Не ждуля (СИ)

Никогда не испытывала необходимость к сближению с парнями. Невинность я берегла долго и ответственно, даже в какой-то период жизни я гордилась ей. Все меня хотят, а я такая неприступная.
Миша знал, что до него у меня не было опыта. Я всегда думала, что это будет как-то прекрасно, в интимной обстановке, все такое красивое, волшебное. В его голову не пришла мысль подготовиться, он не купил мне цветов, мы не заказали даже ужин из ресторана, как-то все обыденно.
А в голове только мысли о Стасе, я не могла забыть его, хотя понимала, что он меня обманул и ушел, не объяснившись. Понимаете, я не испытывала к человеку ненависти, я ждала, что он все осознает и вернется. Дурочка.
Мне было некомфортно находиться в той квартире, лежать на том самом диване.
Мы легли спать, выключили свет, никогда не забуду тот момент. В темноте я лежала, смотрела на Мишу, думала о Стасе, а из моих глаз текли слезы. Мне не хотелось вообще находиться с Мишей рядом.
Уж что думал Миша в тот момент, если видел мои слезы, не знаю, мы никогда не говорили об этом.
В тот момент хотелось защиты и тепла, Миша просто оказался в нужном месте в нужный час. Слова Миши, которые меня поразили: «Я от тебя никуда теперь не денусь».
Первую беседу по половому воспитанию, как ни странно, со мной провел отец. Когда мы были дома вдвоем, он посадил меня перед собой на диван, это было очень неловко, он пытался мне завуалированно сказать, что нужно себя беречь и не совершать ошибок в молодости. Расстраивать отца я не стала, но он с этим разговором опоздал на пару дней.
После акта сближения Миша все так же не проявлял инициативы в общении, наоборот, начал отдаляться. Я была разбитой, приходилось делать вид, что ничего не происходит.
В один из дней мы встретились с Соней, когда я рассказывала, что уже далеко не девочка, я разрыдалась. Мне было настолько паршиво в душе, что человек не оправдал моих надежд.
Не хотелось обрывать свои первые отношения. Встречались мы с Мишей в будни на квартире его бабушки, пока она была на работе. Мне хотелось удивить Мишу собой.
В одну из наших встреч я надела белье, чулки, зашла такая вся в комнату в полном стеснении. Миша не оценил моих стараний, попросил все снять, ему было очень некомфортно от трения чулков.
Я была расстроена, но не подавала виду. Вот такими мелкими шагами мы пришли к тому, что мне стало некомфортно сближаться с Мишей. А дальше и вовсе Миша обвинял меня в том, что я его обманула, активно сравнивал меня с его бывшими девушками, а то, что я не получаю то самое, – это только моя проблема, с ним-то все хорошо.
Миша убеждал меня в том, что со мной все совершенно не так, чтобы я вдруг не поддалась соблазнам с другим мужчиной.
В отношениях постепенно начались ссоры, причины были выдуманы Мишей. Миша пытался загасить меня, до встречи с ним мне нравилось наряжаться, краситься, я часто вставала на высокие каблуки. Я была очень женственной, мечтательной особой.
Спустя месяц после секса Миша заявил, что желает расстаться, причиной этому – я и мое к нему отношение, я не стала перечить, просто отстранилась от него, я ревела дальше, чем видела.
Миша приехал спустя неделю с первым букетом. Это был первый букет – желтые розы. Я растаяла, мы снова стали встречаться. Мне не хотелось бросать то, что я уже начала.
Миша сам проявил инициативу в праздновании Нового года вместе, мы продумывали меню на стол, я была в предвкушении, а также думала, что сказать родителям, ведь они были против всяких отношений.
Конец декабря, за Мишей приехал военкомат, поставили перед выбором: либо идет служить сейчас, но в воинской части в городе, либо весной поедет в ближайшую деревню.
Миша выбрал первый вариант, я была в шоке, мои первые отношения закончились.
За поддержкой я пошла к маме, чтобы выговориться, мама поддержку не оказала, я получила только презрение, а отец так вообще был в бешенстве. Опять я один на один со своей ситуацией, мыслями и болью.
Мишу забрали прям перед самым Новым годом.
