Как в книге (СИ)
Максим снова неоднозначно хмыкает.
— Нет. Хотя, в какой-то степени и это тоже.
— Я вся во внимании… — Внутри сжимается нервный узел. От Максима можно ожидать все, что угодно, поэтому я начинаю переживать.
— Расслабься, бобер. Его труп не найдут на обочине, так что переживать не за что. — Он заразительно улыбается, смотря мне в глаза, и я опять таю. Из-за меня еще никто и никогда не дрался. Даже в школе. Хоть это мне и не сильно нравится, но все равно приятно ощущать себя важной. Что тебя оберегают и защищают.
— У тебя не будет проблем из-за этого? — Он машет рукой, показывая, что это глупость.
— Мы два взрослых человека, которые давно знакомы друг с другом. Саша конечно козел, но не совсем моральный урод. Любит деньги — это правда. Но он ничего не будет мне предъявлять. Плюс я тоже получил. Правда, удар у него слабоват. — Видимо это была шутка, но веселее от полученной информации мне не стало. Я еще больше напряглась. — Катя, расслабься. Все хорошо. Мы просто поговорили и решили наши вопросы.
— Какие у вас могут быть вопросы?
— А вот так мы и подошли у сути моего сюрприза. — Хоть мне и не нравится вся эта тема, но становится дико любопытно, что он скажет мне дальше. Даже начинаю немного ерзать на стуле от нетерпения. Максим берет мою руку в свою и снова поглаживает большим пальце, гипнотизируя и успокаивая мои нервы.
— Максим, не томи!
— Какая ты нетерпеливая. — Целует руку, как несколько минут назад я целовала его искалеченные костяшки. Губы теплые, дыхание горячее. Меня снова накрывает возбуждение в купе с любопытством и предвкушением. — Как ты уже выяснила, я поговорил с Александром…
— Угу… — Хмыкаю, намекая на то, чтобы он продолжал.
— И как я тебе уже сказал, он очень любит деньги. И не очень — проблемы…
— Угу…
— Не знаю, на что он надеялся, когда проворачивал свои махинации. Видимо на то, что я не стану тебе помогать. Не будем думать об этом. Он действительно оформил бумаги так, что не подкопаешься. В этом он мастер. Я предложил ему деньги, в обмен на право собственности. Сначала он отпирался, но я надавил на то, что подниму старое дело, связанное с моим отцом в свет. Хоть он официально не является виновником произошедшего, но шумиха вокруг его имени в СМИ явно подпортит репутацию. Она у него и так долгое время висела на волоске. Мы пообщались и в итоге он согласился.
— Ты хочешь сказать, что… — У меня челюсть отвисает от осознания этой информации. Не может быть…
— Да. — Он улыбается, как Чеширский Кот, довольный собой. Достает бумагу из нагрудного кармана и протягивает мне. — Мы уже все оформили. Теперь ты официальный правообладатель своего же романа. Поздравляю тебя.
— О боже… — У меня просто нет слов. Я так рада, что Саше не получится опубликовать работу под своим именем. Или подставной писаки из издательства. Теперь я спокойна и Максим может быть уверен, что содержание дневника никто не увидит. Я не совершу больше такой глупости. — Я даже не знаю, как могу отблагодарить тебя! Спасибо большое!
— Это улыбка — лучшая благодарность.
— Я верну тебе все, что ты дал Саше в обмен на эту бумагу. Не хочу быть должна тебе! — Не хочу, чтобы Максим тратил на меня такие деньги. Представляю, что этот козел попросил в обмен на роман.
— Так и знал, что ты скажешь именно это. Какая вы предсказуемая, Катерина. — Я хмыкаю.
— Какая есть.
— У меня есть более заманчивое предложение. — Произносит Максим до того, как я успеваю добавить что-нибудь еще. А я очень хочу добавить и отблагодарить его.
— Какое?
— Катерина Авдеева, не желаете ли вы опубликовать свой роман под патронажем издательства «Строганов»?
— Максим… Ты… Ведь не хотел… — Мне трудно говорит от нахлынувших чувств.
— Я очень этого хочу. Я хочу, чтобы ты была счастлива, а я отпустил свое прошлое. Столько месяцев поисков должны пойти на благое дело. Я буду невероятно рад, если ты согласишься на мое предложение.
— Я не знаю, Максим…
— Хватит сомневаться в себе, Катя. Я обещаю тебе, что все будет хорошо.
