Служанка для прокаженного лорда (СИ)

Кейн на мгновение прикрывает глаза.
— Корабль отплывает на рассвете, Тайли, и нам придётся поторопиться, — уголки его губ рождают невесёлую улыбку.
Когда он выбирается из лодки и подаёт мне руку, в его взгляде мелькает сожаление.
***
Кейн долго торгуется с капитаном пришвартованного торгового судна, сбивая цену за каюту. Не потому, что мы не можем отдать нужную сумму сразу, а просто именно так бы и поступили обычные крестьяне.
  
Наши богатые зимние одежды скрыты под длинными старыми накидками, а все вещи собраны в обычные холщовые мешки.
Не стоит привлекать внимание.
На пристани довольно темно и дует холодный ветер. Кейн намеренно сутулится и становится к капитану таким образом, чтобы прикрывать капюшоном левую сторону лица, якобы закрываясь от ветра.
Ему нельзя себя раскрывать.
На корабле мы окажемся один на один с командой, и я даже думать не хочу, что может случиться, если кто-то из них работает на брата короля.
Наверное, Кейн думает так же, потому что как только мы заходим в каюту, он запирает дверь на засов и подставляет к ней стул. Потому что стул — это единственное, что не прибито здесь к полу.
От взлома это не спасёт, но если какому-то ловкачу удастся незаметно открыть засов, то стул создаст шум и хотя бы предупредит об опасности.
Опасности… 
Слежу за уверенными движениями Кейна и чувствую, как ускоряется ток крови. Не от страха, а от мысли, что я оказалась с ним наедине в этом маленьком запертом пространстве.
— Знаешь, Тайли, — понижает голос до шёпота. — Когда ты так смотришь, я забываю даже о своём уродстве.
— Это… это не так, — вспыхиваю, но не отвожу глаза. — В смысле, нет никакого уродства. Это всего лишь яд, который постепенно покидает твоё тело… м-мне всё время хочется смотреть на тебя.
Последнюю фразу я говорить не собиралась, но она крутилась в голове и слетела с губ совершенно случайно.
Кейн ничего не отвечает, но тепло его взгляда вызывает в моём животе приятное щекотание и это чувство лишь усиливается, когда Кейн помогает мне раздеться.
Всего лишь снимается с меня верхнюю одежду... а затем расстилает её на узкой койке, очевидно, брезгуя пользоваться тем, чем застелена здесь постель.
— Иди ко мне, — увлекает меня на разложенные меховые накидки и притягивает к своему телу. — Хорошо, что у тебя с собой нет лука.
Не могу не улыбнуться.
— Лечение не всегда выглядит романтично, — слегка пожимаю плечами. — Зато твоя хворь постепенно проходит.
За последние дни отёк на лице заметно уменьшился, а цвет кожи теперь скорее напоминает застарелый синяк.
Вот только теперь стал сильнее заметен рубец, оставленный ядовитым клинком на скуле Кейна — такое чувство, словно вокруг небольшой царапины расплавилась кожа.
Боюсь, что с этим уже ничего нельзя будет делать, но это же не главное? Главное, чтобы его тело смогло полностью избавиться от яда…
— Почему ты такая, Тайли? — его руки крепче сжимаются вокруг моей талии.
— Какая? — на мгновение замираю и стараюсь даже не дышать.
— Словно тебя прислали высшие силы.
Я долго улыбаюсь, нежась в его руках, и замечаю, что Кейн уснул, лишь когда ослабляются его объятия.
Мне же сон не идёт.
То ли от волнения, то ли потому что удалось вздремнуть в лодке.
Чтобы не терять времени, я сажусь на край постели и при свете тусклой масляной лампы начинаю плести свои гирлянды.
Что, если действительно сделать из них бусы? Или браслет? Или кулон?
Прикладываю шелковую нить с несколькими нанизанными на неё светящимися шариками к своему запястью.
Выглядит как игрушка из набора для маленьких девочек. Но я ведь сужу из собственного опыта, а у местных леди могут оказаться совсем иные предпочтения.
Наклоняюсь ниже, чтобы выбрать из мешка самые мелкие горошины, и от этого движения моя коса спадает с плеча, окунаясь кончиком в россыпь светящихся шариков.
Хм… красиво.
Может, сделать такое украшение для волос? Нанизать горошины и закрепить на некотором расстоянии друг от друга.
Если такую нить вплести в причёску… то я стану сама себе ходячей рекламой.
Хихикаю и берусь за дело.
***
ПС: хотела прикрепить коллаж, чтобы показать, как выглядел Кейн до того, как его отравили. Вроде, получилось, но не знаю на долго ли. Что-то картинки часто пропадают. ППС: хочу напомнить, что люди в мире Кейна живут дольше и сильно дольше стареют. Так что его "молодость" обманчива. 
ППС: картинки и изувеченным лицом не хочу прикладывать. Я долго думала об этом, но так как любые уродства штука очень спорная, то я не хочу, чтобы кого-то это смутило
  
