Отбор ведьм для Господина Зла. Новые чувства под снегопадом (СИ)

  
Глава 26. Искупать тролля
 
Я в недоумении выгибаю бровь, но успокаиваюсь, когда замечаю смешинки в его глазах.
— Где-то же нам нужно ждать, пока всё приготовят. К тому же, мне предложили по хорошей цене…
Перевожу это как: втюхали пустующую комнату. Да-да.
— И там есть настоящая ванная! Можно заказать горячую воду, всё принесут! Хочешь?
  
Я облизываюсь и делаю нерешительный шаг к нему. Предложение слишком уж заманчивое, чтобы отказываться.
— А сам-то не желаешь, господин зла?
— Что?
— Когда ты в последний раз мылся?
— Недавно, — хмурится он. — В реке.
— Значит, горячая вода не будет приятна хозяину зимы?
— Почему?
— Тогда, — усмехаюсь я, — идём.
— Ты не слишком ли… — тянет он.
— Что?
— Ничего, Изольда!
— Вот так.
— Изольда!
Под его бурчание я захожу в заведение, чувствуя себя просто прекрасно. Не знаю, в чём дело. Может быть, новая шубка и платье? Или уютное ворчание тролля? В любом случае, это был хороший троллий день. И добрая людская ночь.
Я заказываю сочный мясной рулет, картофельные шарики, тёплый салат с языком для нас, и пару бараньих ног чисто для Джека, а также травяной чай и пирог к нему. Обещают подать всё через сорок минут.
— Вам в номер или в зале будете?
— В зале, — улыбаюсь я. — Мы потом сразу уйдём.
Он ухмыляется так, что сразу становится понятно: не верит. Ну да, для чего снимать номер на одну ночь и заказывать такой ужин красивой молодой девушке и статному мужчине средних лет? Может быть, должно было стать неприятно, но меня это только веселит.
Ванну в купальне набирают довольно быстро, и я иду первой.
Что я там говорила? Нет ничего лучше, чем забраться под одеяло после работы на улицы зимой? А как насчёт того, чтобы забраться в ванну, где можно — о небеса! — вытянуть ноги после того, как прошла сложное испытания, нагулялась вдоль по ночному городу и узнала о себе много нового? Как же… приятно! Всё тело отзывается благодарностью, мышцы расслабляются, хочется лежать вот так вечно и ни о чём не думать.
Но… зря я вспомнила о третьем испытании. В голове тут же всплывают вопросы: все ли ведьмы прошли? Прошла ли Гуня? Где Сова, всё ли с ней хорошо? Как поживают козёл и баран? Как соперницы относятся ко мне после устроенного Джеком представления?
Ни то чтобы меня так сильно заботило чужое мнение.
Но если подумать… ситуация правда волнительная.
Не хотелось бы, чтобы кто-нибудь решил мне навредить и тем самым лишить шанса бороться за сердце Ледяного дракона.
Моё собственное из-за последней мысли принимается сладко ныть и будто стучит в ушах.
Как вспомню взгляд его холодных, льдистых глаз, так…
О небеса! Верхние и нижние!
Я даже опускаюсь под воду с головой, будто стараясь спрятаться от самой себя, но это выходит плохо.
Интересно, как мы связаны? Кем были друг другу в прошлом? Как он оказался в лапах Джека? И что случилось со мной?
Вспоминаю про надвигающийся праздник и осмеливаюсь загадать желание:
«Пусть всё станет кристально-ясным до нового года!»
Ведь, как сказала Сандра, хочется шагнуть в новую пору обновлённой. Без старых, отживших уже своё, тайн.
Кстати о празднике… Интересно, как долго будут проходить испытания? Успею ли встретить новый год в уютном, тёплом месте? То, что устроил в прошлый раз Робер было великолепно, но я не ждала потом с предвкушением, не мечтала снова наряжать ёлку и делать вместе с Бруклией шишковую настойку, а теперь…
Пусть даже с троллями, но как весело было бы!
Сажусь в ванне, ароматным мылом мою голову, сдерживая озорную ухмылку, чтобы не наесться пены.
В этот момент тяжёлыми шагами к двери подходит Джек и выдаёт своё фирменное:
— Изольда!
— Что, дорогой? — спрашиваю шутя.
И он в ответ молчит, словно опешив.
— Изольда! — произносит вновь через пару минут, когда я уже заканчиваю со всем и растягиваю последние мгновения в приятной, тёплой воде.
