Предательство одного подарит любовь многих (СИ)
- Вы пугаете ее, а не помогаете! - сказал недовольно Дэрок, вот ему это разговор явно был не в радость.
- Дэрок, все хорошо! - сжала его руку, чтобы он прекратил думать, что какие-то слова могут изменить мое решение.
- Она намного сильнее чем ты думаешь! Поэтому прекрати переживать, и давай закончим разговор, чтобы уже потом она сказала свой ответ. Так, на чем я остановился, ах, да, вспомнил. В связи с тем, что мы видим и творим смерть, наше сердце с годами само умирает и перестает чувствовать или испытывать хоть какие-то эмоции. И только сердце любимой, в котором живет настоящая любовь, сможет растопить его. А полюбить саму смерть может далеко не каждая, только та, что соприкоснулась с ней очень близко! - и на меня посмотрели эти темные глазницы, в которых загорелись красные огоньки.
Смотря глубину этих огоньков, я чувствовала, как жрец проникает внутрь меня и что-то ищет там. Видимо, хотел найти мои сомнения или страх по отношению к Дэроку. Вот только найти он ничего не нашел, потому огоньки вскоре погасли. На меня опять смотрели пустые темные глазницы.
- Ну что же, милое дитя, надеюсь ты смогла согреться? - спросил жрец.
- Да, благодарю! - не могла не улыбнуться на такую его заботу.
- Тогда давайте встретимся с нашим дарителем и хранителем! Тем более как раз подходит время для общения и его благословения! - и он встал. Я лишь успела поставить чашку, как меня вновь на руки подхватил Дэрок.
Я приготовилась идти вновь в подвал, но оказалось, что я ошибаюсь. Мы наоборот стали двигаться вверх, ближе к светилу, освещающему небо. И поднимались мы достаточно долго, на самую вершину храма. Мы вышли на каменную площадку, которая, как мне казалось, упиралась в небо. Как только ноги коснулись ее, я почувствовала, будто это огромное светило повернуло свой взгляд на меня, хотя никаких глаз не было. На краю этой площадки было видно огромный светящийся диск. Казалось, можно подойти ближе и коснуться его рукой. Ветер тут был сильный и до тех пор, пока было возможно, Дэрок закрывал меня от него своим телом.
Жрецы подвели нас к обрыву, и, видимо, после их заклинания из каменного пола стали подниматься два валуна. Они были расписаны рисунками и символами, которые стали ярко светиться. Вот только валуны были разного размера и с разными рисунками. Один был большой и плоский спереди, сверху на нем были видны большие тяжелые кандалы. На маленьком тоже были кандалы, только их было больше, и они были дополнены еще непонятными мне штангами.
После того как мы встали к этим валунам, жрецы сняли с меня верхний покров, оставив в очень тонком платье, которое развевал ветер. А вот жнеца почему-то раздели полностью, дав мне возможность краем глаза полюбоваться его натренированными крепкими ягодицами.
Когда жрецы приступили к рисованию на наших телах, я поняла, почему один из них предупредил меня о том, что часто используется кровь в ритуалах. На мне костлявым пальцем с длинным когтем рисовали вязкой красной кровью. Ошибиться было невозможно, так как запах стоял характерный. Крови они явно не пожалели, когда готовились к ритуалу.
Пока кто-то дорисовывал что-то на мне, жрец, который вел раньше с нами беседу, подошел к Дэроку. Он о чём-то с ним заговорил, шепча тому в самое ухо. Не знаю, о чем они говорили, но судя по реакции тела жнеца, он был шокирован и рад одновременно. Закончив разговор и поцеловав Дэрока в лоб, жрец направился в мою сторону.
- Ты очень смело держишься, дитя! - в его голосе слышалась отеческая забота.
- Это благодаря тому, что вы предупредили меня, - не смогла не улыбнуться ему.
- Я не мог поступить иначе, дитя. Ты делаешь для меня огромную услугу, даже не зная об этом. Это мой последний ритуал в этой бесконечно долгой жизни! - очень осторожно, кончиками пальцев, он погладил меня по щеке. - Не расстраивайся, мое время пришло. Я очень рад, что последним событием в моей жизни будет соединение судеб. Я стольких проводил за грань жизни, что ваш обряд - это глоток жизни для меня. Чтобы он смог пройти я хорошо, я пойду с тобой через путь теней к светилу и помогу чем смогу, но обратно я уже не смогу вернуться, - после его слов по моим щекам потекли слезы.
