Отбор ведьм для Господина Зла. Новые чувства под снегопадом (СИ)

Прямо у ворот мы разводим костёр, если так можно назвать сгусток магии троллей, танцующий над снегом. Думается мне, что воду на нём подогреть не получится, но зато стало в разы уютнее. Я прошу мужчин сделать из льда три кресла, чтобы устроиться удобнее. И, забравшись на почти что трон, украшенный резьбой, с ногами, достаю из сумки медную турку и мешок с молотым кофе в ней.
  
По сердцу разливается тепло.
Кофейные зёрна очень дорогие, и в доме-то появились, потому что я пошла на ароматный запах на рынке и потерялась. Робер нашёл меня, его друг-торговец угостил чашечкой — и я влюбилась. А он не смог устоять и купил мешочек зёрен. А затем ещё и ещё.
Меня баловали, мне дарили радость, и это навсегда останется со мной.
И навсегда останется в кофе, которым я рада поделиться с остальными.
И по которому буду скучать, когда он закончится.
Но, быть может, он растопит сердца троллей, и они покажут мне дорогу до замка Джека?
Из ледяного ларца они достают мышей и крыс на вертеле и подносят к «огню», на удивление столь необычный ужин жарится. И от него не исходит никакого неприятного запаха. Я только стараюсь не смотреть на грызунов лишний раз, чтобы не испортить себе аппетит. Засыпаю кофе в турку на глаз и прямо сверху утрамбовываю снег. Подставляю к огненной магии и… ничего не происходит.
Видимо, это работает только с их едой.
Ладно, пошаманим, моя магия ведь только на это и способна, как говорил Джек, воду греть, да пирожки делать вкуснее.
Между прочим, это делает меня идеальной женщиной. А, значит, и ведьмой. Снег тает, вода греется, кофе ласкает запахом и теплом.
Уютно, почти как на кухне у Бруклии.
И тут я замечаю за ледяным троном… огромную рыжую крысу. Сглатываю и замираю, ожидая, что она убежит. Но глупая лишь встаёт на задние лапки и ведёт носиком.
А у меня на плече Сова, и рядом два проглодита!
Чуть не пропускаю момент, когда пенка выходит за края и прекращаю воздействие чар. А затем протягиваю турку барану (козла опасаюсь немного больше), и тот выгибает бровь.
— Бери за ручку, дуй, пей и делись.
— Это что, приказ? — рычит он.
— Нет, предложение.
— Тогда хорошо.
Он отпивает глоток, а я перевожу взгляд на крысу. Она всё ещё на том же месте.
— Беги, глупая, — шепчу украдкой.
— А ещё чего сделать? — отзывается крыса хриплым, терпким мужским голосом, и тролли вздрагивают.
Поправочка: не крыса. Крыс.
  
