Нет запрета. Только одно лето

– Она не говорит по-английски.
Вот же черт…
Ненавижу Яна ровно так же, как идиотское вранье подобно этому!
– Ох, ну она точно поймет это. – Девушка замахнулась, оставив парню звонкую пощечину. – Все Ротштейны – конченные ублюдки. То же самое можешь передать брату, скотина.
Покачивая бедрами, она ушла, а я тут же уставилась на парня с довольной улыбкой. Заявила:
– Эффектно, мне даже полегчало.
  
– Да, та еще штучка.
– Стоит говорить, что вранье – одно из самых мерзких поступков парней? Что ты такого писал, что она так разозлилась?
– Это немного скучная история, и для нее ты еще не подросла.
– Офигел? – Я стрельнула в него водой, тут же получая ответный выстрел. – А если серьезно? Кого из братьев она имела в виду? Ника?
– Выше.
– Да ладно?
Такая новость не должна была пройти мимо меня. И хотя Ян сделал вид, что подробностей ждать не стоит, я сдаваться не собиралась.
– Они спали?
– Тебе серьезно интересны подробности? Когда ты стала такой извращенкой?
– Мне предстоит терпеть его до отъезда. Это не личное любопытство, а способ парировать, когда тот в очередной раз начнет зазнаваться и пытаться меня принизить. Буду игнорировать, но иметь козырь. Рассказывай.
– Неа.
– Ян!
– Забудь, Кимми. Все, что касается подобных связей в семье, всего лишь досуг, которым мы иногда пользуемся. Это ничего не значит, просто…
– Многочисленные любовницы, – продолжила я. – Да, я запомнила составляющую, только вот даже Марлен считает, что в настоящее время Ротштейнов все устраивает в подобранных невестах.
Он направил пистолет и нажал на курок.
– Ты никак не хочешь это обсуждать!
– Потому что обсуждать нечего. Наши судьбы решены, ни о каких серьезных отношениях не может быть речи, и это даже не скрывается.
– Хочешь сказать, девушки знают, что у вас есть невесты, и все равно соглашаются на эти связи?
– Да. Слушай, просто забей. Да, мы немного повернуты. Да, запретный плод сладок и нам нравится его смаковать, но это не делает из нас каких-то животных. Всего лишь курортный роман.
– Бесконечный.
Ян ткнул в меня дулом и потянул руку к океану.
Пришлось замять эту тему, но вопросы остались.
Естественно, мне было любопытно, как ненавистник, который поселился за стенкой и не упускал возможности задеть меня парой слов по поводу моего происхождения, так просто спал с американками. Само по себе это уже была полезная информация, если вдруг фашист продолжит атаковать.
Мы провели на пляже около пяти часов. Кожа немного покраснела, но это не было проблемой, поскольку обычно загар на нее практически не ложился. Голодные, но довольные мы вернулись как раз к ужину.
– Мои хорошие, – заулыбалась Марлен, принимая наши поцелуи в щеку, – как погуляли?
Парень ответил:
– Отлично. Жаль, не получилось посерфить, а так пляж смог нас немного измотать. А где Рай?
Надеюсь, улетел.
– В кабинете. Твой дед наставляет его уже несколько часов, поэтому я даже не стала вмешиваться. Когда дело касается работы, эти двое могут жить без еды и воды хоть несколько суток. Им вообще ничего не нужно.
Мы взялись за ужин, а потом разошлись по комнатам, договорившись посмотреть какой-нибудь фильм. Наполнив ванну, я с удовольствием погрузилась в нее и закрыла глаза, наслаждаясь тишиной и спокойствием. Однако неприятные мысли пришли сами по себе. Тайлер… Я уже не понимала, что нужно сделать, чтобы связаться с ним и просто поговорить. Обсудить то, что на самом деле не было проблемой. Сообщения оставались проигнорированы, звонки постоянно сбрасывались. Я и так переступила через себя, когда начала писать первой, а теперь чувствую вину за то, что просто поехала с Марлен, а не осталась в городе?.. Он определенно бы довольствовался, знай, что я накручиваю себя по этому поводу.
Распахнув глаза, я вздрогнула, увидев перед собой мужчину из соседней комнаты. Руки начали сгребать пену, чтобы скрыть обнаженную грудь. Я была в ярости! Меня начало трясти от возмущения.
