Нет запрета. Только одно лето

– Ты представляешь кого-то? – неожиданно спросил он, и я решила схитрить.
– Это разве запрещено, Мистер Ротштейн? Я просто представляю, что ко мне прикасаются, а не я сама себя ласкаю. Так намного приятнее.
– Не провоцируй. Мы обойдемся без этого.
– Вы, вероятно, да, а вот я… Давайте придумаем моему герою имя? Американское.
– Паршивка.
Я увеличила темп. Раймонд немного отстранился, наблюдая за моими движениями сверху. Конечно, ему нравилось происходящее. В привычном угрюмом лице уже не было высокомерия, а я на пике удовольствия даже немного забыла, какой он на самом деле человек.
  
– Вам нравится имя Джереми? – простонала я. – Думаю, в моем неправильном лете в приоритете у парня будет это имя.
– Мое тебе не по нраву, олененок?
Раймонд остановил мою руку, заглянул в глаза.
– Не смотрите так. Надеюсь, вы понимаете, что это ничего не значит? – тут же передразнила я, но простонала, ведь моя рука под его руководством начала поглаживать чувствительное место и постепенно ускорялась.
Под гнетом его глаз и движений ноги затряслись. Я обмякла, осмотрительно положив руку на крепкое плечо. Дыхание сбилось, стало рваным. Сухость во рту напомнила о выпитом алкоголе. Выпрямившись, я снова встретилась с янтарными глазами самого мерзкого человека в этом доме, поэтому гордо вскинула голову, когда он подтянул мои шорты. Изнеможенная рука оказалась возле его рта. Смотря прямо на меня с вызовом, мужчина поднес мои пальцы к губам и облизнул их. Медленно. Демонстративно.
Тянуть момент было бы глупо.
Эйфория прошла, сменившись на легкий стыд, поэтому я отошла в сторону и сказала:
– Сделайте одолжение, Мистер Ротштейн, никому не рассказывайте о случившемся. О, и сами не лежите без сна, думая обо мне, хорошо? Сделаем вид, что ничего подобного никогда не было.
Мужчина едва закатил глаза. Я знала, что он никому ничего не расскажет, а мой монолог был всего лишь предлогом на последнее слово. По существу, между нами и так ничего не было.
Выглянув в коридор, я услышала:
– Подожди… Что с дверью ванной?
– Вы же не думали, что я собираюсь просто подшутить над вами, приклеив к дверной ручке? Вам следует подыскать себе другую ванную комнату.
Он удивленно вскинул брови, явно не ожидая подобного действия, и я ушла, стараясь не прокручивать странное событие случившегося.
Я проснулась вечером, когда телефон настойчиво зазвонил где-то под подушками. Игнорируя головную боль, пришлось приподняться и увидеть несколько сообщений от Тайлера и пропущенный звонок с неизвестного номера. Это оказалась Софи.
– Привет, – прохрипела я, снова рухнув на подушки и протирая глаза.
– Ну где ты? Мы же договорились встретиться у холма в семь! Забыла?
Я не помнила. Не помнила даже то, как мы обменялись номерами, но лучше бы мне не помнить продолжение вечера. Оно почему-то не забылось!
– Дашь пару минут, ладно? Нужно немного оклематься.
– Поторопись! – прокричала Эмма, после чего раздались длинные гудки.
Приведя себя в порядок, я оделась и спустилась вниз, пытаясь убрать волосы в пучок. Небрежность подходила под внутреннее состояние, но перед членами семьи Ротштейн я предстала улыбающейся и жизнерадостной. Оливер и Ян играли в мяч в бассейне, пока Марлен и племянник о чем-то мило разговаривали. Я сразу приняла решение – не смотреть на соседа и вести себя как обычно.
– Привет, – неловко улыбнулась я, помахав парням и поцеловав женщину в щеку.
– Кто-то вчера неплохо провел время, раз проспал до самого вечера. – Марлен отодвинула стул, с интересом наблюдая, как я присаживаюсь. – Покушай и рассказывай. Я с утра жду, когда ты проснешься и расскажешь что-нибудь интересное из вчерашнего вечера.
– Вообще-то мне нужно идти. Я договорилась о встрече.
– Встрече? И с кем это?
Я видела боковым зрением взгляд мужчины, но зареклась в ответ не смотреть, поэтому встала к нему спиной и демонстративно наклонилась к Марлен, чтобы снова чмокнуть ту в щеку.