- Не плачь и не печалься обо мне, я рад, что могу уйти таким достойнейшим способом, который ты мне подарила. На прощание я оставил для Вас с Дэроком подарок. Он вам пригодится в семейной жизни, о которой я тоже когда-то мечтал. Но светило распорядилось иначе. Помни, ты очень сильная и сможешь справиться со всем, что приготовила судьба. А она тебя любит, хоть и учит иногда очень больно. Прими эту боль и все страдания за благо, и оно станет твоим спасением! - после этих слов он поцеловал меня в лоб и, застегнув кандалы, двинулся к остальным жрецам, которые уже стояли полукругом.
Пока мы разговаривали с жрецом, который закрывал своим телом мне обзор на Дэрока, его уже тоже пристегнули к кандалам. Вот только в отличии от меня ему достался вариант намного сложнее. Он стоял на коленях, его руки и ноги были закреплены и соединялись через штангу, что заставляло его спину очень сильно выгибаться. На лице была надета металлическая маска, которая закрывала его часть. Посмотрев на него, осознала, что обряд у нас один, а вот испытания явно будут разными.
Стало слышно тихое пение жрецов, которое становилось все сильнее и сильнее. Слова хоть и были мне совершенно непонятны, но я почувствовала от них вибрацию в своем теле. Оно реагировало на их пение, а вибрация стала все больше распространяться по моему телу и усиливаться. Меня резко практически впечатало в валун неизвестной и невидимой силой. А мои стопы стали погружаться во что-то вязкое, оно поднималось все выше. От страха я закрыла глаза, так как боялась увидеть, что ползет по мне.
- Давно, очень давно - заскрипел рядом со мной голос, от чего я подернула плечами.
- Дааа, возлюбленная смерти… - прошелестел рядом еще один.
- Дитя другого мира, смогла полюбить большого воина …. и принять смерть как жизнь, - на этих словах я решила открыть глаза, очень зря.
Вдоль моего тела, будто вылезая из какой-то вязкой черной субстанции, тянулись черепа с горящими глазницами. По ним с разных сторон стекала это непонятная субстанция. Выглядело все очень жутко. Одно радовало, что не было никакого запаха. Я насчитала порядка десяти черепов, которые очень внимательно меня осматривали с ног до головы и не забывали при этом обнюхивать. Больше всего их внимание привлек мой живот. Они приближались к нему, принюхивались и довольно, то ли урча, то ли шипя, отстранялись.
- Дающая жизнь… - опять заговорил кто-то из них. Но, кто именно, непонятно, так как челюсти ни одного из них не двигались.
- Давшая жизнь и подарившая достойнейшую смерть … - сказал еще один голос, а по моему телу поплыл черный туман, который уходил за спину, доходя до талии.
Я почувствовала, как за спиной образовалось очень худое тело, и большие костлявые руки обняли меня за талию.
- Не бойся, никто не собирается мучить тебя! - хриплым голосом прошелестело тело за моей спиной и засмеялось.
- Мне хотелось взглянуть на тебя и проверить, насколько был прав один из моих детей, что благодаря тебе он теперь вновь рядом со мной. И он не ошибся, ты та, что подарит этому миру не одну прекрасную жизнь. В тебе нет той алчности и злобы, что захватила сердца женщин. Не бойся моих детей, они не зло и не добро. Они не смерть и не жизнь, они все сразу. В благодарность за ту каплю тепла, что ты подарила моему уходящему сыну … - начал говорить он.
- Какую каплю тепла? - что-то я не понимаю, о чем мне он говорит.
- Вот видишь, ты даже не знаешь, какой и кому подарок сделала. Ведь ты это делаешь неосознано. Ты искренне пожалела, что мой сын возвращается ко мне, за ту малую заботу, что он проявил к тебе, хоть это и была его обязанность. Ты не просто приняла это, но смогла посочувствовать всей душой и подарила ему каплю своего тепла из сердца. Для жреца смерти это неоценимый подарок. Именно за это я отблагодарю тебя. На том месте, куда он тебя поцеловал, появится печать, которую будут видеть только мои дети. Увидев ее, ни один не откажет тебе в помощи и отдаст свою жизнь за спасение твоей. Помни об этом, дающая жизнь, дитя другого мира … - после этих слов я почувствовала, как тело за спиной растворилось.