Глава 43. Всё хорошо, Тайли?
 
Таэллия 
Мы понимаем, что торговое судно швартуется у столичной пристани, когда слышится активный топот ног и громкие команды капитана.
Кейн проспал почти всю дорогу. Видно, те несколько часов на вёслах не прошли для его здоровья даром. Лишь изредка он просыпался, чтобы спросить, всё ли у меня в порядке, но получив заверение, что всё хорошо… Кейн снова отключался.
Собственно, так оно и было… только последние пару часов я хочу в туалет, но жутко стесняюсь сказать об этом Кейну. Да, я сбегала в кустики, как только мы выбрались из лодки… но туда меня отправил сам Кейн, ещё и рыкнул, когда я попыталась отмахнуться.
В общем-то, у нас в каюте даже предусмотрен выносной горшок, только я ни за что не стану здесь этого делать.
— Кхм… а куда мы теперь? — пытаюсь понять масштаб собственной проблемы.
— В гостиницу. Здесь неподалёку от пристани есть одно приличное место, так что тебе осталось потерпеть совсем немного.
Едва не закашливаюсь. Вспыхиваю. Он же не понял, что я… в общем…
Или понял?
Блин.
К счастью, Кейн не замечает моих метаний, он стоит у двери и вслушивается в то, что происходит снаружи, держа при этом в руке немаленький такой кортик. Отточенным движением он перехватывает рукоять поудобнее и лишь теперь выходит из каюты.
Похоже, только постоянная готовность получить удар, до сих пор позволяла Кейну выжить.
Тоже нащупываю у себя ножик в кожаных ножнах.
Как же скучно я жила раньше.
Что в той жизни, что в этой.
— Всё в порядке, Тайли. Можем идти.
Городской причал встречает нас влажным холодом и гомоном множества голосов. В нос ударяет густая смесь из запахов свежей древесины, рыбы, едкого дыма и чего-то совершенно для меня неведомого. Меж нагромождений тюков и деревянных ящиков снуют грузчики, купцы и матросы, оставляя на свежевыпавшем снегу тёмные цепочки следов.
— Ах ты ж увалень, дырявые твои руки, скорей догоняй бочку! — слышится чья-то брань.
И пока я растерянно кручу головой, Кейну хватает доли секунды, чтобы заметить катящийся нам под ноги бочонок и резко отдёрнуть меня в сторону.
— Осторожнее, Тайли.
— Спасибо, — я даже не успеваю испугаться, лишь поправляю заплечный мешок и теперь стараюсь держаться как можно ближе к Кейну… а через два удара сердца ощущаю, как его горячая ладонь сжимает мои озябшие пальцы.
***
Небольшой отель и впрямь, оказывается, буквально в нескольких минутах езды от пристани. Он дышит мягким уютом, предлагает своим гостям “ужины в нумера” и “горячие ванны с солями”. А ещё вид на набережную, где прямо сейчас долговязый фонарщик уже зажигает большие уличные фонари, и, несмотря на лениво падающий снег, прогуливаются весёлые компании горожан и горожанок.
Улыбаюсь. Я и забыла, каково это жить среди такого количества людей.
  
— Тайли, хочу, чтобы завтра ты отправилась со мной… кхм… в гости.
В гости?
Воображение живо рисует чванливых аристократов наподобие Изабеллы и лорда Вальтора.
— Милорд уверен, что мне там место?
— Уверен. Ни о чём не беспокойся, — Кейн подходит очень близко и проводит кончиками пальцев по моей щеке. — Хочешь, я закажу ещё что-то из еды? Фрукты? Выпечку?