– Какого черта?!
Ротштейн без энтузиазма вдохнул и слегка наклонил голову.
– Имей привычку запирать сразу две двери, раз нам приходится делить ванную комнату.
– Поэтому вы без какого-либо стыда или хотя бы смущения решили зайти и задержаться?!
– Я пришел за часами, а когда понял, что ты здесь, уже возвращался обратно. Не нужно все валить на меня и не обольщайся, олененок. У тебя нет ничего такого, чего нет у других девушек. Ничего нового и интересного для себя я все равно не увидел. Не истери.
Он задевал каждым словом, подчеркивая мою обыкновенность. Все тот же сукин сын без какого-либо воспитания или хотя бы обычного уважения к девушке.
– Выйдите уже!
– Не указывай. Сколько можно повторять, что здесьты всего лишь гость?
Ноль смущения! Просто ничего. На его лице не было никакой эмоции, помимо раздражения от моего присутствия. Раймонда не смущала моя нагота, его раздражало лишь поведение и ответные выпады.
– Как гость я подниму вопрос касаемо ванной комнаты! – Схватив полотенце, я обернулась в него вместе с пеной и водой на теле и не без труда поднялась. – Чтобы вам или мне предоставили другую, и я перестала брезговать. Из-за вашей извращенности уже не знаю, к чему можно прикасаться в этом доме!
В таком положении чувствовать уверенность было невозможно, но я собрала всю злость, которая хранилась с момента его приезда. Эта напыщенность не должна была повлиять на самооценку, хотя любую девушку подобные слова заденут. Куда проще думать, что к тебе все хорошо относятся, чем выслушивать подобное и видеть такое пренебрежение.
Я вылезла из ванной и пошла в комнату, несколько раз поскользнувшись.
Хлопнув дверью, хотелось устроить ему взбучку, хотя я навряд ли смогла, учитывая свое положение. Вероятно, Марлен могла как-то повлиять на племянника, узнав о подобном инциденте, но меньше всего хотелось ее напрягать подобными проблемами. Оставалось надеяться, что Ротштейн сам расскажет ей о случившемся, а он точно расскажет.
Спускаясь вниз, я услышала несколько голосов. Ян оживленно что-то кому-то рассказывал, пока эта история сопровождалась дорогим смехом его матери. С подозрением заглянув за угол, я вскрикнула от удивления, ведь рядом с ними находился мой брат – Оливер. Подпрыгнув на месте, я ринулась к нему и крепко сжала в объятиях, вдыхая аромат знакомого парфюма.
Мы не виделись несколько месяцев, совсем не общались из-за его привычки разговоров при личной встрече, при всем этом своим девчонкам он постоянно написывал сам. Внешне по маминым генам мы были немного похожи, но с возрастом Оливер все больше становился похожим на папу. Добрые серые глаза, светло-русые волосы в короткой стрижке и обаятельные ямочки, которыми все восхищаются. Более дружелюбного человека найти было сложно. Спортсмен. Душа компании. Правда, со мной он частенько бывал строгим, нежели чем с остальными.
– Мы собираемся на вечеринку, – тут же заявил Ян, обращаясь к Марлен. – Раз уж нам предстоит тусоваться на острове целых три месяца, самое время показать Оливеру здешние прелести.
– Круто, – я искренне воодушевилась. – Я хочу с вами!
Брат удивленно приподнял брови и заявил:
– Нет, ты останешься с Марлен дома.
– Это еще почему? Ладно вы не брали меня с собой, когда я была младше, но сейчас мне почти девятнадцать.
  
– Кимми права, – поддержала Марлен, на что я победно улыбнулась. – Ей будет полезно развеяться и познакомиться с местными ребятами.
– Но, мам, здесь я согласен с Оливером. У нас не будет времени нянчиться.
– От тебя я такого не ожидала, – выпалила я. – И мне не нужна нянька! Вы боитесь, что присматривать за вами придется мне, ведь все знают, как именно проходят ваши вечеринки. Рассказать?
Марлен прищурилась и скрестила руки на груди, обернувшись к парням с немым вопросом. Их лица стоило видеть. Так им и надо!