Ревизор: возвращение в СССР 51 (СИ)

— Мы вообще, кстати, с Межуевым уговаривались, что завтра втроём с тобой встретимся, чтобы тебя убедить пойти к Кулакову работать. Но теперь не знаю, есть ли в этом вообще смысл, видя твой настрой… Упёрся ты, смотрю, рогом прямо.
— Да, если будет возможность, так, пожалуйста, Межуеву и скажите, что не надо меня уговаривать и дополнительно именно по этому поводу со мной встречаться. Я прикину всю ситуацию и обязательно вас проинформирую перед тем, как какие‑то шаги делать серьёзные.
  
Попрощались мы с Захаровым, и я обратно домой поехал.
Было бы сейчас хоть десять утра — поехал бы в спецхран. Ещё неизвестно, как там всё это получится с Кулаковым и с Межуевым… Мало ли как-то удастся все разрулить, не уезжая на Кубу. И тогда запас для очередного доклада не помешает…
В принципе, неплохо мы переговорили с Захаровым. Уже один тот факт, что он постарается убрать Фадеева с руководства парткома МГУ, дорогого стоил…
Я ж не забыл, как он меня утопить пытался в ноябре. Да и затаил против меня наверняка что‑то после выволочки у Захарова. У негодяев всегда виноват тот, в отношении кого они не смогли какую‑нибудь гадость сделать. Как так? Они же искренне старались!
Однозначно он зло на меня затаил, потому что декабрь прошёл, а меня так на партсобрание и не позвали. Хотя я, вроде бы, как кандидат в члены партии должен там присутствовать. Сам я не заметил, забегался — только задним числом об этом вспомнил. Вполне может быть, что Фадеев об этом какое‑то прямое указание дал. Вдруг решил на меня компромат собирать, не зовя меня на партком? А потом, если вдруг ситуация изменится, и Захаров больше не будет меня защищать (мало ли, уедет куда‑нибудь послом за рубеж, как часто бывает со вторыми секретарями Московского горкома), предъявит мне, что я участия в партийной деятельности никакого не принимаю, хотя как кандидат в члены партии должен проявлять двойную активность. Вон, пропускал партийные собрания!
Впрочем, я прекрасно понимал, что этот жест Захарова — не благотворительность в мой адрес. Поскольку он мой поручитель, ему самому важно, чтобы Кулаков не мог скандал устроить, выкинув меня из кандидатов в партию, потому как скандал по нему самому неизбежно ударит. А так он вместо Фадеева поставит своего надёжного человека, чтобы быть уверенным, что с этой стороны удара от Кулакова не получит.
Ну и в целом вполне себе рабочий разговор вышел. И хотя я видел, что Захаров недоволен моей, как он считает, юношеской упёртостью и максимализмом, в то же самое время в его уважении я нисколько не потерял. Руки он мне не выкручивал, а просто искренне пытался помочь.
Вот поэтому, кстати, я с ним, как и с Межуевым, готов работать. Нормальные, вменяемые люди, которые с толковыми подчинёнными не угрозами и приказами работают, а пытаются консенсус найти.
* * *
Москва
Ох и упёртый же пацан, — подумал Захаров, качая головой после разговора с Ивлевым. — Но, надо отдать ему должное, расклад по Кулакову сделал очень интересный. И ведь действительно: сможет ли тот, сидя на гнилом сельском хозяйстве, где ничего хорошего из года в год не может продемонстрировать, запрыгнуть однажды в кресло генерального секретаря?
Если с этой точки зрения посмотреть, то абсурд получается: отвечает за то, что только хуже с каждым годом становится, а влияние всё набирает и набирает…
Захаров очень уважал Ивлева за те его способности в сфере экономики, что он уже наглядно продемонстрировал. Меры по безопасности, что он внедрял на предприятиях, которые курировал, Захарова не на шутку впечатлили.
Да что его, и Мещеряков с его опытом работы в ОБХСС был двумя руками за использование Пашкиных инициатив в этой сфере. А уж к кому ещё прислушиваться, как не к человеку, который собаку съел на этих проверках по заводам и фабрикам в поисках левых производств?
И это не говоря о тех предложениях Ивлева, что он Гришину носит и которые там выстреливают — да ещё как выстреливают!
Гришин, который недавно просто терпеливо ждал, когда придет время от него избавиться, теперь его, Захарова, однозначно без боя никому не отдаст. Он очень доволен этими новыми идеями, что в последнее время ему на стол попадают по моей линии, — думал Захаров, и вдруг ему в голову пришла интересная мысль. — А если Пашка вдруг и в политике также неплохо соображает, как в экономике? Мало ли, он в отношении Кулакова правильный прогноз дал? Может ли так быть, если он сам заявляет категорически, что не любит политику и не хочет ей заниматься?
Кто там сказал, что талантливый человек талантлив во всём? Знать бы, что этот его прогноз по Кулакову оправдается, так можно было бы определённую выгоду с этого получить… Намекнуть правильным людям, ищущим, как карьеру получше сделать, что на Кулакова ставку делать не надо, кого‑то другого поискать в качестве покровителя на будущее. И потом, если, как Ивлев обещает, Кулаков провалится, эти люди ему чрезвычайно благодарны будут за такую наводку… А он уж придумает, как этот долг с них взять…
Кстати говоря, и про Фадеева Ивлев правильно напомнил. Фадеев действительно слабое звено, и может в любой момент подставить. По‑хорошему, нужно было его гнать из парткома МГУ поганой метлой ещё тогда, в ноябре, когда он по собственной инициативе начал на Ивлева бочку катить. Уж очень вряд ли это ему Громыко сказал делать — не в его это стиле совсем. Это тебе не Кулаков. У Громыко в этом плане репутация всем известная: мужик жёсткий, но справедливый, ерундой всякой не занимается, из пушки по воробьям не стреляет. Побольше бы таких в Политбюро. И глядишь, там такие, как Кулаков, не могли бы так быстро влияние набирать.
Впрочем, это направление своих мыслей Захаров быстро пресёк. Нечего критикой Политбюро даже мысленно заниматься. Смысл в этом вообще какой? Как будто от него хоть как-то зависит, кто и с какими деловыми и моральными качествами в Политбюро заседать будет. Ему есть очень даже чем заняться помимо таких вот праздных рассуждений… Надо на работу ехать, да велеть сразу помощнику Фадеева к нему вызвать…
  
