Ледяное небо Криона (СИ)
— И стрелять? — она не отреагировала на слово «вернусь», не слишком сочетающееся с перспективой прогулки в костюме Адама на лютом холоде.
Он звякнул цепью наручников.
— Объяснял уже. Всегда выполняю свои обязательства до конца. Потому и стрелял, это входило в договор.
Дальнейшее было болезненно. Женщина вдруг достала ножик и ударила в предплечье. Хлынула кровь.
— Не киборг. Значит, замёрзнешь с гарантией. Но не сегодня. Сначала сдашь секрет, как отрубить охладители.
Макс зубами сжал рану, чтоб остановить кровь. Сталс вышла и позвала помощника. Вскоре появился доктор и уборщик. Первый обработал порез, второй убрал кровь с пола.
Хороша капча! А Макс сомневался, увидит ли подобное. Вот, даже испытал на себе. Безо всякого удовольствия.
Остаток ночи он провёл в той же камере, выпросив, правда, одеяло. Следующие сутки никто им не поинтересовался. Пищу приносили сносную. Быть может, не плевали в неё как на Аорне.
Ожидание тяготило. Макса не выводили на прогулку. Ни о чём не спрашивали. Не проверяли рану, не воспалилась ли.
Это — способ психологического давления или просто пофигизм, Сталс занялась иными делами? Он не знал.
Вторые сутки. И только на утро следующего дня, третьего, его снова повезли на «капитанский мостик».
— Живой? — вместо «здрасьте» бросила атаманша.
— А как же. Не имею права околеть, не дождавшись твоего положительного решения. И практически уверен в нём.
Сталс сменила комбинезон лётного типа на обычный гражданский брючный костюм. Женственности ей метаморфоза не прибавила.
В её кабинете произошло лишь одно изменение: исчез рюкзак с вещами Макса.
— Отчего такая уверенность?
— Потому что ты заботишься о людях. Понимаешь, что случится через пять или десять лет, если климатические комплексы одновременно отрубятся. Сама наверняка совьёшь безопасное гнездо ближе к экватору дождаться потепления. Но миллионы погибнут, — Макс кивнул на пару конвойных, доставивших его сюда и троих, отиравшихся в кабинете до его прихода.
— Каков наглец… Но не пустышка. За тебя и за бостос Трёхнога предложили в полтора больше обычного.
— Бостос забирай. Меня отпускай, наше соглашение останется в силе. Ты мне нужна как партнёр.
Среди мужиков прошелестел недовольный говорок. Те, очевидно, не понимали, почему ещё одна ледяная фигура до сих пор не украсила пейзаж.
— Не верю ни на грош, — отрезала атаманша. — Если начнём какие-то движения, ты постоянно будешь под контролем моих людей.
— Да запросто. За двадцать процентов готов даже спать с ними в одной постельке. Только чур без голубизны.
— Как ты меня бесишь… Какие ещё двадцать процентов?
— Моя доля. Только с острова, о котором говорили в прошлую встречу, ты поднимешь не менее десяти миллионов. Это сверх покрытия издержек. Восемь — твои, два — мои.
Пираты заржали — дружно и искренне.
Сталс объяснила:
— Ты, наверно, не знаешь. Я не делюсь. Готова не заработать миллион, если потребуется отдать сто тысяч.
— Речь не только о миллионах, — попытался развить тему Макс, порядком уставший от несговорчивости предводительницы воздушных гангстеров. — Я же предлагаю полное изменение вашей жизни. Сейчас вы всего лишь изгои, запертые на этом клочке льда. Ты станешь графиней или маркизой, владелицей самого большого анклава на планете. Автоматом — самого влиятельного. Летать в своё удовольствие, а не ради куска хлеба, и не рискуя, что оторвы вроде меня начнут вас сбивать. Иное качество жизни, а не просто хапнуть несколько миллионов. Сможешь посетить другие планеты. Перебраться в более тёплый мир или остаться в этом — на твоё усмотрение. Твои люди тоже.
Она закусила губу. Украдкой кинула косяка на свою гвардию. Не могла скрыть досаду. Почему не выгнала свидетелей как в прошлый раз?
