Князь Целитель 5 (СИ)

* * *
Я провёл в библиотеке уже больше часа, мной перелистано и усвоено нейроинтерфейсом много книг. И многое перевернулось в моём сознании с ног на голову. Наверное, оно и правильно, что наставник раньше не давал мне этих книг и нейроинтерфейс их тоже не предлагал. Я бы просто не смог это понять и усвоить в должной мере. Это примерно то же, что и давать решать интегральные уравнения ученику средних классов, который не имеет понятия о дифференциалах и первообразной — всё должно быть в свой черёд.
  
Другое понимание медитации и её роли в восстановлении не только магического потенциала и наполнении колец маной, но и в восстановлении самого организма, того же самоисцеления и поддержания жизненных функций.
Мне вот даже интересно, а знает ли Василий Анатольевич, что он со своим пятым кругом может создавать и поддерживать какое-то время вокруг себя зону, в которой бойцы будут меньше страдать от ран и быстрее восстанавливаться? Мне почему-то кажется, что нет, а вот Герасимов может наверняка.
Я только теперь понял, почему мой наставник именно в такой последовательности занимается исцелением тяжелораненых. Он постоянно перемещался по площадке, хотя мог бы просто собрать таких пациентов в одну кучу и только ими заниматься. Пока он лечил одного покалеченного монстрами, ещё несколько бойцов вокруг находились в радиусе воздействия его исцеляющей ауры и им уже становилось легче, хотя со стороны кажется, что до них пока никому нет дела.
Вспомнил походы в составе экспедиций профессора Лейхтенбургского, когда шла интенсивная битва с монстрами. Я и ещё два целителя находились на одном небольшом пятачке и всех раненых старались размещать рядом с нами, в непосредственной близости. У Владимира Алексеевича, насколько я помню, шестой круг, а у Дмитрия Юрьевича — пятый. То есть они оба наверняка обладают этой исцеляющей аурой и она на этом пятачке у них перекрывалась и усиливалась. Владимир Алексеевич находился в центре, теперь понятно почему.
Я ведь заметил тогда, что мне быстрее удаётся заживить довольно серьёзные раны. Только вот посчитал, что это исключительно за счёт того, что я научился приручать негативную энергию Аномалии и превращать её в целительскую Но теперь я понял, что это было не совсем так в данном случае.
И я теперь знаю, как эту ауру активировать и поддерживать. Правда, пока что теоретически, теперь предстоит осваивать на практике. Как это ни парадоксально звучит (хотя в моём случае в некоторой степени логично), жаль, что в данный момент нет активных боевых действий, и я не могу попрактиковаться с этим навыком прямо сейчас или хотя бы в ближайшее время. Это не значит, что я хочу, чтобы людям было больно, чтобы я смог их исцелять, вовсе нет.
Кое-что чрезвычайно важное удалось узнать и об особенностях накопления, распределения и использования магической энергии на пятом круге. Пока я не освою это в полной мере, на прорыв шестого круга можно даже не соваться, не имеет смысла. В лучшем случае у меня это просто не получится, а про худший лучше даже не думать.
Так что никуда не торопимся, осваиваем углубленную медитацию, укрепляем имеющиеся круги, внедряем новые методики и практики, наращивая мощь на уже имеющейся базе. Насколько я понял, если отнестись к этому со всей ответственностью, то и без прорыва на шестой круг я буду иметь чувствительно большую эффективность, чем имею сейчас и чем другие целители с пятым кругом.
Я вышел из библиотеки в несколько подавленном состоянии, но не из-за расстройства или разочарования, нет. На меня давил новый пласт знаний и понимания того, через что мне предстоит пройти, чтобы довести свой пятый круг до совершенства. Сейчас я как начинающий водитель, который научился трогаться в горку и парковаться в бокс задом, а теперь надо научиться обгонять по встречке на крутом повороте на ледяной трассе.
— Ты чего это такой загруженный? — с сочувствующей улыбкой поинтересовалась Евгения, когда я встретил её в коридоре, выходящей из лаборатории. — Багаж знаний придавил?
— Есть немного, — улыбнулся я ей в ответ, пытаясь стряхнуть с себя остатки огромного вороха витающих в голове мыслей. — Надо немного развеяться, чтобы избежать перегрева центрального процессора.
— Ты имеешь в виду, чтобы мозги не закипели? — рассмеялась девушка. — Ну тогда иди полюбуйся, что мы сегодня успели сделать, возможно, поможет.
Евгения снова открыла обновлённую, теперь уже металлическую дверь лаборатории, и сделала приглашающий жест.
— Прошу! — произнесла девушка официальным тоном и улыбаясь, как модель с обложки.
  