Глава 7. Ледяного лорда в мужья
 
Крыс почёсывается двумя лапками за ушами и, сверкнув огненной магией в глазах, прыгает мне на колени.
Тролли не собираются его есть, но глядят настороженно. Я, хоть и предположив, что это какой-то местный дух — очень, безусловно, важный — не удерживаюсь от любопытства и хватаю его за пушистую попку. Она кажется такой непропорционально-большой, когда он сидит. Такой милый! Я никогда раньше так близко не видела крыс, а этого можно помять в пальцах… Такой мягкий и тёплый… приятно.
Сова ухает, а тролли таращат глаза.
— Ты закончила? — гаркает крыс.
И я умиляюсь.
— Такой красивый и тяжёлый, словно кот! И вовсе хвост не мерзкий, как многие говорят, приятный и мягкий!
Он цапает меня за палец и начинает щёлкает зубами.
— Ладно-ладно, — не обижаюсь я, — просто если узнаю, кто ты на самом деле, уже будет неуместно трогать.
— А сейчас в самый раз, так? Ведьма!
— Да, ведьма, а потому не подскажешь ли ты, где ледяной замок? Меня ведь пригласили, но не встречают…
— Тебе, может, ещё хлеб да соль? — усмехается крыс.
— Да, точно, — я достаю из сумки лепёшку и вгрызаюсь в неё, стрельнув глазами в троллей. Они по очереди отхлёбывают кофе. И козёл опрокидывает в себя последний глоток.
— На дне самое вкусное, — улыбается он.
— Ясно, значит, гадать вам не будем. Хорошо.
Они оба выглядят довольными, хотя я и не уверена, что смогли почувствовать вкус — кто знает, как у них там всё устроено?
— Ты, значит, Изольда. Пришла без приглашения. После того, как тебе лично отказали. Я слышал. Про тебя весь город троллей говорит.
— Правда?
— Да конечно нет! Кому ты нужна?
— Ну и хорошо, — радуюсь я, потому что внимание слуг зла — такое себе удовольствие. — А твоё имя?
Он прыгает, словно блоха, с моего колена на баранье и хмыкает.
— У вас нет имён?
И тролли дружно мотают головами. Не зря обозначила их, как разных парнокопытных, потому как «амбал раз» и «амбал два» каждый раз мысленно произносить было бы накладно. А крыс будет Крысом, ведь есть же у меня сова Сова. Главное, чтобы второй не объявился.
— Значит, это правда, — начинаю я как бы между прочим разговор на тему, которая волнует меня больше всего, нагревая воду уже для своей чашечки чёрного, крепкого кофе. — Я слышала, что год назад стал над небом кружить дракон. Но тот, кого… В общем, Джек поймал его и заточил в своём ледяном замке. И теперь он весит на ледяных цепях. Всё так и было? Ведь он обещал ведьмам дракона.
— Так и было, — отвечает Крыс.
И я протягиваю ему кусочек лепёшки. Он берёт крохотными лапками, так похожими на человеческие руки, что становится жутковато.
— Но не на каких цепях он не висит, зачем же так? Дракон стал Ледяным лордом, и та, кто пройдёт все испытания, станет ему женой.
— Женой? — выгибаю я бровь, дуя на своё маленькое, жидкое чудо в турке. — Он вроде об этом не говорил… Джек.
— А ты зачем пришла? Что с драконом собралась делать?
— Д-дружить…
Все взрываются задорным смехом, будто я сказала что-то невероятно, невозможно уморительное. И в том числе тот, кто стоит сейчас позади меня. Его хохот вьётся красными змеями, что ползут в нашу сторону. Страшно. Потому что, видимо, кто-то сейчас вмешается в наш маленький уютный кружок и не даст мне выпить и без того стремительно холодеющее кофе.
Так что я прикрываю веки, втягиваю горьковатый запах и делаю несколько маленьких глотков, стараясь не вслушиваться в отзвуки тяжёлых шагов, приближающихся ко мне.
И вот большая ладонь опускается на плечо.
И знакомый голос цвёт и пахнет (хотя я и не знаю, что это такое) ухмылками и усмешками.
— Она что, прячется от меня? Кто-нибудь объяснит ей, что это не так работает?
Сова машет крыльями и улетает.
Предательница.
А я… а что? Кофе само себя не допьёт, хоть наслаждение и несколько подпорчено.
— Изольда, — зовёт баран.
Я сдвигаю брови и усмехаюсь на его, будто оправдательное:
— Упрямая она.
Допиваю и, наконец, открываю глаза и отставляю от себя уже успевшую похолодеть турку.
Лицо Джека прямо перед моим. Глаза пылают огнём. Он стоит у ледяного креслотрона, расставив ноги и склонившись, уперев ладонь над моей головой. То ли рассматривая, то ли ожидая испуга.
Но я облизываюсь и со вздохом спрашиваю:
— А ты хочешь кофе?
— Обойдусь, — выплёвывает и отстраняется, искривив губы, будто капризно.
— Я подумала, что если тут не будет ведьмы, которая умеет создавать уют… Отбор выйдет каким-то неправильным. Промозглым и стылым.
— Ты правда сюда не за мужем пришла? Может быть, ещё вернёшься в своё сорочье гнездо?
Улыбаюсь радостно:
— Значит, я могу остаться? У меня есть выбор, правда?
— Упрямая, — соглашается Джек с бараном.
Теперь они все кажутся мне одного роста. То ли я приуменьшила действительность в прошлый раз, то ли господину зла не хотелось выглядеть мелким на фоне стражей ворот, и он принял меры. Каким-то троллим образом.
В любом случае, я вновь засматриваюсь на его волосы, по которым будто течёт огонь, на мускулистое тело и острый изгиб губ.
— Раз так, — он улыбается и хрустит шеей, — ты посостязаешься за звание моей ученицы, но будь осторожна — дороги назад не будет. Проиграешь — никогда не вернёшься из моих владений. И если хочешь знать моё мнение — у тебя нет шансов, детка.
У него такой будоражащий голос.
Интересно, он его специально таким делает? Чтобы производить впечатление на дам? Властный-опасный-Джек.