— Да-да?
— Зачем меня так назвала?
Что-то тёплое разливается в груди. Словно подогретое молоко яка. В Джеке иногда так явно проглядывается странная непосредственность, словно маленький мальчик, которым он когда-то был, никуда не делся. Рыжий, иногда угрюмый, но даже в этом случае — чертовски (тролли) обаятельный и тёплый.
Может быть, желание моё и наивно, но хотелось бы с ним дружить.
Ведь, как оказалось, он не так плох, как о нём говорят.
— Потому что… ты стал близок мне, — отвечаю задумчиво.
А он после очередного молчания спрашивает:
— Ты уже всё?
— Да, скажи пожалуйста, мальчику-слуге, что они могут приносить горячую воду для тебя.
— А если я хочу в твоей?
— Понимаю, что ты тролль, но в этом есть что-то неправильное… — я усмехаюсь и, услышав, как удаляются его шаги, медленно выбираюсь из ванны.
Всё тело расслаблено, хочется завалиться в постель и закрыть глаза.
И так не хочется натягивать колготки и всё остальное… Отложу это на потом, а пока воспользуюсь халатом. Он мне самую малость коротковат, но едва ли это смутит Джека, правда?
Я открываю дверь, задумчиво смотрю на кровать и решаю оставить её нетронутой, чтобы за нами не пришлось перестилать.
Скромно устраиваюсь на подоконнике, с усмешкой обдумываю, куда меня привело маленькое приключение.
Но вспомнив о словах Сандры тут же серьёзнею. Могла ли я сама себя лишить памяти? И скрыть силы? Насколько тогда велик резерв моей ведьминской магии?
Испытания Джека — отличный способ это проверить.
Сколько их там, одиннадцать?
Прошла три, осталось восемь. Дух захватывает от предвкушения!
— Ты такая красивая, — тролль появляется рядом внезапно, и я вздрагиваю. И от неожиданности, и от того, как звучит его голос. Слишком серьёзно и тихо, будто бы он признаётся в преступлении.
Поднимаю взгляд и сталкиваюсь с его — внимательным и тяжёлым. Янтарные глаза поблёскивают красно-синей, огненной магией.
Казалось бы, он ничего такого не делает, а меня словно прошивает горячей стрелой.
— Ничего особенного, — бросаю я, смутившись.
И Джек запускает большую, тёплую ладонь в мои влажные, потемневшие от воды волосы.
— Это… проверка? — произношу шёпотом. Чувствую себя странно. Сказала бы, что в этот миг трудно устоять на ногах, но ведь сижу мягким местом, ровненько. И ещё — что мир вокруг будто плавится или смазывается, но на самом деле это не так. Только в груди что-то расцветает. Горячее, живое и невесомое.
— Нет, то испытание ты уже прошла, — улыбается Джек. — Неужели троллий народ совсем не привлекает тебя?
Облизываю губы.
— А должен?
На фоне два сонных мальчишки возятся с водой. Выливают грязную, приносят чистую… Мне отчего-то становится смешно. Господин зла отвешивает комплименты, позади суета, будто все знают, что сам великий Джек соизволил искупаться. Растает ли он в горячей воде?
— Не играй со мной! — в голос его вплетается рык, и это забавно.
— Так то, что я нравлюсь тебе — правда?
— Кто тебе сказал?
— Ты? — выгибаю бровь. — Тогда у зеркала. Вообще-то, это было совсем недавно.
— Изольда.
— Ты здесь играешь, Джек, а вовсе не я! Лучше давай… раздевайся, они уже почти закончили.
Тролль выгибает бровь.
— Я только закрою глаза, — и отворачиваюсь, на что смеётся уже он.
Точнее, тепло грохочет хлёстким голосом.
Для его братии вообще стоит завести отдельный словарь, чтобы как можно полнее суметь описывать, этот смех, эти улыбки, ужимки, ворчание и причмокивание.
— Изольда стесняется?
— Изольда полагает, что о некоторых вещах лучше не знать. А что думает Джек?
— Джек думает, что Изольда многое упускает.
— Пусть Джек сядет и погрузит свой злодейский зад в воду. И разведёт побольше пены. И тогда я, может быть, потру ему спину.
— Правда? — голос его звучит едва ли не… растроганно?
— Ага, — усмехаюсь я, всё ещё не глядя на него.