Последний поединок (СИ)

— Ветер, бродяга, — проговорил сухими губами.
Голос звучал так, будто я три ночи напролет горланил похабные песни. Чуть повернул голову и понял, что в палатке не один. На соседней постели спал Бертран. Значит, тоже передумал отправляться на встречу с предками. Что же… Еще поскрипим.
— Разбуди его, — подначил я Ветра.
Волкособ зевнул, поднялся, подошел к Берту и лизнул его в лицо. Король поморщился и открыл глаза, увидел над собой довольную волчью морду и едва не заорал. Заорал бы, если бы голос был сильнее моего, а так вышел приглушенный сип.
— Иди сюда, — подозвал я Ветра. — А то мы лишим Ландорн короля. С Эффортом номер прошел, а на родине нас не простят.
И волкособ мирно улегся у меня в ногах. Вот еще мохнатая сиделка! 
— Эридан? — чуть повернулся Бертран. — Ты тут какими судьбами?
— Теми же, что и ты, — фыркнул в ответ. — Последнее, что я помню, — как Риббонс превратил тебя в марионетку, и мы сражались на мечах. Я победил, кстати. 
— Это был второй бой за день.
— Ты никогда не умел проигрывать.
— Точно, — глухо рассмеялся король и закашлялся. — Твой волк?
— Кейлина. Ему нужен был друг, вот и нашелся. Клыкастый и шерстяной.
Ветер недовольно рыкнул. Видимо, ему не понравилось описание.
— Послушай, Эридан… — Его величество явно не желал болеть молча. Ну, я сам виноват, не стоило его будить.
— Слушаю, — откликнулся я.
— Мне… жаль. Мне очень жаль, что так вышло с Фридрихом. Я должен был сразу тебе сказать… Меня просто злила мощь Эффорта. То, что Фридрих не идет на переговоры, и показалось, что так можно решить все проблемы.
— Ты идиот, Бертран, — вздохнул я.
— Ты, как всегда, прав. Прости, дружище. Я поступил как последний негодяй.
— Именно так. 
— Простишь?
— Я подумаю, — ответил честно. Моя злость на Бертрана постепенно сошла на нет после всех этих приключений. И потом, не сидеть же вечно в Эффорте. Дом ждет. Убедюсь, что с Кейлином все будет в порядке, и поеду домой с Валенсией.
— Кстати, я увел у тебя невесту, — сказал Берту.
— Мне уже доложили, — поморщился король. — Ну и ладно. Одни проблемы от этой принцессы и ее сумасшедшего братца. Он сам не лучше этого волкособа: дай руку — откусит. 
— Сам виноват. Зачем запер мальчишку?
— Чтобы сохранить власть.
— Сохранил? Валяешься теперь тут гнилой колодой и рассуждаешь. А мог бы спокойно договориться.
— С кем? С Кейлином? — Бертран снова глухо рассмеялся. — Ты сам-то пробовал?
— Как видишь, да. Он мне даже сестру отдал.
— Потому что ты везучая скотина, Эридан Ферсон. Возвращайся в Ландорн. Я не стану тебя беспокоить. 
— Вернусь, но не сейчас. Кею надо помочь со страной. А ты признай поражение, Берт, ты ведь ему проиграл. Оставь парня в покое. Он заслужил.
— Хорошо, не спорю. Я ему обещал выдать Риббонса…
— Думаю, Кей уже забрал его жизнь и без тебя, раз ты снова не марионетка, а человек.
Полог, закрывавший вход в палатку, приподнялся, и внутрь скользнула Тарина с каким-то кувшинчиком.
— О, да вы проснулись! — обрадовалась магичка. — Отлично, выпьете отвар сами, не придется вливать силой. 
Она достала откуда-то два стакана, разлила мутноватую жидкость, один прислонила к моим губам, я выпил и закашлялся. Ну и гадость! Второй отправился к Берту. 
— Рада видеть обоих в сознании, — весело сказала Тарина. — Пойду за Ленси, она уже все глаза выплакала!
И умчалась, а Берт заинтересованно проводил ее взглядом.
— Кто такая? — спросил у меня.
— Тарина, темный маг, — ответил я. — И не заглядывайся, у нее зуб на Ландорн.
— Как у любого эффортца. Но хороша… Знатная?
— Из обедневшего рода.
— Хм…
— Бертран! — Я даже попытался приподняться, но собственное тело казалось тяжелым.
— Да ладно тебе, Денни. Ты уже женат, не мешай другим устраивать личную жизнь.
А в палатку ворвалась Валенсия. Она кинулась мне на шею и едва не задушила в объятиях.