– Расскажу, когда вернусь.
– Ты могла бы надеть что-нибудь из новых вещей!
– Мне сложно привыкнуть к брендам, а эти вещи мои любимые, хоть и куплены почти два года назад. Футболка – полный восторг.
– Эй, Кимми, подай мяч! – Ян подозвал к себе, а я, наивная, подошла и присела, моментально приняв волну брызгов. Парни загоготали под осуждающие комментарии Марлен.
Я выпрямилась и потянулась к столу, схватив гроздь винограда и устроив небольшой обстрел. Они визжали точно девчонки, но ни одна виноградина не угодила в цель. Последнюю Ян и вовсе поймал ртом, довольно вскидывая руки вверх.
– В яблочко!
– Как скажешь.
Схватив яблоко, замахнулась, но те испуганно прижались к бортику и что-то залепетали. То-то же!
Я со всей силы пнула по мячу, который улетел на несколько миль, довольно откусила кусочек от яблока и демонстративно поклонилась недовольным парням.
– Умница, Кимми, – с гордостью произнесла Марлен. – Будут знать, как дурачиться.
Время поджимало.
Попрощавшись, я как можно быстрее побежала к девчонкам.
Марлен:
Забавно наблюдать, как самый младший ребенок, а к тому же девочка, ставит на место парней. Оливер и Ян с детства имели привычку дразнить Кимми, поэтому в моих глазах они всегда оставались беззаботными детьми. Наблюдая за очередными шалостями, в глаза бросился странный взгляд сына. Восхищенный, нежный и пронзительный. Такое можно заметить только со стороны. Уловить на секунду и понять значение. Ранее на Кимми он так не смотрел, и, конечно, я все поняла.
Немного понаблюдав за Яном, медленно повернулась к племяннику и уловила еще один подобный взгляд, более сдержанный и мимолетный, так как Рай в эту же секунду взглянул на меня и вопросительно кивнул. Тогда-то я и поняла, что серьезного разговора с Ротштейнами не избежать. Со старшим через младшего. Не прямо, извилисто.
Кимми ушла под пристальным нескрываемым вниманием Яна. Раймонд же поднял глаза только тогда, когда девочка оказалась в пределах видимости бокового зрения. Немного удивляло, что Рай думал об этом. После печального опыта с американской девушкой несколько лет назад такого любопытного взгляда я еще не замечала, но то и другое нужно было обозначить. С кем угодно, но не с моей малышки Кимми.
Удачно Оливер решил сходить за мячом, поэтому я подозвала сына ближе, наблюдая, как тот беззаботно усаживается в кресло и набирает из пиалы виноград.
– У Кимми все в порядке? – полюбопытствовала я, разливая сок по стаканам.
– Да. А что не так?
– Она кажется немного задумчивой. Новая обстановка, люди… Я думаю насчет того, чтобы пригласить ее парня в гости. Сюрпризом.
Ян усмехнулся. Пришлось с улыбкой сощурить глаза.
– Они расстались, мам.
– Расстались? С Тайлером?
– А был еще кто-то?
– Не ерничай, – предупредила я. – Что произошло? Когда они успели?
– Она и местные девчонки обсуждали это всю ночь. Видимо, вчера и расстались. Мам, этот Тайлер – козел. Они были вместе с пятнадцати лет, других парней она и не видела, а Оливер постоянно промывал Тайлеру мозг, так как тот ревновал ее чуть ли не к каждому столбу. Кимми достойна лучшего, поэтому даже не думай приглашать его сюда.
– Тогда я просто напомню о том, что Кимми должна хорошо провести это лето перед учебным годом.
– Так и будет.
– Без каких-либо приключений, связанных с нашей фамилией.
Ян замер, а я продолжила:
– Девочка невероятно открытая, несмотря на все, через что ей пришлось пройти. Какой бы красивая она не была в моменте, помни, вы росли вместе. Она тебе как сестра, которую нужно оберегать. Я запрещаю какие-либо продуктивные действия в ее сторону.
  
– Мам, да ты о чем вообще? – наигранно засмеялся сын. – Кимми для меня навсегда останется жизнерадостной девочкой, которая постоянно стукачила на нас с Оли. Этого не изменить.
Я довольно кивнула, сделав вид, что поверила.