Глава 19
 
Москва
Вернувшись домой, погулял с Тузиком, зарядку сделал, в душе помылся. Так, теперь по плану у меня витражисты… Их телефон у меня имелся, взял у Мещерякова заранее, так что сразу же и набрал их, чтобы договориться о встрече.
По телефону мне ответила женщина. Бодрым, строгим, хорошо поставленным голосом подтвердила, что они на работе и мне можно подъехать к ним в мастерскую хоть сейчас. Сразу же договорился, прикинув маршрут, что минут через сорок пять буду у них.
Добрался вовремя. Выйдя из машины, с удивлением осмотрелся вокруг. Адрес вроде бы правильный, но место выглядит, мягко говоря, не совсем похоже на обиталище творческих людей или художественных личностей. С виду промка промкой… Какой-то высоченный бетонный забор, за которым явно промышленное предприятие расположено.
Зашел на территорию. Обнаружил прямо перед собой приземистое кирпичное здание. В нём дверь скрипящая, обшарпанная. Везде ветер воет, пару плакатов висит патриотического содержания. Как обычно, в общем.
Поймал себя даже на мысли, что ощущения, словно с проверкой на одно из предприятий приехал. Причем не по линии нашей группировки, а с ревизией «Комсомольского прожектора». У нашей группировки таких мрачненьких предприятий и нет уже практически. Все в порядок если не привели, то в процессе. В особенности мое новое назначение Захаровым поспособствовало процессам приведения в порядок территорий наших предприятий…
  
А здесь — печаль печальная. Выглядит мастерская примерно как вспомогательный цех какого-нибудь захудалого производства или вообще задворки какого-нибудь машинного отделения или СТО. Но никак не как мастерская художников-витражистов.
Прошёл внутрь. Внутри тоже своеобразно все выглядело. Пространства большие. Пол выметен. Аккуратные полки и стеллажи возле одной из стен. Там же рядом стол довольно большой. В дальнем углу какая-то конструкция непонятная. Окна чисто вымыты. Свет очень хороший внутри. Но на этом, собственно, плюсы закончились. Ветер по помещению свободно гуляет. Стены обшарпанные. Ну, вид, скажем так, не очень презентабельный. Мысленно отметил, поежившись от лютого сквозняка, что ни одного витража ни на одном окне я не увидел. То есть сапожник без сапог получается, а не витражная мастерская. Ладно большие окна, с ними понятно, для освещенности нужны. Но хоть пару маленьких можно было бы в витражи забрать. Сразу вид бы поменялся, как по мне…