Мастер архивов. Том 1 (СИ)

Это была та самая, драгоценная секунда замешательства, которую я и выгадывал.
Я поймал магический шлейф, оставляемый «крокодилом». Вскинув руки ладонями вперёд, я позволил дару начать поглощение. Поглощение самой сути этого существа, его права быть здесь, в этой реальности.
Визг. Не рев, а высокий, пронзительный почти девичий визг, полный боли и изумления, вырвался из пасти чудовища. Его кроваво-красная чешуя, казавшаяся такой прочной, вдруг начала трескаться. По ней побежали волны, будто она была жидкостью. Светящиеся глаза расширились от ужаса, затем начали тускнеть.
  
Я чувствовал, как что-то холодное и чужеродное втягивается через ладони внутрь; как пустота жадно пожирает энергию другого мира, из которой сложено это существо. Это было отвратительно, словно в жару я решил напиться из зловонного болота. В висках застучало, в глазах помутнело.
Крокодил забился в конвульсиях. Его тело начало терять форму, расплываясь, превращаясь из плоти и чешуи в густую, мерцающую слизь. Он уже не рычал, а лишь хрипел, пытаясь схватить меня пастью, но челюсти не слушались, распадаясь на части.
Ещё одно усилие. Последний рывок.
Слизь, бывшая крокодилом, с хлюпающим звуком рухнула на пол, растекаясь аморфной лужей. От неё потянулись слабые нити чёрно-золотого тумана, которые быстро рассеялись в воздухе. От существа не осталось ничего, кроме влажного пятна и едкого, химического запаха.
Я опустил руки. Тело трясло мелкой дрожью, как после удара током. Во рту стоял привкус железа и горечи. Но я стоял. А на пороге, бледная как полотно, замерла Катя, глядя на меня и на лужу слизи с немым, непонимающим ужасом.
Черно-золотой туман…
Он продолжал стоят у меня перед глазами. Он был так близко… и так далеко одновременно. Нужно выяснить что стало причиной его появления! Причем как можно скорее, ведь это может пройти в любую минуту. Но…
«Катя не должна пока об этом ничего знать. Лучше ее оградить от этой информации», — пронеслось в голове. Её безопасность сейчас важнее её присутствия.
Я резко повернулся к Кате. Она всё ещё стояла, прижавшись к стене, её взгляд метался от лужи слизи ко мне, полный шока и непонимания.
— Катя, слушай внимательно, — мой голос прозвучал резко, командным тоном, который заставил её встрепенуться. — Ты должна уйти. Сейчас.
— Но… Алексей… этот… эта слизь… ты…
— Нет времени! — я схватил её за плечи, заставил посмотреть мне в глаза. — Видишь дверь в «Сигму»? Расщепление исчезло, оно было временным. Но оно было здесь. Это — факт. Ты должна рассказать об этом. Беги к Лыткину. Скажи ему, что в хранилище «Сигма-7» зафиксировано спонтанное, кратковременное расслоение реальности. Что оно принесло материальный объект, который… самоуничтожился. Не вдавайся в подробности про крокодила. И про меня. Скажи — «нестабильная аномалия».
— Но… зачем? Почему я? Ты же…
— Потому что меня тут не должно быть. Помнишь — задание дали только тебе. А если узнают, что я тут был, да еще и даром воспользовался… в общем, ничего хорошего не жди. Сама же знаешь Лыткина, ему только дай повод.
Катя кивнула — ей хватило этого объяснения.
— Хорошо, — выдохнула она и направилась к двери.
Потом вдруг резко остановилась, подошла ко мне и поцеловала в губы.
— Спасибо, что спас меня. Будь осторожен. Пожалуйста.
— Обещаю, — солгал я. — Иди через служебный ход, там никого нет.
Она бросила на меня последний взгляд — полный тревоги и чего-то ещё, что я не успел расшифровать, — и почти побежала, её шаги быстро затихли вдалеке.
Я остался один в помещении.
«Портал закрылся… временное расслоение…» — мысль билась, как птица в клетке. Почему здесь? Почему сейчас? Цикл в 117 дней ещё не завершился. Западное крыло спокойно. Значит, это не естественный выброс, не вписывающийся в привычный цикл. Значит была какая-то причина, которая вызвала эту аномалию.