Я никогда не любила семейные праздники, мои родители отмечали их неделями, всегда хотелось теплой атмосферы, домашнего уюта, разговоров, знаете, такого цельного, единого.
 
Наши отношения начали открываться с новой стороны, если раньше на меня не было времени, то в период нахождения Миши на КМБ я стала нереально нужной. Мне звонили, писали, просили моей поддержки. А я даже и не могла осознать, что нужно ему, ведь мы по факту были посторонние люди друг другу. Я ничего не знала о нем.
Я утопала в истериках Миши, его нелегкой судьбе, слушала про то, какие молодцы жены сослуживцев, как правильно они ждут.
Январь месяц хотел мне раскрыть глаза на Мишу, но я сопротивлялась. У Миши была присяга, я была пригашена на правах девушки. Я помню эти ощущения, когда я зашла на территорию части, прошла по плацу. Зима, я на каблуках, длинноволосая брюнетка без шапки, в черной норковой шубе – хотелось произвести впечатление на Мишу, захожу в зал, где в ряд стоят молодые парни, конечно, я поймала на себе взгляд всех, остановилась в растерянности, увидела Мишу, внутри меня все бурлило.
На присягу пришла и его родня: мачеха, бабушка и младший брат, младший брат меня узнал. Взгляд мачехи был максимально оценивающим.
Я первый раз в жизни увидела процесс принятии присяги, все было так по-взрослому и серьезно.
После мы поехали с его семьей к ним домой, у меня не было ощущения, что я нахожусь в кругу людей, которые уважают друг друга. Знаете, была такая натянутая обстановка, вроде бы все улыбались, разговаривали, но все было такое фальшивое.
Мы провели с Мишей сутки вместе, он высказывал мне все недовольства о том, что я могла бы быть более мягкой и поддерживать его в такой нелегкий для него период. Конечно, он дал мне право выбора: ждать или уйти, но если я не жду, то общение наше разрывается и назад дороги уже никогда не будет. Я же сильная, сложностей не боюсь, в армию ушел Миша, а процесс воспитания в себе бойца активизировался у меня. Мне было даже непонятно, что это уловки и манипуляции. С каждым конфликтом Миша привязывал меня к себе все больше и больше, нормальная, психически здоровая девушка не стала бы даже начинать отношения с таким парнем.
Я задумалась о его словах, пообещала, что буду мягче, но сама не понимала, что его не устроило, мы в отношениях были три месяца – период, когда все только начинается, когда идет процесс ухаживания за девушкой, когда оба показывают свои лучшие качества. Мне казалось, что меня по умолчанию должны ценить хотя бы за то, что до него у меня не было опыта отношений.
Отсутствие опыта отношений сказалось на мне очень сильно, но когда-то пришлось бы начинать.
Только спустя время я понимаю, что, возможно, судьба показывала мне, что с данным человеком у нас разные дороги по жизни.
Мишу отпускали пару раз в месяц на сутки в увольнение, почти все его увольнения мы проводили вместе, мы никуда не ходили, мы проводили время в основном у него дома, он сильно уставал и не высыпался, находясь в воинской части. А на случай моих недовольств был аргумент, что он служит и средств на наши выходы у него нет, хотя на себя любимого он никогда не жалел, набирал с собой огромные пакеты продуктов, потому что ему не нравилась еда в воинской части.
Я верила ему, думала, ну ладно, просто период такой, нужно немного подождать, и потом все будет хорошо.
Миша устраивал мне каждую неделю скандалы, что я не так к нему отношусь, что не передаю ему ничего в армию. Я каждый раз объясняла, что я не работаю и лишних денег у меня нет. Для Миши это были не аргументы. Он, значит, не тратился на меня, а я должна была.
Миша – манипулятор, который применял технику кнута и пряника. Интимная сфера также подпадала под неоднократные манипуляции, меня шантажировали фразами: «Я чувствую, что там кто-то был», «Стало широко», «Ты точно мне не изменяешь?», все это делалось под особым давлением. Я не изменяла Мише и даже не собиралась, если бы я даже захотела, у меня не было бы шансов, под контроль подпадало все, контролировал звонками каждый мой выход из дома, про проверку телефона я вообще молчу, проверяли и запросы в поиске, и мессенджеры, социальные сети и даже фотографии, а вдруг что.