Я буду сверху (СИ)
— А это что такое? — Раздалось громок от меня, где сейчас находилась моя подруга и декан и именно от последнего прозвучал этот короткий, но такой ужасный вопрос.
Я едва смогла пересилить себя, чтобы понемногу повернуть голову в сторону Оли, но шея была вроде бы не моя, поэтому это все происходило настолько медленно, что я уже начала сходить с ума. Эта фраза ничего хорошего не означала, а когда я окончательно смогла повернуть свою голову на шарнирах, мое сердце оборвалось и упало где-то в район пяток, а дышать стало нереально…
Подруга смотрела на меня таким взглядом, будто на нее летит грузовик и уже с секунды на секунду его собьет и не оставит и мокрого места. Столько ужаса я никогда не видела в ее глазах, а у нас с ней были разные ситуации. Но ни одна из них не могла сравниться с тем, что происходило сейчас, потому что я смогла оторвать глаза от Оли и перевести их немного вверх, где над ней как гора навис Василий Васильевич и сжимал флешку в руках… Ту флешку, которую все искали и которая могла поставить крест на будущем подруги… Оказывается, что Оля…
Нет, нет, этого не может быть… Этот человек явно не может этого сделать. Я знаю Олю уже в течение четырех лет, но здесь больше даже не от того зависит, сколько я ее знаю, а от характера и моральных ценностей человека. Подруга хоть и не была лучшей студенткой университета или тихой, серой мышкой, но я никогда не поверю в то, что она способна похитить хоть какую-нибудь вещь. Не говоря уже о том, чтобы прибрать к своим рукам флешку, зная, что таким образом она подставляет не только всю нашу группу, но и Таисию Николаевну одновременно. Куратор не раз помогала Оле в решении определенных вопросов по учебе и очень часто шла ей на уступки, а все потому, что человеческие ценности у подруги были на самом высоком уровне. Поэтому я бы в жизни никогда не подумала, что это воровство дело рук Оли. Но не все разделяли такую??мою уверенность…
— Я еще раз спрашиваю — это что такое? — Василий Васильевич уже заново закипал как чайник и тряхнул флешкой перед глазами Оли, а та не получив зрительной поддержки от меня, потому что я сама была в шоке, перевела взгляд на декана и словно сникла. Как будто она на глазах стала превращаться в маленькую лужу, которая готова где-то просочиться под землю и чтобы ее и следа не осталось. И я прекрасно могла ее понять, это был ужас, стыд, кошмар…
— Это не мое… я ничего не брала, — едва могла произнести подруга, потому что вероятно сейчас до нее начало доходить весь смысл того, что сейчас происходило, поэтому дыхание было прерывистым и чувствовалось, что истерика не за горами. Таким образом оконфузиться перед своими одногруппниками и еще понимая, что это подстава… Такое и врагу не пожелаешь, не то что любимой подруге.
— Ага, ну конечно, — в этих словах декана была ирония, потому что он это сказал будто "вешай мне лапшу и дальше, я ее сниму и приготовлю ужин", — всегда как доходит дело до взятия на себя вины, то вы все в кусте.
— Но это действительно не мое, — я не видела в этот момент лица подруги, но я догадывалась, что там уже слезы и скоро начнется потоп. Вероятно, декан это тоже понял, потому что отошел от девушки и стал посреди аудитории, чтобы его все могли видеть.
— Эта пара отменяется, поэтому все расходимся по домам, — окинул он каждого здесь присутствующего таким взглядом, что хотелось приложить руку к голове и поскорее выполнить этот приказ, а потом перевел взгляд полный негодования на Олю, — а вы следуйте за мной. У меня будет к вам серьезный разговор.
И как только Василий Васильевич закончил свою речь, все студенты начали быстро запихивать свои вещи в сумки и рюкзаки и чуть не бежать на выход. Почему-то мне казалось, что сегодня они захотят как можно скорее добраться до своих домов, потому что состояние декана и такое вот чрезвычайное событие просто так ни для кого не закончится ничем хорошим. Я тоже начала паковать свои вещи, но больше на автомате это делала, потому что не знала, как поступить в этой ситуации.
