Князь Целитель 5 (СИ)

— Что-то случилось? — поинтересовался парень, осторожно выглядывая из-за меня.
— Да ничего особенного, — ответил я.
Перед входом в приёмное отделение достаточно большая площадь была помечена колышками и ленточками. Это так быстро начали проектировать приёмное отделение? Я понимаю, что современные технологии позволяют многое, но чтобы так…
Большая часть ленточек уже была оборвана и развевалась на ветру красно-белыми змеями. Ни строителей, ни стройматериалов нигде не было видно. Я пошёл в сторону входа, пытаясь оценить масштаб предстоящего строительства, Сеня засеменил следом, Федя запрыгнул на дерево — уже практически ритуал.
  
— Посиди пока здесь, — сказал я своему протеже и указал на ряд стульев в холле приёмного отделения, а сам отправился в ординаторскую.
Все уже были на месте и допивали свой первый кофе, Герасимов по обыкновению читал утреннюю газету.
— Что-то ты сегодня припозднился, Ваня, — сказал Анатолий Фёдорович, не опуская газеты.
— Да вроде не опоздал, без пяти, — ответил я, глянув на часы на стене.
— Так ты обычно раньше приходишь, — заметил наставник. — Вася вон уже расстроился, вторую чашку кофе пьёт, чуть ли не плачет сидит, мол, где наш Ваня?
Василий Анатольевич при этом усмехнулся, но промолчал. Олег Валерьевич кивнул в качестве приветствия и снова воткнулся в какую-то старинную книгу, раньше у него такой не видел. Может, разрешили вынести из библиотеки? А я? Мне тоже надо! Хотя, на самом деле — необязательно, мне ведь достаточно просто полистать, а нейроинтерфейс всё сфотографирует, оцифрует и проанализирует.
Потом я встретился глазами с Евгенией. Кажется, она всё это время за мной наблюдала, а теперь немного покраснела, но только немного.
  
