Девочка миллиардера (СИ)

Домой приезжаем около шести. Я надеюсь, что Динара еще нет, но застаю его в гостиной.
— Привет, — выдаю, как только оказываюсь рядом.
— Здравствуй, Полина.
Я знаю, что Игнат еще ничего не успел рассказать, но он стоит за моей спиной. Ждет своего часа.
— Ты можешь подняться пока к себе, — говорит Динар. — Я позову тебя.
Киваю. Встаю.
Думаю, что должна остаться и рассказать ему сама, но упрямо ухожу на второй этаж и уже там нервно шагаю по комнате.
  
Жду сама не знаю чего.
Что дверь откроется и на пороге появится Динар?
Что он станет требовать рассказать ему все?
Что предложит помочь?
Или что выставит меня за дверь?
Одно предположение страшнее другого, но я не могу не думать о случившемся в парке. Просто не могу.
Когда дверь в мою комнату открывается, я едва держу себя в руках, чтобы не задрожать от страха.
Динар входит в комнату медленно. Как хищник перед броском на свою добычу.
Если судить по взгляду, ни о чем позитивном мы разговаривать не будем.
— Я задам тебе несколько вопросов, — говорит он сухим тоном. — И я хочу, чтобы ты ответила на них честно.
— Хорошо.
— Только правду, Полина. От этого будет зависеть твое будущее.
Эта фраза звучит пафосно, но у меня почему-то мурашки. Я уверена, что так оно и будет. Глядя в темные глаза Динара иначе не могу думать. Верю ему. Верю.
  
