Игра отражений

– Я найду вам работу, сукины дети!– взревел на них боцман по своей профессиональной привычке, но быстро опомнился, вспомнив, что они все же не на большом корабле, а на утлой лодчонке, посреди бескрайнего моря.
Загорая на палящем солнце, они провели целый день, изывая от жары и безделья. К вечеру небо затянуло тучами, быстро наползающими с севера. Подул холодный плотный пронизывающий насквозь ветер, а потом их начало бросать по волнам, словно скорлупку. Море, будто взбунтовалось на них, стремясь наказать. Небеса прорывало. По голове ударили тугие струи ледяного дождя. Рональд и скелли сжались на носу, плотно ухватившись за весла, боцман Дастер что-то кричал, но из-за оглушительных раскатов грома и огушительного плеска волны ничего было не разобрать. 
  
Этот кошмар длился целую вечность. Их швыряло, накрыало с головой. Под ногами ощутимо хлюпало, а вода доходило почти до щиколотки. Элронд понимал, что любая мало-мальски крупная волна опрокинет их ялик. 
– Всем за борт!– проорал он, первым бросаясь в разъярившуюся морскую пучину. 
От холода перехватило дыхание. Легкие судорожно сжались, а уши заложило от большой глубины, но он упрямо куда-то греб, борясь со стихией за самое ценное, что у него осталось, после гибели Анны, за свою жизнь! Впрочем, если Кракен существует, то, возможно, и сказка про его невест окажется правдой. Тогда есть еще шанс, что девушка жива…Жива! 
Эта мысль и только она не позволяла ему опустить руки и бросить бороться. Только надежда на то, что он когда-нибудь увидит Анну согревало его посиневшие руки, онемевшие от нечеловеческого напряжения.
Его выбросило высоко вверх на гребне волны, а потом накрыло ее же, погрузив в пучину. Ощущение, будто провалился в колодец. Элронд легими гребками поймал ритм шторма. Теперь его погружения совпадали с редкими выбросами на поверхность. Он полностью отдался воле волн, подчинясь суровому закону моря. Где были в этот момент боцман Дастер и моряки его не волновало. Он боролся отчаянно за свою жизнь, чтобы еще хотя бы раз увидеть Анну, лелея в своем сердце этот призрачный шанс. 
В какой-то миг сознание его ослабло, умиротворившись ритмом волн, совпадающим с ударами сердца. Он потерял счет времени, ориентацию в пространстве, он просто старался выжить и не задохнуться соленой пеной, которая была повсюду. А потом был удар о что-то твердое. Элронд, даже не понял, что это было Только мир погрузился во мрак, оставляя лишь ощущения легкого покачивания на волнах.
Очнулся он от тупой боли где-то в области затылка. Громко прокашлялся, избавляясь от воды. Смахнул водоросли, налипшие на волосы, стянутые в тугой пучок на затылке. Перевязь от шпаги осталась, а вот оружия не было. Элронд лежал у береговой гряды камней, зацепившись краем форменного сюртука за острый выступ, насадившись на него как рыба. Совсем недалеко простирался песчанный берег. Длинный и широкий пляж располагался почти повсеместно. Лишь вдалеке, на пределе видимости среди легкой утренней дымки можно было различить высокую гору, поросшую густым лесом.
С трудом Элронд встал и побрел к берегу, стараясь обходить особенно острые камни. Сапоги расстворились в морской пучине, потерявшись во время сражения со штормом. Одежда была оборвана и смотрелась отвратительно, пропахнув мерзким запахом рыбы. Метров через сто он, наконец-то, ступил на твердую землю. 
Идеально желтый песок был горячим. Элронд поднял голову вверх, по солнцу определяя сколько время. Около полудня…Больше двенадцати часов он пытался выжить. Чувствуя, что подгибаются ноги, он присел на краешек круглого валуна, прибившегося к берегу настолько давно, что он успел порасти какими-то зелеными чешуйками.
Что с Дастером? Матросами ? Живы ли они? Задавал себе эти вопросы Элронд, выжимая мокрую одежду. Где он сам и что это за место? Неожиданно его взгляд его наткнулся на что-то чернеющее вдали на песке. Предмет был продолговат и своими неясными очертаниями напоминал фигуру человека. 
