Самые темные фантазии (ЛП)

Подождите.
В моей голове что-то щелкает, и, глядя на одежду, на моем лице распускается улыбка.
Он знал?
Как ему всегда удается так точно знать, в чем я нуждаюсь?
Мне начинает казаться, что он обладает экстрасенсорными способностями.
В моей руке раздается звонок телефона — это Мелисса, но я уверена, что на линии будет и Дженни.
— Привет, — здороваюсь я.
— Перестань вешать лапшу, Кэт. Что произошло? Ты не отвечаешь на наши сообщения и, похоже, совсем не рада Жнецам. — Я убираю телефон от уха, чтобы мои барабанные перепонки не разорвались от ее громкого голоса.
— Все в порядке, и я рада.
Дженни вмешалась.
— Это прозвучало так убедительно, позволь отметить. — Даже по телефону я могу слышать, как она закатывает глаза в ответ на свой саркастический комментарий.
— Это как-то связано с тем никчемным куском жабьего дерьма, которого ты называешь своим бойфрендом, — упрекает Мелисса.
Я вздыхаю и падаю на кровать, затем включаю громкую связь и кладу телефон на живот.
— Сегодня вечером я должна встретиться с его мамой во время Призрачной Ночи. Одно лишь это событие способно испортить мне настроение. Как, черт возьми, я могу кайфовать, лицезрея Жнецов, находясь под присмотром королевы стерв, которая, вероятно, будет меня осуждать?
Нельзя совершить ошибку. Это дорого мне обойдется. Обычно его родители постоянно находятся в разъездах по всему свету. Их здесь практически никогда не бывает.
— Милая, почему ты до сих пор с ним? Он такой душный, — говорит Дженни.
Они даже представить себе не могут, насколько это утверждение верно. У них есть множество причин, по которым они его ненавидят, но основная заключается в том, что он не желает, чтобы мы тусовались. Сначала я не обращала на него внимания, но на третий раз пришлось гримировать свой синяк. У меня не осталось другого выбора, кроме как сократить наше общение.
— Минуточку, ты не планируешь провести с нами вечер? — спрашивает Мелисса, разочарование в ее тоне разбивает мне сердце.
— Нет.
— Серьезно? — произносят они одновременно. — Мы понимаем, что ты не любишь посещать день открытия Призрачной Ночи. Поэтому в этом году не придали особого значения, когда ты сообщила о своем намерении пропустить мероприятие, чтобы вернуться домой и отдохнуть после ужина со свекровью. И мы прекрасно осведомлены, что встреча с этими людьми может вывести из себя. Мы бы никогда не стали заставлять тебя участвовать в Призрачной Ночи, зная, что это может добавить стресса. Но я не могу смириться с тем, что ты не хочешь провести с нами хотя бы немного времени. Особенно учитывая, что ты все равно будешь там. — Мелисса сердится.
Я не знаю, как поступить. Чувствую себя растерянной. С одной стороны, мне очень хочется пообщаться со своими друзьями, но с другой — совершенно не хочется разозлить Мэтта.
— Как вам такое предложение: вместо споров давайте лучше поищем решение. Во сколько у тебя назначена встреча с Мэттом? — Дженни, как обычно, старается разрядить обстановку. Она выступает в роли мамочки и постоянно пытается предотвратить ссоры между мной и Мелиссой.
— В шесть.
Она замурлыкала.
— Отлично, у меня есть идея. Парк открывается в четыре. Давай встретимся, заглянем в несколько домов с привидениями, а остальное время посвятим еде и Жнецам.
— План вполне хорош, — соглашаемся мы с Мелиссой. Это решение лишь для одной проблемы, но что насчет одежды? Не хотелось бы рассказывать об ужасном платье. Они будут шокированы. Мне уже не раз указывали на то, что Мэтт слишком властный, и что я утратила частичку своей натуры. Мои друзья не знают, насколько они правы. Но сложно оставаться верной себе, когда рядом есть тот, кто сбивает с толку. Единственный выход — следовать его указаниям, надеясь, что страдания вскоре закончатся. Надеясь, что это был последний удар, последняя пощечина, последний толчок. Однако суровая реальность заключается в том, что это еще не конец, и у меня нет шанса выбраться. Уже прошло несколько месяцев, как я оказалась в такой ситуации, и до сих пор не могу найти выход. Нужно просто подождать. Постараться быть хорошей девочкой, пока не появится возможность уйти. Мэтт не настаивал на том, чтобы я сопровождала его в школу. С тех пор как он рассказал мне о своем намерении поступить в Северо-Западный университет, он больше не поднимал эту тему. Я же ответила, что у меня есть все шансы поступить в Пенсильванский. Будто бы ему не плевать на мое образование.