А что если, ну в порядке полного бреда, но Костя прав? Он говорил о том, что сюда что-то сегодня ночью доставили от Зарена. Не деньги и не документы, но наверняка что-то магического толка. Доставили — а тут и портал второй открылся. Совпадение? Совпадения лишь тогда совпадения, когда никто не догадался проверить причинно-следственные связи… Что, если Зарен привез сюда что-то, что могло… спровоцировать это расслоение?
Мне нужны были ответы. И нужен был доступ к информации, которую обысками и допросами не получишь. Потому что если это что-то, что сделали Босх и Зарен сегодня ночью, спровоцировало появление портала, то и я могу, чисто теоретически, повторить, чтобы создать нужный портал в западном крыле.
Мне нужна была Лина.
Я отбежал от двери «Сигмы» к ближайшему терминалу связи, вмонтированному в стену. Панель была тёмной.
— Лина! — прошептал я, стуча костяшками пальцев по холодному пластику. — Лина, на связь! Срочно!
Воздух перед терминалом задрожал. Появилась её голограмма, но образ был едва различим, размытым, будто сигнал был на пределе. Голос прозвучал отдалённо, с помехами.
— Алексей… Процесс… идёт. Ресурсы… перераспределены. Что… случилось?
— Понимаю, но… нужна твоя помощь. В «Сигме-7» только что открылось расслоение. Второе! Чёрно-золотой туман. Выбросило живого крокодила. Портал уже закрылся. Это было не в западном крыле. И… не по графику.
Голограмма дрогнула. Помехи на секунду стихли.
— Невозможно… — прозвучало чётче. — Мониторинг не фиксировал накопления энергии в этом секторе. Это… внешний триггер.
— Вот и я так думаю, — кивнул я. — Поступила информация, что сегодня ночью в Архив что-то привезли от Зарена. Думаю это и стало причиной возникновения аномалии. Ты можешь отследить, что это было?
Лина ответила не сразу.
— Запись с камер по пути следования курьера стёрта. Протокол «Призрак». Уровень доступа архимага. Но… тепловые датчики в кабинете Босха зафиксировали кратковременный всплеск излучения в момент вноса объекта. Характеристики… совпадают с фоновым излучением стабильных пространственных разломов.
— Значит, это устройство. Оно могло спровоцировать расслоение?
— Теоретически — да. Если оно является носителем резонансных волн, настраивающимся на частоту естественных разломов Архива. Но для такого нужна… привязка. Каллибратор. Источник эталонного сигнала.
— Ни черта не понятно! — буркнул я. — Ты можешь яснее излагаться?
— Я говорю про Фонд Ноль, — терпеливо пояснила Лина. — Там проводились эксперименты. Там лежит «Эхо Войны». Там же мог остаться… след или отпечаток частоты прошлых выбросов. Эти же следы могли вызвать побочную реакцию в виде этих расщеплений. То, что они делают, сильно истончает ткань реальности.
— Лина, мне нужен доступ в Фонд Ноль. Сейчас. Пока Босх не опомнился и не потащил туда это устройство обратно, или не уничтожил следы.
— Алексей… это безумие. После прошлого проникновения безопасность усилена. Даже я не смогу отключить все протоколы незаметно. Риск…
— Риск того, что через сто дней я так и останусь здесь, или что следующий «крокодил» упадёт на голову Кате, ещё больше! — прошипел я. — Это мой шанс, Лина. Ты получила свой — «Слезу Горгоны». Помоги мне получить мой. Проведи меня. Обеспечь тишину. Я должен увидеть, на что именно настраивалось это устройство. На какую частоту. Чтобы не ждать эти сто дней.
Долгая пауза. Помехи на голограмме снова усилились.
— Хорошо, — наконец прозвучало тихо. — Я создам ложный сбой в системе электроснабжения восточного крыла на семь минут. Аварийное освещение, отключение части датчиков движения. У тебя будет окно. Маршрут сообщу. Но, Алексей… семь минут. Ни секундой больше. И если что-то пойдёт не так… я не смогу тебя вытащить. Я буду… занята.
  
— Семь минут, — кивнул я, чувствуя, как адреналин с новой силой заливает вены. — Давай.
Голограмма погасла.
Я бросил последний взгляд на тёмный проём «Сигмы» и на лужу слизи, которая уже начинала высыхать, превращаясь в прозрачную, липкую плёнку. Затем развернулся и побежал. Навстречу аварийной тревоге, которую вот-вот объявит Лина.