— Ты уверен?
— Абсолютно.
— Мне очень страшно…
— Я знаю. Но я рядом. Все будет хорошо. — Максим смотрит на меня своим пронзительным взглядом. Целует пальцы рук и ждет. Я думаю. Минуту…Две…
— Катя…
— Ладно! Хорошо! Я согласна! — Кого я обманываю? Я дико рада этой новости, сколько бы не уговаривала себя в обратном!
Я подпрыгиваю со своего стула, подбегаю к нему и целую в губы. Сильно, страстно, благодарно. Когда я отрываюсь от них и привожу дыхание в норму, вспоминаю, где мы находились все это время. Помогает осознать происходящее гул голосов, аплодисменты и счастливые улыбки людей, которые встали с своих столов и смотрят на нас.
— Поздравляем! Поздравляем! — Звучит из разных концов зала. Я превращаюсь в красный помидор и медленно стекаю на свое место. Попутно отвечая сдавленное: «Спасибо.» окружающим людям. Боже, какой стыд.
Максима явно забавляет моя реакция на происходящее и он сдерживается от того, чтобы не засмеяться в голос.
— Ужас какой… Они ведь подумали, что ты мне предложение сделал!
Дальше все становится еще более неловко, когда нам приносят презент от заведения в честь помолвки. Красивый десерт в виде сердца. И еще раз поздравляют. Я уже вся покрываюсь пятнами, а Максим перестает сдерживать порывы смеха. Даже подыгрывает окружающим.
— Спасибо большое. Нам с моей будущей женой очень приятно!
Когда все более-менее забывают этот инцидент у меня получается расслабиться и провести оставшийся вечер без риска сердечного приступа. Да уж, что не день, то новое приключение или казус. В этом вся моя жизнь.
***
Возвращаюсь домой и, сидя на излюбленном диване в розовой пижаме, разглядываю договор, подаренный Максимом. До сих пор не верится, что все закончилось.
Я наломала дров, а он их собрал вместе и затопил печь, вместо того, чтобы выкинуть. Прижимаю бумагу к сердцу и вздыхаю. Моя мечта осуществится. Я понимаю, что я могла сделать это и с другим произведением. Я уже успела смириться с этим. Ничего страшного, написала бы что-нибудь еще. Ну или выступила редактором какого-нибудь автора. Но теперь у меня есть это. И Максим. Обе дорогие мне части жизни снова рядом со мной. Теперь мне вообще ничего не страшно. Когда рядом есть любящие тебя люди, готовые помочь в трудной ситуации и простить твои загоны и ошибки, сделанные в прошлом.
Главное, я вовремя все осознала. Можно было и раньше, но это уже не имеет значения.
Глава 41
Спустя два месяца:
Катя! Соберись! Боже, как страшно! Нет! Я не смогу! Там столько людей, какой ужас! Они ведь все будут смотреть на меня. Ааа!
Надо что-то говорить… Весь подготовленный текст вылетел из головы! Мамочки! И так теперь будет всегда? К такому меня жизнь не готовила! Но я ведь этого и хотела…
Все! Ноги в руки и вперед! Ты все сможешь! Все будет нормально!
Во рту пересохло. Ноги дрожат. Ручки трясутся. В голове каша.
Как же страшно то, мамочки мои!
— Можно мне воды?
Подходит ассистентка, девушка, которую я наняла месяц назад, после того, как начала активно работать в издательстве, а моя книга готовилась к выпуску.
— Конечно, держите! — Она наливает и протягивает мне стакан воды. Дрожащими руками я беру его и опустошаю буквально за пару секунд. — Да что вы так переживаете, Катерина? — Она мило улыбается и забирает у меня пустой сосуд. — Все будет хорошо.
Ага. Легко сказать! Не тебе сейчас выходить на такую большую публику и презентовать свою первую книгу! Кажется давление поднимается, опять все кружится.
— Вдох, выдох. — Она берет меня за руку и помогает привести нервы в порядок. Мы стоим так некоторое время, пока производим дыхательные процедуры. Действительно, становится легче.
— Спасибо.
— Не за что. У вас все получится.
— Ага…
— Не забывайте улыбаться. А то у вас такое лицо, будто вы кислых лимонов наелись. — Она мило смеется. Да, она права. С таким лицом к людям выходить нельзя. Нацепляю улыбку, беру в руки подготовленные бумаги и делаю шаг.