Не долго думая, бывший помощник капитана побежал туда. Куда делась усталость? Нет, она никуда не исчезла. Вперед его гнал страх, мобилизовавший последние возможности организма, страх остаться одному, разделив участь сотен тысяч людей вот так же потерпевших кораблекрушение и попваших на необитаемый остров, сошедших с ума от одиночества. 
Под ногами замелькали, зарытые в песок обломки чего-то плавучего. Сначала Элронд не обращал на них внимания, решив, что это части лодчонки, на которой они спаслись от Кракена, но когда-то ближе подбежал к непонятному черному предмету, привлекшему его внимания, то все понял…В песок зарылась сломанная фигура, стоявшая на носу корабля, помощником капитана которого он был. Чуть дальше валялись сломанные мачты, лини, какие-то вещи…Увы, это не была лодка Дастера. Всего лишь обломок его, Элронда, прошлого… От ужаса ему захотелось заорать. Отчаянный крик вырвался из его груди, разрезая могильную тишину пляжа. Он упал на колени, без разбору молотя по черной безмолвной фигуре статуи, пока кулаки не оказались сбиты до крови, и боль немного отрезвила его.
– Не может быть…– прохрипел он осипшим от крика голосом. В горле запершило. Солнышко прижарило свосем уже хорошо, захотелось пить.
– Я выживу! Выживу!– поднял Элронд кулаки вверх, обращаясь кому-то на небесах.
Рывком поднял тело и шагнул вперед, намериваясь отыскать хоть что-то полезное, среди обломков, попавших на этот забытый всеми берег. 
После долгих и нудных поисков, когда он совсем потерял разум от палящего пекла. В паре километрах от того места, где его выбросило, он обнаружил почти полную бочку рома, обломок шпаги и окованный железом сундук, запертый на замок. Отхлебнув немного рома, Элронд, ухватил обломок, пытаясь поддеть замок сундука. Тот не поддавался. В конце концов он доломал тонкую шпажонку, принадлежавшую по-видимому одному из пассажиров, судя по украшенной камнями дорогой рукояти. Отбросил ее в сторону, усевшись около бочки с ромом. Прилично глотнул, чувствуя, как тепло разливается по всему телу. 
– Что же мне с тобой делать?– вслух спросил он, обращаясь к сундуку. Глазами поискал камень. Небольшой подходящий булыжник оказался недалеко. Чувтствуя, как от выпитого спиртного, кружится голова, Элронд поспешил вернуться с ним к сундуку. В несколько ударов разбил крушку. На закате уходящего солнца среди деревянных бломков блестело золота – казна капитана, обсолютно бесполезная на необитаемом острове вещь.
– Я думала ты уже спишь?– в комнату вошла Светка, успевшая переодеться в пижаму.
– Я тоже так думал…– со вздохом убрал ноутбук, сохранив свой документ на рабочем столе.
– Как себя чувствуешь?
– Хреново, если честно…– поморщился я. Боль в копчике и затылке не проходила. Ныла, отдавая во все, что только можно.
– Я перепугалась…
– Такое бывает… ты, как врач, должна знать, что люди иногда падают в обмороки,– усмехнулся я, устраиваясь ко сну.
– Но не без причины! Тебе не кажется, что последнее время ты стал какой-то…
– Какой?– насторожился я.
– Болезненный…Вид у тебя, конечно!– мягко проговорила Светлана, беря меня за руку.– Теперь этот обморок…Может стоит сходить к врачу?
– Ага! К психиатру?
– А почему бы и нет?
– Ты с ума сошла?– взвился я.
– Нет…Но сначала ты рассказываешь мне, что мы тонули в Змиеве на лодке, потом этот обморок.
– То есть я по-твоему шизик?!
– Я такого не говорила,– возразила Светлана, нервно дернув плечом,– просто…
  
– Что просто?! Может мне сразу в “пятнашку” сдаться? Или Эльвира Олеговна беспокоится, не разобью ли я в очередном приступе шизофрении еще несколько банок консервации?
– При чем тут мама?!– разозлилась жена.
– А при чем тут я? Оставь меня в покое, пожалуйста.
– У нас в доме ребенок, а ты…
– Что я? – закричал я, брызжа слюной.– Идиот? Чикатило или педофил? У нас ребенок…Я его когда-нибудь обижал?