Глава 22
 
— Вот это да! — невольно воскликнул я, увидев раскинувшийся передо мной простор.
После того закутка, где мы делали все наши эликсиры и снадобья, исследовали проявления аномалии, хранили все ингредиенты, ценные образцы и готовую продукцию, это была целая фабрика. Если развернуться как следует, то эликсирами можно будет обеспечить не только госпиталь, соседнюю воинскую часть, совершающих вылазки в Аномалию охотников, но и весь регион, а возможно, и соседние.
— Вот это я понимаю, установка синтеза, — произнёс я, остановившись возле первой попавшейся стеклянной конструкции. — До этого у нас был «детский конструктор».
— Обрати внимание, что её даже не нужно разбирать после использования, — с гордостью сказала Евгения, сложив руки на груди и глядя на творение рук человеческих. — Здесь есть встроенная система самоочищения. Вот этими вентилями открывается подача промывных растворов и очищенной воды и всё это подаётся в рециркулятор с регенерацией этих растворов. То есть безотходное производство, не загрязняющее окружающую среду.
— О-бал-деть! — именно так, по слогам, произнёс я, приглядываясь к обозначенным Женей нюансам. — Ваня в шоке. Ещё бы это само загружало в себя нужные растворы и ингредиенты, цены бы ему не было.
— Ну да, — усмехнулась Евгения. — И ещё само бы ходило в зону Аномалии за этими ингредиентами. Ну ты и размечтался! Тут многое продумано и усовершенствовано, внедрены промышленные технологии, но без постоянного контроля и вмешательства человека пока никак не обойтись.
— Ну ладно, значит, поработаем, — сказал я, потирая ладони.
— Пока не поработаем, — покачала головой девушка.
— Ещё не доделали? — решил я уточнить.
— И это тоже, — улыбнулась Евгения. — А ещё вам с Костей предстоит вернуть сюда всё, что вы вывезли в дальнюю палату. Можете приступать.
Я тяжело вздохнул, вспоминая эти груды картонных коробок, которые я даже так и не разобрал по темам. Теперь всё в обратном порядке. Согревало душу только осознание того, что это последний рывок и можно будет приступить к освоению нового оборудования в радикально новой лаборатории.
Прежде чем позвать Костю и приступить к долгой и нудной обратной транспортировке, я решил-таки заглянуть во вторую манипуляционную, где наш непревзойдённый ловкач Арсений должен был сделать ещё два артефакта по заданию заведующего отделением, в качестве испытания.
Я сначала на всякий случай постучал, а только потом зашёл в манипуляционную, сразу зажмурив глаза от неестественно яркого света. В воздухе по-прежнему витал запах гари и копоти, но теперь добавился довольно резкий запах озона. Источник злобного излучения находился на стене, где часы. Смотреть прямо на него я бы не рискнул, поэтому использовал ладонь, как козырёк, сощурился и решил осторожно осмотреться.
Мой протеже сидел на полу, прижавшись спиной к стене, на которой висел сделанный им дезинфектор, а я уже нисколько не сомневался, что это был именно он. Сначала у меня возникло ощущение, что Арсений спит, но потом появились предположения похуже.
  
Щурясь от болезненно яркого света, а также стараясь ни на что не наступить и не испачкаться, я обошёл стол и присел на корточки рядом с артефактором. Парень дышит, пульс нормальный, это радует. Может, и правда, спит?
— Сеня, — позвал я его, осторожно тряся за плечо. — Проснись, дружище!