  
На самом деле, ему не важно, чем я занимаюсь, когда остаюсь одна. Скорее всего, его беспокоит лишь мое окружение. Он не звонит и не отправляет сообщения, если только я не должна отправиться на его игру или же вечеринку. Мы не проводим много времени вместе и не ведем себя как пара, когда вокруг нет посторонних или членов нашей семьи.
Эта мысль заставляет меня вскочить с кровати, совершенно не обращая внимания на своих друзей, которые обсуждают наряды и планы.
Мэтт использует меня, но с какой целью? Вряд ли для того, чтобы вызвать у кого-нибудь ревность. Я знаю его бывшую девушку. Она стройная, блондинка, и, похоже, у нее не все в порядке с головой. Вероятно, всему виной химические вещества, которые использовались для окрашивания ее волос. Они повредили ей мозг.
Я трясу головой, пытаясь прогнать эти мысли. В любом случае, это не так уж важно. Мне лишь нужно продержаться еще несколько недель.
Если я сейчас разорву с ним отношения, мачеха сделает мою жизнь невыносимой. Я уже говорила об этом ранее, и она пришла в ярость, втянула в это моего отца и наказала меня. То время было просто ужасным.
Мой отец готов выполнить любое ее желание. Я даже сомневаюсь, что у него хватит сил противостоять этой женщине.
Вот что происходит, когда вступаешь в брак с человеком, который почти на сорок лет младше тебя.
— Кэт?
— Земля вызывает Кэт. — Я слышу, как меня зовут Мелисса и Дженни.
— Прошу прощения, я немного отвлеклась.
— Ты уже определилась, что наденешь?
Я бросаю взгляд на одежду.
— Да. — На моем лице заиграла слабая улыбка.
Я надену то, что оставил он, а потом переоденусь в мерзкое платье Мэтта.
Звучит как идеальный план.
3
Дрейвен
На мой взгляд, самое замечательное время в году — это Хэллоуин. В этот период времени я чувствую себя в своей тарелке. Я никогда не вписывался в общепринятые рамки: не делаю вид, что мне нравится посещать церковь, у меня другой стиль одежды и музыкальные предпочтения. Музыка дьявола — так часто говорят представители старшего поколения. Я смеюсь, когда это слышу. Все они грешники, которые делают вид, что являются святыми. Днем они проповедуют слово Божие, а ночью превращаются в насильников, прелюбодеев и лицемеров.
Я смотрю на свою руку, которая держит серебристую треснувшую маску, украшенную золотой металлической краской. Это совсем не то, на что я рассчитывал, когда четыре года назад начал работать в этом парке аттракционов. Моя задача всегда заключалась в том, чтобы быть актером в Домах с привидениями. Но в этом году все изменилось. В этом году я играю самую важную роль, к созданию которой приложил свои усилия.
Ради нее.
Звук открывающейся двери возвращает меня в реальность.
— Чувак, — говорит Адриан, заходя в комнату, его ботинки скрипят по полу. — Почему ты все еще не одет? — Он кладет руку мне на плечо.
Прежде чем я успеваю произнести хоть слово, дверь вновь открывается, и в комнату заходит Тео.
— Нам нужно хотя бы на час сделать вид, что мы вкалываем, чтобы все прошло гладко, — говорит Тео, надевая маску.
— Хорошо, мамочки, — огрызаюсь я. — Я как раз собирался переодеться, но вы, изгои, меня отвлекли.
— Чушь собачья. Когда я зашел сюда, у тебя был такой вид, будто ты собираешься трахнуть эту маску, — говорит Адриан, сжимая мое плечо, прежде чем подойти к холодильнику для персонала, достать бутылку воды, открутить крышку и одним глотком опустошить половину.