Теперь Максима не раздавить как назойливую муху. Начнутся брожения. Далеко не всем на «тортуге» нравится их образ существования. Кто-то тут родился, но слышал о лучших местах. Кто-то добровольно переметнулся к пиратам из-за проблем с законом. Другие… Словом, у всех разное. И обязательно — тихо бродящее недовольство. Оно может взорваться и выплеснуться, если шанс на перемены растоптать на корню.
Впервые на Крионе Макс встретил людей, не ценящих морозное статус-кво. Правда, от души желающих его смерти, но у каждого свои недостатки.
— Пять процентов.
— Десять. Давай уважать друг друга, партнёр. Десять процентов — это даже не доля, а просто комиссионные. Можем оформить сделку в Эхесе?
— А мы его даже не били… — промычал один из поручных Сталс. — Исправить?
— Надо бы. Чтоб не наглел. Разрешаю переломать ему рёбра и ноги, если хотя бы на полшага отступит от наших договорённостей. Свяжись с нашим представителем.
Макс поднял скованные руки.
— Могу надеяться, что компаньон в твоём бизнесе не проведёт следующую ночь в камере? Приносящему миллионы стоит предложить апартаменты лучше.
Он погорячился. Брутальные мужички, только что ожидавшие увидеть его с голой задницей на морозе, не могли за одну секунду воспринять изменение статуса с приговорённого на принятого в их компанию. Шанс схлопотать по ушам, хотя бы в виде профилактического напутствия, вырос многократно.
КВНовский юморок в диалоге с пиратами не помогает.
Пронесло. Через десять дней в Эхесе он получил пакет документов о партнёрстве с компанией «Лайсвес Орас» на условии десяти процентов от прибыли, полученной от сделок с недвижимостью. Конечно, пиратка запросто пробросит, скупив освобождающиеся ото льда территории от имени другой фирмы. Особого выбора нет.
С Максом неотступно шастали трое. Юрист из конторы, всегда представлявшей интересы банды Сталс, и экономист выглядели вполне цивильно, в отличие от мрачного типа с ними. Полиция могла арестовать его за один лишь бандитский вид — сначала для проверки, а потом навесив на него кучу преступлений, чтоб не заморачиваться вознёй с их раскрытием.
— Ты получил что хотел, — прогундосил тип. — Давай, показывай как сделать миллионы.
— Легко. В смысле — легко показать. Сделать сложно. Но мы справимся! Для начала поедем к подруге, начавшей это дело по поручению анки и, похоже, завалившей на корню.
Каис, как и следовало ожидать, остолбенела от их визита. Особенно от криминального вида самого брутального члена делегации, слишком зверского даже по меркам фронтира. Юрист откровенно скучал, а экономист-менеджер, изучив документы, вник в расклад и недоумённо пожал плечами.
— Вы намерены получить финансирование на миллион двести, продавая завезённые с планет Герума товары. Растянуть удовольствие на полтора-два года. Без предоплаты поставщику и не рассчитываясь с поставщиком за полученное. Странно, не правда ли? Таможенный надзор космопорта уже через полгода, самое позднее, заинтересуется схемой и стуканёт в налоговую полицию. Вас порвут.
— Что скажешь, госпожа директор? Забей в смету сухарики. Буду носить тебе передачи в камеру, — ввернул Макс. Он не добавил главного: шумиха, просочившаяся в СМИ, непременно будет замечена киборгом Содружества, как следствие вызовет некоторое неудовольствие в галактических высях, чего хозяева Герума стремятся без особой нужды не допускать.
Крылатый домашний кот, почувствовав негатив хозяйки, препротивно взвизгнул.
В квартирке Каис было хотя бы прибрано, а не как в прошлый раз, будто девушка готовила декорации для съёмки сцены «гестапо ищет подпольную типографию белорусских партизан».
— Надо доложить в представительство анки, — пролепетала несостоявшаяся бизнес-леди.
— Сам доложу. Заканчивай регистрацию фирмы. Но не высовывайся раньше времени, если хочешь уцелеть и не вернуться в тюрьму на Примул-8.
На улице, когда сели в машину с надписью «Лайсвес Орас» на двери, громила признался:
— Лажа полная. Думал — межпланетная цивилизация, искусственный интеллект. Всё круто и чётко.