Мастер архивов. Том 1 (СИ)
Её план был прост и гениален в своём хамском цинизме. Договор она все же перечитала — после нашей последней встречи. И видимо поняла — или кто-то натолкнул ее на эту мысль, что вероятнее, — о том, что некоторые его пункты по срокам могут быть нарушены, если есть подозрение в нарушении уголовного кодекса. А воровство как раз к таким и относится. Вот ведь стерва!
Внутри всё закипало.
«Одним движением. Одним точным ударом в горло или солнечное сплетение. Эта туша рухнет, даже пискнуть не успеет».
Нет, так нельзя. Не убийство, но даже избиение хозяйки в её же доме — это конец.
Нужно обойти острые опасные углы. И сделать это быстро.
— Анфиса Петровна, — сказал я. — Вызовете полицию. Они приедут. Составят протокол. Потребуют доказательств воровства. Медицинского освидетельствования на наркотики. Устроят обыск во всех квартирах. Вашей тоже.
Я сделал маленькую паузу, чтобы эти слова осели в ее голове.
— А что они найдут у вас? Старые долги по коммуналке? Неучтённую субаренду этой самой каморки без договора? Лежанку вашей кошки, которую вы держите вопреки правилам дома, и из-за запаха которой жалуются соседи снизу? — Я сочинял на ходу, но бил в самое вероятное — в страх мелкого жулика перед большей системой.
Она попятилась на полшага, её уверенность дала трещину.
— Ты… ты врёшь!
— Какой смысл? Говорю правду. Но и это ещё не все. Пойдут по квартирам. А что они там найдут?
Я улыбнулся. Что они там найдут я уже знал — недаром был в прошлой жизни решалой и все выяснил заранее. Привычка. Как знал что пригодится. Начал перечислять, загибая пальцы:
— Того подозрительного типа из сорок пятой, который на удивление сильно походит на описание с ориентировки сбежавшего бандита? Или ту странную мадам из пятьдесят первой, из квартиры которой очень уж странно пахнет разными кислотами? Что же эта соседка там такое готовит, что окна ее все время занавешены чёрными шторами? Или тот старик — помните? — из тридцать восьмой. У которого очень богатая коллекция ножей, которую он мне демонстрирует всякий раз, как напьется. Уверен, они вряд ли прошли регистрацию в соответствующих органах. И все эти люди — ваши жильцы. Вы ответственны за них. Ведь вы их поселили. Пойдете с каждым как соучастница.
Её лицо начало менять цвет с победно-багрового на землисто-серый. План давал сбой. Она явно рассчитывала не на такое развитие событий.
— Убирайся! — прохрипела. — Забирай своё барахло и катись к чёрту! Больше не появляйся!
— Я уйду, — согласился я. — После ночной смены. У меня работа. Важные дела. А до тех пор мне нужно переодеться и взять документы. — Я посмотрел на жёлтую печать. — Вы снимите это, или мне нужно будет вызывать участкового, чтобы он зафиксировал незаконную опечатку и позволил мне получить доступ к моему законному имуществу? Выбор за вами. Но учтите, участковый тоже может задать вопросы.
Мы стояли, измеряя друг друга взглядами. Она видела не запуганного мальчика, а опасность. Неясную, но реальную. Ту, что может притащить в её уютный мирок бюрократический ад.
Рывком она сорвала ленту.
— Чтобы к утру тебя и духу здесь не было!
Стало понятно, что третий раз мне уже так не повезет. Анфиса Петровна отыщет другой способ меня выжить. А поэтому нужно искать другое жилище, более спокойное. И как можно скорее.
* * *Я принял душ, переоделся, собрал вещи, коих оказалось всего лишь на половину рюкзака. Не слишком то и много. Ну да черт с ним.
Двинул в Архив. Возвращаться в квартиру уже не планировал. Отработаю ночную смену, а в дневной займусь поиском нового жилья.
Но дорога на работу внезапно превратилась в кошмар наяву.
Сначала это был просто холод. Лёгкий озноб где-то внутри черепа, будто кто-то приложил к виску кусочек льда. Я списал на усталость, на стресс — ночная смена, стресс и напряжение на работе. Но холод не проходил. Напротив, нарастал, растекаясь ледяными прожилками по извилинам мозга, вымораживая мысли.
Потом пришло ощущение пустоты.
