Мир первый: Деймос (СИ)
Я напал на Стража со спины. Не самый благородный поступок, но и я далеко не рыцарь. Сейчас речь идет о жизни и смерти, причем не только моей.
Два некроманта сосредоточили силы на Страже. Шквал их заклинаний заставил его замедлиться и даже опуститься на одно колено. Это был мой шанс! Я запрыгнул на саркофаг и вцепился в него мертвой хваткой. Реквием жадно впился в узкую щель между основанием и крышкой, пронзив что-то мягкое и податливое…
Впервые я услышал крик Стража. Вполне человеческий крик боли. Массивное тело задергалось, потом резко крутанулось вокруг своей оси, отбросив меня в сторону. Спиной вперед я влетел прямо в гущу битвы между зомби и паладинами.
И снова доспех не подвел. Я вскочил на ноги. Впереди сверкнуло что-то золотое и я сразу же рубанул наотмашь. Паладин успел закрыться щитом, но наши с Реквиемом силы заставили его неуверенно попятиться. Я ударил ногой в нижний край треугольного щита, противник открылся, и Реквием сразу же впился в брешь между доспехом и шлемом.Паладин рухнул замертво, а на меня уже насели два его товарища. Но я был к этому готов. Реквием взметнулся вверх и резко рухнул вниз. Он сломал меч паладина. Голова рыцаря упала на землю. Второй боец попытался достать меня копьем, но вскоре пал и он.
Реквием ликовал, пока я метался по полю боя, обрывая одну жизнь за другой. Да, среди паладинов могли быть честные воины. Такие, как Отто, Диего, Брок, старик Норман или Вера. Но я отогнал эту мысль прочь — сейчас она только мешала.
Убивай или будь убитым! Вот что твердил мне Реквием, упиваясь пролитой кровью. Все вокруг слилось в бешеный круговорот из стали и смерти. Паладины держались стойко — на месте одного убитого сразу же появлялся другой.
У них не было лиц. Только шлемы. Но так даже лучше. Я старался не вглядываться в смотровые щели глухих шлемов, чтобы не увидеть там человеческих глаз. Глаз, которые навсегда закроются из-за меня…
В помятый и залитый кровь нагрудник с треском врезался луч Света. Я попятился, но устоял. Вороненая сталь доспеха почти расплавилась, но второй луч не достиг цели — вместо моей груди он с шипением вошел в снег.
Гарм!
Щенок вцепился в край белоснежной мантии одного из паладинов. Он дернулся и промазал. Второй раз гарм спас мою жизнь! Рыцарь оттолкнул пса…
Бросай!
Я ощутил призыв Реквиема и швырнул его в паладина. Меч вонзился воину в сердце, исчез и мгновенно появился у меня в руке.
Удивляться было некогда. За спиной кто-то заорал. Кажется, один из некромантов. Я бросился на помощь.
Страж все еще жил! Одни движением он отбросил низкорослую фигуру в черном балахоне. На ногах осталось два некроманта. Один, судя по всему, старик со шрамом. Второй — Скаш. Он все еще стоял неподвижно, продолжая поднимать зомби.
Я снова бросил меч, но он лишь отскочил от саркофага. В этот раз он не вернулся ко мне в руку, а просто исчез. Разлетелся брызгами крови. Неожиданно на помощь Скашу пришел щенок. Рональд говорил, что гарм связан с хозяином ментально. Наверное, пес уловил мое желание спасти некроманта и… сейчас погибнет из-за этого.
Страж навис над Скашем и щенком. У меня была секунда…
Растянувшись в прыжке, я схватил гарма за шкирку и вытащил прямо из-под падающей громадины. Страж с грохотом рухнул на Скаша, раздавив некроманта. В ту же секунду зомби рухнули на снег и остались без движения. Но им больше не с кем было сражаться. Паладины пали.
Битва закончилась. Почти.
Раздавивший Скаша Страж пытался подняться. Некромант со шрамом подскочил к нему и вогнал костяное копье точно в узкую щель для обзора. Страж еще раз вздрогнул и обмяк. Горящие на саркофаге свечи погасли.
— Все кончено, — некромант шумно выдохнул.
Я ожидал, что он спросит с меня за то, что я спас пса вместо Скаша. Но этого не произошло. Может, не заметил?
— Хвала тьме за то, что мы взяли с собой слуг.
Я не сразу понял, что колдун говорит о зомби. Тут он был абсолютно прав — если бы не ожившие мертвецы, мы бы проиграли. Но меня все еще мучил один вопрос:
— Откуда вы их взяли?