Глава 19
 
— Привет, валькирия, — тихо приветствовал я боевую подругу, улыбаясь.
Заметил, как Василий Анатольевич после этих слов закатил глаза и отвернулся. Спасибо хоть, что промолчал.
— Привет, — ответила Евгения, довольно улыбаясь, потом хотела ещё что-то сказать, но сдержалась. После небольшой паузы добавила: — Идём разбирать ингредиенты?
— Да, конечно, только мне нужно обсудить ещё один вопрос с заведующим, — сказал я, слегка виновато склонив голову.
— Хорошо, — ответила девушка и мило улыбнулась. — Тогда я допиваю кофе и начну потихоньку.
Евгения взяла в руки чашку с недопитым кофе, а я подошёл к восседавшему на диване Анатолию Фёдоровичу.
— Ты чего это такой загадочный, Ваня? — спросил наставник, глянув на меня с некоторым удивлением поверх газеты.
— Да у меня к вам разговор небольшой есть, точнее, предложение, — сказал я, раздумывая, как лучше преподнести этого артефактора.
— Очень надеюсь, что хочешь мне предложить не руку и сердце? — вкрадчиво спросил Герасимов, глядя на меня искоса. — Ты, конечно, хороший специалист и будущее у тебя на поприще целительства будет интересным, но увы… увы…
— Ну и шуточки у вас! — невольно рассмеялся я. — Хотел предложить вам нового сотрудника на общественных началах.
— Что-то в твоих интонациях уже говорит мне, что ты не особо-то и хотел его предлагать, — сказал он, слегка прищурившись. — В чём подвох? Что не так? И что за сотрудник?
— Артефактор, — начал я с последнего вопроса. — Но он, мягко говоря, недотёпа и руки недостаточно прямые.
На лице у заведующего нарисовалось выражение глубокой задумчивости, даже было слышно, как мысли в голове шелестят, словно страницы наспех перелистываемой старинной книги.
— Очень любопытная характеристика, — после некоторой паузы сказал Анатолий Фёдорович. — Артефактор — штука полезная, в наши края пока таких птиц попутным ветром не заносило и как бы надо обрадоваться, но сопутствующие комментарии не вселяют в меня такого желания и уверенности в ответе. Зная тебя, я догадываюсь, что ты это чудо уже притащил?
— В приёмном сидит на стульчике. Ждет вашего решения, — ответил я, невинно улыбаясь.
— Здрасьте! — услышал я тут же знакомый голос за своей спиной. Уверен, что по моему лицу пробежались раздражение и разочарование, и это не ускользнуло от цепкого взгляда моего наставника.
— На стульчике, говоришь? Ждет? — усмехнулся Герасимов. — Ну пойдём, пообщаемся.
Мой протеже, с цветущим видом представшей перед зрителями неимоверно важной персоны стоял в дверном проёме и оценивающим взглядом обводил всех, находящихся в ординаторской. На Евгении его взгляд задержался дольше, отчего девушка почувствовала себя неуютно, а у меня появилось желание осторожно потрогать кулаком его печень.
Я вытолкал парня обратно в коридор и Герасимов повёл нас в импровизированную комнату переговоров. Такой комнатой оказалась вторая манипуляционная, и я почти сразу догадался почему.
— Какие у вас есть предложения по усовершенствованию этого священного для истинного целителя места, молодой человек? — совершенно серьёзным тоном и с соответствующим выражением лица спросил Анатолий Фёдорович, засунув руки в карманы халата.
Арсений внимательно осмотрелся, не упустив ни одной детали, потом снова повернулся к собеседнику.
— Я сначала подумал, что мы зачем-то в туалет пришли, — пожал парень плечами. — Но теперь у меня такое впечатление, что это медицинский кабинет в полуразрушенном госпитале из далёкого прошлого.
Я отчётливо слышал, как скрипнули зубы моего наставника. Он вдохнул и задержал дыхание на какое-то время. Потом он медленно выдохнул и начал говорить довольно сдержанно, как он умеет при острой необходимости.
— Если поставить перед вами задачу: превратить это ископаемое в удобное для использования помещение, пригодное для лечения пациентов, — практически на одной ноте произнёс Анатолий Фёдорович. — Вы с таким справитесь?
— Кафель я класть не умею, — удивлённо пробормотал Арсений и снова пожал плечами.
— Плитку вас менять никто и не просит, — так же сдержанно сказал Герасимов. Я же в этот момент удивлялся его выдержке. Впрочем, с таким опытом работы с пациентами ему наверняка попадались и более сложные «кадры». — Я имею в виду оборудование. В частности, интересует наркозный аппарат, дезинфектор и стабилизатор жизнедеятельности.
— А-а-а, — протянул наш юный артефактор, на лице наконец появилось понимание и улыбка. — Ну, с этим немного попроще.
— Возьмётесь? — уже с интересом спросил наставник, видимо, он ожидал однозначно отрицательный ответ.
— Ну, я попробую, — кивнул Сеня, но былой уверенности в голосе уже не было.
— Анатолий Фёдорович Герасимов, — представился мой наставник и протянул парню руку.
— Арсений Ксенофонтович Рубинштейн, — сказал в ответ артефактор и протянул руку, но не как для рукопожатия, а словно её должны были поцеловать, встав на одно колено. И откуда такого нахватался?
Герасимов взял его за руку, как положено, и пожал достаточно крепко, чтобы у парня на лице появились видимые глазу эмоции.
— Это вторая манипуляционная, мы ею редко пользуемся, поэтому она в вашем полном распоряжении, — сказал парню мой наставник. — Однако крайне не советую её взрывать, она нам ещё может пригодиться, договорились?
— Договорились, — кивнул парень и теперь уже невооружённым глазом было видно, что он опасается грозного целителя, столь крепко пожавшего ему руку.
Герасимов выразительно кивнул и вышел из манипуляционной, и мы остались в помещении вдвоём.
— Ты, правда, сможешь это сделать? — поинтересовался я у парня перед тем, как уйти.
— По идее — да, — ответил Сеня, кислым взглядом сканируя помещение и всё, что в нём имеется. — Но раньше не приходилось. Мне нужны мои книги, листы и принадлежности для черчения, расходные материалы.
  
— Какие расходники тебе нужны? — спросил я. — Только сразу предупреждаю, список имеющихся так же скуп, как и убранство этой комнаты.
— То есть требуется из г… из глины конфетку сделать, — пробормотал артефактор, поправил очки и почесал макушку. — Ладно, у меня есть кое-какие заготовки и запасы, может, этого и достаточно будет. Только мне нужен мой чемодан. Распорядись, чтобы его привезли.