Ведь если учесть, что эту кражу совершила не Оля, а я была в этом уверена больше чем на сто процентов, значит ей кто-то подбросил эту флешку. Не стоит быть слишком умным и сообразительным, чтобы понять, что это дерьмо мог сделать только один человек, для которого подруга стала как кость поперек горла. Конечно же, это был Олег. Если этот бес запугивал девушку с помощью сообщения, ожидал ее возле дома, то что ему стоило кого-то уговорить подбросить Оли носитель в сумку? На мой взгляд, это для него вообще не проблема, имея такой статус одного из лучших учителей страны. Только вот возникало два вопроса — как теперь доказать всем преподавателям, а особенно декану, что эту чертовщину всю провернул новый преподаватель, а не студентка? А второй вопрос — кто был сообщником этого рогатого Олега? Это сто процентов должен был быть кто-то из наших одногруппников, только вот кто? Если бы мне бросили в сумочку эту флешку, то можно было с уверенностью сказать, что это Настя, но вот кому Оля перешла дорогу? Чем дальше в лес, тем больше дров…
— Вероника, давай скорее, я буду закрывать аудиторию, — прозвучала словно сквозь воду эта фраза и заставила меня выйти из оцепенения, которое на меня нахлынуло. Оказывается, что владелицей этого голоса была Таисия Николаевна, которая стояла у двери и смотрела на мой силуэт, ведь кроме меня и ее в аудитории уже никого не было.
— Да, сейчас, сейчас, — я быстро бросила все остатки чего еще не собрала и поспешила на выход, — Таисия Николаевна, вы же не думаете, что Оля действительно могла это сделать? Вы ведь знаете ее, она бы никогда…
— Вероника, пожалуйста, не добивай меня еще больше, — я пыталась получить поддержку от куратора, но она сейчас так выглядела, что ей эта поддержка явно нужна не меньше меня, а то и в разы больше, — в такой неоднозначной ситуации стоит доверять только глазам. А мы все увидели…
Ну да, здесь реально спорить было бы очень странным, так сказать, факт на лицо.
Первым моим желанием, как я вышла из аудитории, было пойти в деканат и поддержать подругу в такое вот тяжелое время. Я бы ни за что в жизни не бросила девушку перед такими проблемами наедине, потому сразу же двинулась на второй этаж, где находился кабинет декана. Но ступив пару шагов я осознала, что никоим образом не помогу в этом словесном поединке, потому что сейчас были только слова Оли, что это не она совершила эту кражу, а с другой стороны флешка, которая оказалась в ее сумочке и которую нашли перед глазами многих студентов и пару преподавателей.
Пока в той части корпуса я не могла ничем помочь, но во мне загорелась другая надежда. Надежда по имени Максим. Сначала эта мысль больно вколола меня в сердце и едва не разорвала сознание, потому что я понимала, что сегодняшней ситуации можно было бы избежать, если бы я поговорила с Сергеевичем и очертила все, что происходит между Олей и Олегом. Не факт конечно, что он мне поверил бы, но хотя бы знал на тот момент, что такая ситуация есть. Поэтому я чувствовала себя несколько виноватой в том, что сейчас подруга стояла перед деканом и переживала самые плохие минуты своей жизни, поэтому я должна была бы хоть как-то исправить эту ситуацию. Если не полностью решить ее, то хотя бы помочь всем, чем я могу.
Именно с такими намерениями я отправилась в кабинет Максима Сергеевича с надеждой на то, что он как-то поможет мне вытащить подругу из этой передряги. Все-таки он довольно-таки хороший человек, который уже не раз доказывал, что на него можно положиться. Думаю, если все правильно объяснить ему и очертить эти мерзкие действия от его коллеги, то он сможет повлиять на декана и показать на того, кто действительно является скотом в этом заведении. Что-что, а честность и мужество у этого мужика присутствуют, и эти качества не в последнюю очередь увлекли меня в нем и влюбили в этого человека…
Глава 14
Я едва смогла себя пересилить, чтобы постучать в дверь кабинета Максима, потому что я хоть и понимала, что преподаватель порядочный человек и не должен ничего сделать противного мне, но наши отношения с ним были как езда на горках, то грандиозный подъем вверх, то сокрушительное падение. вниз.