— Из какой-то деревни, — некромант передернул плечами. — Их храм сгорел. Люди остались без защиты, и мы этим воспользовались.
Меня как молнией ударило. Храм сгорел? Так ведь это я его поджег… выходит…
Сердце провалилось куда-то вниз, ноги подкосились. Я кое-как устоял. Я, это все моя вина. Я уничтожил храм, допустил смерть жреца и оставил жителей Антли без защиты. Из-за меня они стали ожившими мертвецами…
Невидящим взглядом я окинул поле битвы. Залитые кровью искореженные тела…
— Теперь от них нет толку, — некромант подошел ближе. — Но ничего, мы найдем новых…
Реквием сам оказался в моей руке. Взмах! И голова колдуна упала к моим ногам.
Меч исчез, а я продолжал стоять и смотреть на павших. Одно из тел вдруг зашевелилось. Низкорослый некромант пережил удар Стража. Сплевывая кровь, он выпрямился и кое-как приковылял ко мне.
— Никто не выжил? — тихо спросил он.
— Сам не видишь? — глухо отозвался я.
Реквием сам просился в руку, но я не позволил ему явиться. Пусть и с трудом, но у меня вновь получилось взять контроль над эмоциями и начать мыслить здраво. Прошлого не вернешь, но будущее еще можно изменить. Если я прикончу этого некроманта, то придется начинать все заново, и смерть жителей Антли будет бессмысленной.
Пусть и не намеренно, но я снова стал причиной гибели людей. Винил ли я себя?
Да.
Будут ли эти смерти последними?
Не думаю…
20. Хозяйка костей
Зомби-лошади несли нас вперед. Я чувствовал пылающие злобой взгляды, направленные на меня из непролазной чащи леса. Но ни одна тварь не решилась напасть на некроманта и его спутника. В другое время я бы порадовался этому, но сейчас мне хотелось выплеснуть всю боль и злость, которые скопились в душе.
Мой новый знакомый не отличался общительностью. Угрюмый и немногословный некромант особо и не смотрел в мою сторону. Впрочем, меня это вполне устраивало. Сейчас я и сам не жаждал общения.
Новость о гибели всех жителей Антли тяжелым грузом легла на мои плечи. Только я отпустил свою прошлую жизнь со всеми ее взлетами и падениями, как наделал еще больше ошибок в новой, едва начавшейся.
Раз за разом я повторял себе, что былого не воротишь и надо как-то жить дальше, но перед глазами постоянно появлялись обезображенные смертью лица жителей Антли. Воображение изменило зомби, и теперь, вместо отсутствующего взгляда, все они смотрели на меня с осуждением.
Я отбросил капюшон плаща и поднял глаза к темному небу Деймоса. Тяжелые капли дождя могли смыть с лица пот и грязь, но кровь на руках никуда не денется. Скорее всего, ее станет только больше, ведь я с обираюсь с новой силой разжечь самую настоящую войну.
И все ради чего? Я до сих пор не мог понять, за что сражаюсь. За все хорошее, против всего плохого? Нет. Паладины, в большинстве своем, те еще полоумные фанатики, но некроманты точно не являлись их противоположностью. Названия и методы разные, но суть одна и та же. Помогать ни одной из враждующих сторон не было ни малейшего желания.
Желания, да. Аларик хотел, чтобы я убил Алого Стража. Да, приспешники Черного короля дали мне второй шанс, новую жизнь… о которой я не просил. Я не чувствовал себя хоть чем-то обязанным Аларику.
Оставалась только Катерина. Но я почти не знал ее. Судя по рассказам Рональда, эта девушка хочет «как лучше», но получается у нее «как всегда». Что же, в этом мы с ней похожи. Она просила меня о помощи. Но стоит ли это всех жертв, что придется принести. Разменять одну жизнь на сотни или даже тысячи? Не уверен, что готов к такому.
Значит, остался только я. Мое собственное выживание. Каждый человек готов драться за свою жизнь. Я не исключение. К тому же, раньше я готов был драться и за деньги. Но сейчас… сейчас все иначе. Пока у меня есть Реквием, ни паладины, ни некроманты не оставят меня в покое. Просто выбросить меч я не мог — он просто исчезнет, а потом вернется вновь, оставаясь частью меня. Я чувствовал это. Теперь мы неразрывно связаны — я и проклятый меч. Наверное, теперь я тоже проклят.