Глава 27
 
Динар
Когда Динар шел к ней в комнату, он конечно, уже все знал. О сумме долга, о том, кто именно и как оказался должен эти деньги. Едва Игнат сообщил ему, что к ним подошли в парке и сказали, что Полина должна денег,
Динар ухватился за эту соломинку.
Почему? Сам не знал.
Просто разом понял — если первый раз пришла на аукцион — никуда он ее не отпустит.
Оставит себе, захочет она того или нет.
После полученной информации дело осталось за малым — набрать Грозовского и спросить, в чем дело.
Почему его люди подходят к женщинам и угрожают им?
С каких, сука, пор он до такого опустился? Разузнать все не составило труда. Муж Полины крупно проигрался. Задолжал Грозовскому полтора миллиона.
Он, конечно, его нашел, хотя тот попытался с женой сбежать. Остального он не знает. С этим, мол, его ребята разбираются.
— Если кого-нибудь из твоих людей увижу рядом с той женщиной, к которой они подходили — найдешь их в канаве, — к угрозам перешел сразу.
С Грозовским они никогда не дружили. Не сходились характерами. Так как не хотелось воевать — просто делали вид, что их друг для друга не существует.
Но теперь Динар не хотел делать вид. Он желал, чтобы женщину, что была в его доме, оставили в покое.
— Ты же понимаешь, что деньги просто так не вернутся? Если мои ребята к ней подошли, значит, их обещала вернуть она?
— Рома, мне что, напомнить имя того, кто играл в твоем казино? Эта женщина там была? Она стоит в твоих должниках? Нет. Бабки выбивай из того, кто должен. Рядом с ней увижу — решу, что вы мне дорогу переходите.
Динар давно не лез в разборки. Отошел от дел, растерял множество связей, но при необходимости, он все вернет. Всю власть обратно в руки возьмет, каждого человека, которого однажды потерял, снова вернет на свою сторону.
Он был уверен, что ему удастся. А еще знал, что на этот раз не позволит никому забрать то, что ему важно.
Однажды он уже терял. Любимую жену и их нерожденного ребенка. Такого повториться не должно.
— И не боишься? — хмыкнул Грозовский. — Я помню, что случилось семь лет назад.
— А ты думаешь, я забыл? — ухмыльнулся. — Все помню, Рома. До мельчайших подробностей и деталей.
— Я тебя понял. Женщину оставим. Видимо, недоразумение вышло.
Отключившись, Динар еще какое-то время сидел, глядя перед собой. В его голове роилось множество мыслей. Понятно было одно – предстоит серьезный разговор с Полиной. Он должен вытащить из нее все. Она должна ему все рассказать.
Была ли она на аукционах раньше?
Что если ее муженек не первый раз проигрывается?
С таких бесхребетных и слабохарактерных, что своих женщин под раздачу отдают, станется.
Явно ведь яиц у него нет и судя по тому, как Полина размеру его члена удивлялась, с ним у ее муженька тоже не вышло.
Нет члена, нет яиц и смелости. Все в этом мире было просто.
После непродолжительных, но тяжелых раздумий, все же решился с ней поговорить. Откладывать разговор на потом было нельзя.
Динару хотелось знать. Здесь и сейчас. Ему нужны были ответы. Честные.
Он хотел верить, что распознает ложь. Он ведь чувствовал, что что-то не то. Что она пришла к нему не потому что ей просто хочется получить деньги и нравится спать с мужчинами, вносить разнообразие в семейную жизнь.
Динар понимал, что здесь что-то другое и вот… так оно и оказалось.
— Я задам тебе несколько вопросов. И я хочу, чтобы ты ответила на них честно, — попросил ее, едва зашел к ней в спальню.
— Хорошо.
Она его словно боялась. Смотрела испуганно, как загнанный зверек. И вот вроде бы понятно все. Ее в парке напугали, она наверняка не может перестать об этом думать, но перед ней стояли не те амбалы из парка, а он…
Другой мужчина. Динар старался быть с ней нежным. Со всех сил. Он ведь и иначе может себя вести с женщинами. И вел. О нежности долгое время не вспоминал, а женское удовольствие его и вовсе мало волновало.
Он слишком много платил, чтобы думать о том, что кто-то должен за эти деньги кайфовать.
Его интересовал он сам.
И теперь вот… она.
— Только правду, Полина. От этого будет зависеть твое будущее.
Она снова вздрогнула, а внутри него целая волна поднялась. Захлестнуло с головой. Захотелось найти ее мужа и собственноручно с ним разобраться.
Это ж какой мразью нужно быть, чтобы довести свою женщину до продажи своего тела. И до страха, что покоился на дне ее взгляда.
Динар был не слеп. Он все прекрасно видел.
— Хорошо, я… обещаю не врать.
— И бояться меня не нужно. Я ничего тебе не сделаю. Ты останешься в этом доме, получишь деньги, какими бы ни были твои ответы.
Она кивнула. Слегка расслабилась. Едва заметно, но он это увидел — облегчение в ее взгляде.
— О том, почему ты тут я уже знаю. О долгах твоего мужа. О том, что именно их ты здесь отрабатываешь — тоже.
— Если знаешь, о чем пришел спрашивать? — она шокировано округлила глаза.
— Хочу знать, правда ли ты участвовала в аукционах раньше.
— А что? — взглянула на него с вызовом. — Есть повод сомневаться?
— Я хочу знать! — повторил с нажимом. — Правду, Полина. Мне неважно, почему ты здесь. Важно, как часто такое уже было. Как часто ты продавала свое тело на аукционе?
— Зачем тебе это? — она словно сникла, нахмурилась. — Зачем это знание? Если узнаешь, сколько раз была, тебе будет легче?
— Значит, не впервые?
Она закусила губу, опустила голову и спрятала от него взгляд.
— Не впервые.
Врала, конечно. Динар это понимал. И это осознание поднимало в нем волну возмущения и протеста. Он не любил, когда ему врали, а Полина делала это с самого начала. С их самой первой встречи.
  
Глава 28
 
Динар
— Ты же знаешь, что я могу узнать все у организаторов? — напомнил ей. — У тех, кто платит, есть преимущество — он может знать все, что ему заблагорассудится.
— Тогда почему спрашиваешь у меня?
Она словно не понимала. И закрывалась от него. Он видел, как Полина обхватила себя руками и как спрятала взгляд. Не хотела говорить откровенно и Динар не понимал почему. То ли от стыда, то ли из принципа, то ли у них там были определенные условия контракта.
Он вообще ничего не знал. Воспользовался аукционом — и на этом все. Как там у девушек, он понятия не имел.
  
Ни сколько они получали от суммы, что он заплатил, ни какие у них были обязанности. Вернее, что им говорили.
Ему-то, разумеется, предоставили полную свободу действий.