк прохода лежал мумифицированный труп в тёмном шахтёрском комбинезоне. Компанию ему составляли ещё четверо.
Хороша у них жизнь, если даже не хоронят умерших… Правда, странно, что здесь находились каски, кирки, фонари. Как некоторые домашние животные на Земле, почуяв приближение конца, уходят в лес умирать, здешние горняки, похоже, забредают в такие тупички.