Я шёл по знакомой улице, и вдруг вывеска магазина «Светлый мир» поплыла перед глазами. Не расплылась, а именно поплыла. Буквы «С» и «В» стёрлись, словно по ним аккуратно провели ластиком. На их месте остались бледные, бесформенные пятна. Я заморгал, но стало только хуже. Контуры зданий начали терять чёткость, краски поблекли, мир будто превращался в недоделанный, размытый акварельный набросок.
И звуки… Звуки рассыпались. Рев моторов, смех из кафе, обрывки разговоров — всё это слилось в монотонный, белый, давящий шум. Как помеха в эфире. Этот шум заполнял голову, вытесняя всё остальное. Я остановился и вдруг с ужасом осознал — забыл куда иду. В панике принялся вспоминать ту цепочку мыслей, которая была в голове недавно.
Так… Домой. Душ. Одежда. Потом… потом в Архив!
Черт, что же со мной происходит⁈
Паника, острая и животная, попыталась подняться где-то в груди, но холод в голове тут же погасил её, как водой. Остался только голый, примитивный инстинкт.
Если остановлюсь — умру. Если не дойду до Архива — всё пропало.
Ноги стали ватными. Каждый шаг требовал нечеловеческого усилия воли. Я шёл, глядя себе под ноги, потому что пространство вокруг перестало подчиняться законам перспективы. Тротуар то уходил из-под ног в чёрную дыру, то нависал стеной. Прохожие были не людьми, а серыми, безликими силуэтами, которые возникали из тумана и растворялись в нём, не оставляя следа. Их лица были гладкими пятнами, как у кукол.
Мир стирался. Стирался вместе со мной.
Как я дошёл — не помнил. Ощутил лишь только внезапную тень высоких, знакомых ворот. Архив. Здание казалось призрачным, нарисованным на дымчатом стекле. Я прижал ладонь к считывателю. Система пискнула. Механические двери с шипением разъехались.
Прохлада вестибюля ударила в лицо.
Шаг. Ещё шаг. Я собрался с силами и двинул вперед. Прошёл пост охраны. Дежурный что-то сказал, его голос донёсся как сквозь вату. Я показал пропуск. И тут же направился вперед, потому что чувствовал — сил уже не остается. Прямо по коридору, свернуть к лифту. Дождаться. Подняться. Выйти. Могу только представить какой у меня сейчас вид — лицо серое, взгляд пустой, как у Непомнящего.
Мысли о Непомнящем заставили поднять волной откуда-то снизу животный ужас — а уж не превращаюсь ли я в него⁈
И не успел я ничего ответить самому себе на этот жуткий вопрос, как ноги мои окончательно подкосились и я шмякнулся на пол, прямо посреди офиса. Но даже удара не успел почувствовать — сознание погрузилось в черноту.
Глава 9
— … просто переутомился, тыква ты электронная! Хватит тут панику разводить! — чей-то недовольный голос. — Хорошо, что еще от проходной прошел. А то грохнулся бы там, охрану бы на уши поднял.
Знакомый голос. Арчи!
— Сотрудник Николаев А. С. упал в обморочном состоянии посреди рабочей зоны, — ответил ему ровный, металлический голос — Лина. Где-то над моей головой, должно быть, висела её голограмма. — Пульс в момент падения: 48 ударов в минуту, дыхание поверхностное. Температура кожных покровов: 33.2 градуса. Это не переутомление. Это аномальное физиологическое состояние. Нештатная ситуация. Согласно протоколу 7-Г «Здоровье персонала», я обязана зафиксировать инцидент и вызвать корпоративного лекаря для экстренного осмотра.
— Ты что, сломалась? Микросхемы у тебя нагрелись? — зашипел Арчи. — К нам в Архив инспектор из Канцелярии пожаловал, а ты — нештатная ситуация! лекаря вызывать! Тут такое начнется — поднимут шум, бумаги, вопросы, допросы! Ты погубить Лекса хочешь?
— Моя цель — сохранение работоспособности персонала и соблюдение регламентов, — парировала Лина. — Аномальное состояние сотрудника также является нарушением регламента. Его необходимо диагностировать.
— Диагностировать⁈ — Арчи фыркнул. — ты себя лучше диагностируй! И почаще! Это не болезнь, микроволновка ты безмозглая! Это последствия! Усталость, понимаешь? Ты бы лучше Лыткину своему лекаря вызвала — пусть проверят его на адекватность. Мозги просканируют. Давать человеку неделю ночных это вообще нормально⁈ Нет, не нормально!