— Эй, ты чего? — Я погладил жену по спине, а она беспомощно всхлипывала мне в плечо. — Живой я, живой. Ты сама как?
— Ненавижу тебя, — пробормотала Ленси. — Ненавижу! Почему ты себя не бережешь? Подумал бы хоть о ком-то! Я чуть с ума не сошла!
 
— А вот и моя пропавшая невеста, — глубокомысленно заметил Бертран.
Ленси обернулась, мигом вытерла слезы с глаз и теперь гневно блистала очами. 
— А вот и мой жених, который едва не лишил меня брата, — парировала дерзко. — И мужа заодно. 
— Приношу свои искренние извинения, — усмехнулся Берт. — Но что ваш брат, что ваш муж — такие занозы. 
Я рассмеялся, сразу закашлялся и понял, что все еще надо отдыхать. Ленси тут же поправила мое одеяло, поцеловала в лоб и присела на край постели, а Ветер опустил морду ей на коленки. Семейная идиллия. Для полгого счастья не хватает только его величества Кейлина и Тарины. Можно было бы картину рисовать — «Воссоединение семейства». 
— Какие новости? — спросил я тихо.
— А какие могут быть новости? — Ленси легонько водила пальчиками по моей ладони. — Советник Риббонс мертв, Кей бродил по лагерю злобным духом, войска временно примирились и вместе ждут, выздоровеет ли король. Делятся легендами о твоем героическом прошлом. Причем, обе стороны.
— Похоже, мне рано пока выздоравливать, — хмыкнул я, а Валенсия грустно улыбнулась.
— Выздоравливай. Ты всем нужен. Правда, не могу того же сказать о его величестве.
И через плечо покосилась на Бертрана.
— Да вы два сапога пара! — радостно заявил тот. — Слушай, Эридан, оставайся в своем Эффорте. У тебя тут такая компания!
— Ты только что звал меня домой.
— Что-то резко передумал. Мне же захочется пригласить тебя ко двору, ты привезешь с собой супругу…
— А я возьму и приеду, — добавила Ленси. — Не беспокойтесь, ваше величество, мы с Денни обязательно вас навестим. Но нескоро. А теперь отдыхайте оба, я побуду тут.
Я послушно закрыл глаза. Действительно, на сердце воцарился покой. Ленси была рядом, мы выжили в этом бою. Что еще нужно? Вот и выходит, что ничего.
Сон снова укутал меня, и следующее пробуждение вышло куда более бодрым. Бертран уже был на ногах, сидел и читал какие-то бумаги. Видимо, донесения. Я тоже сподобился подняться. Спина почти не беспокоила. Видимо, поработали целители. А вот голова чуть кружилась от слабости, и все же я дотащился до выхода из палатки.
— Ты куда? — окликнул Берт.
— Проветрюсь, — ответил я и вышел на залитую зимним солнцем поляну. 
Все разговоры вокруг мигом стихли, и два десятка солдат уставились на меня, как на ожившее воплощение Рада.
— Добрый день, — обратился я к ним на ландорнском, потому что зеленая и черная формы смешались. 
— Здравствуйте, командир Ферсон, — радостно ответил какой-то парнишка. — Это и правда вы! А то мы уже начали думать, что вы нам привиделись.
— Я это, я, — заверил солдат. — А где его величество Кейлин?
— В своей палатке, — указал один из эффортцев на палатку под королевским флагом. — А ваша супруга с айрой Тариной отправились в ближайший город вместе с целителями за лекарствами. 
— Ясно, — кивнул я. — Будут искать — я у короля.
И направился к палатке Кейлина. Надо убедиться, что мальчишка в порядке, потому что обычно после общения с Риббонсом «порядок» ему не грозит. 
У временного жилища Кея дежурила стража. Солдаты поклонились мне и пропустили без лишних вопросов. Кей, как и Бертран, перебирал бумаги, сидя за походным столом. Выглядел живым и даже здоровым. Поднял голову, увидел меня и отвел взгляд.
— Здравствуй, — сказал его величество. — Как ты себя чувствуешь?
— Лучше, чем после поединка с Бертраном, — ответил я, присаживаясь на складной стул напротив него. — Жить буду, богов своим присутствием не порадую. Сам-то как?
Кей пожал плечами. 
— Постепенно прихожу в себя, — ответил спокойно. — Я убил Риббонса.
— Ленси сказала. Полегчало?
— Немного. По крайней мере, можно не ждать его удара в спину. Ленси упоминала, что вы помирились с Бертраном. Ты теперь уедешь?