Бывает и хуже?. Трилогия - Игорь Алмазов, Виктор Молотов (СИ)

– У меня же приём! – тот вскочил с кресла. – Спасибо, мне пора!
Он выбежал за дверь, не давая стоматологу даже ответить.
– Чудной он, – хмыкнул Денис Сергеевич вслед Ярику. Потом повернулся ко мне: – А ты не хочешь зубы проверить?
Я задумался. Они меня не беспокоили, но хорошо бы знать, всё ли там в порядке.
– Давайте, – кивнул я.
Денис Сергеевич убрал все инструменты, продезинфицировал место. И в кресло сел уже я.
  
– Так‑так, – начал он. – Старые пломбы на жевательных зубах держатся хорошо. Зубного камня нет. В принципе, всё неплохо.
Значит, у Сани всё‑таки были проблемы с зубами и он ставил пломбы. Что ж, по крайней мере свежих проблем с зубами он мне не оставил. И на том спасибо.
– Чистишь два раза в день? – строго спросил стоматолог.
– Конечно, – улыбнулся я.
За ротовой полостью я старался ухаживать тщательно. Любой кариес вредит не только зубам, но и внутренним органам и общему состоянию. Мне такого было не нужно.
– Ещё советую купить зубную нить, – сказал Денис Сергеевич. – Она хорошо прочищает межзубные промежутки.
– Понял, – взял я себе на заметку. – Спасибо.
– Ещё ополаскиватель для рта возьмите, по желанию, – добавил стоматолог.
Такие были и в моём мире. Мы использовали алхимические эликсиры с каплями праны. Здесь же предпочтение отдавали механической очистке, что необычно. Но я этот вопрос уже изучил.
– Спасибо, – ещё раз поблагодарил я.
Задерживаться у стоматолога больше не было смысла, и я вернулся в свой кабинет. Коробка конфет так и стояла на столе.
Самая обычная. Даже не заметил, была ли она открыта – Савинов действовал очень быстро. Обычная коробка, конфеты «Коркунов».
Кто это делает и зачем? Хотели, чтобы это я сломал зуб? Очень странные дела…
Зазвонил телефон, отвлекая меня от размышлений. Звонил водитель из социального такси оповестить, что они привезли Простову. Сопровождение по кабинетам входило в оплату такси, но я всё равно был нужен, чтобы проконтролировать процесс в рентген‑кабинете.
Объяснив, куда везти пациентку, я сбросил звонок. Коробку конфет пока убрал в ящик – тот самый третий секретный ящик Сани. К записке в придачу, потом разберусь.
А сам тоже направился в рентген‑кабинет. Возле него уже стоял мужчина, держащийся за ручки инвалидного кресла. В нём сидела Простова.
– Здравствуйте, доктор, – улыбнулась она мне. – Даже и не думала, что такая вещь существует, как бесплатное социальное такси! Меня и дома погрузили, и тут выгрузили. Помогают везде, отзывчивые такие!
– Да, повезло, что место нашлось, – ответил я. – Обычно такое такси расписано по минутам.
По‑прежнему не собирался ей говорить, что никакое оно не бесплатное. Я уже расплатился заранее. Бесплатное такси Власов так и не одобрил.
Оставив их в коридоре, я зашёл в рентген‑кабинет. И мне навстречу тут же вышел Колян.
– Саня, – криво улыбнулся он. – Снова пришёл деньги требовать?
Вот это формулировочка.
– Если ты про то, что я жду от тебя возвращение твоего же долга, то сейчас я не по этому поводу, – хмыкнул я. – Хотя те две тысячи тебе всё равно придётся вернуть. На следующей неделе аванс, и там‑то ты со мной и рассчитаешься.
– А сейчас ты чего припёрся? – буркнул он.
– Коленька! Кто там? – вдруг раздался женский голос из кабинета, расположенного рядом с рентгеном.
Оттуда медленно вышла пожилая женщина лет шестидесяти пяти. Седые волосы были убраны в строгий пучок, сама она была в белом халате. Врач?
– Это доктор, терапевт Агапов, Маргарита Семёновна, – тон Коляна резко поменялся на вежливый. – Вы не волнуйтесь!
– Добрый день, – поздоровался я. – Ко мне привезли пациентку, которой нужно оформление инвалидности по ревматоидному артриту. Надо бы сделать рентгены суставов.
– Здравствуй, – широко улыбнулась мне Маргарита Семёновна. – Мы лично не знакомы, я врач‑рентгенолог. А вот этот оболтус – мой сын, Коленька.
Вот это поворот! Я бросил быстрый взгляд на Коляна, который не знал, куда себя деть от смеси смущения и стыда.
– Мы знакомы, – коротко ответил я. – Так вот, пациентка не ходячая, её привезли на инвалидном кресле.
– Давай её сюда, всё сделаем, – кивнула Маргарита Семёновна. – Коленька, помоги молодому доктору!
Сама женщина важно удалилась в свой кабинет, где она и работала над описанием рентген‑снимков. Побледневший Колян повернулся ко мне.
– Не смей ничего говорить моей матери, – прошептал он.
– Это зависит только от тебя, Коленька, – пожал я плечами. – Вернёшь долг – тогда никто ничего не узнает.
Мы вошли за пациенткой, я помог переместить её в рентген‑кабинет. Сам пошёл искать Гурова, чтобы сразу после этого обеспечить ей осмотр хирурга.
Тот согласился сам спуститься в рентген‑кабинет, тем самым очень меня выручив. Сделал свой осмотр, и пациентка отправилась домой.
– Спасибо вам большое, – поблагодарила меня Простова после всего. – В жизни бы не подумала, что бывают такие заботливые доктора.
Водитель социального такси отправился с ней домой.
Я собрался к себе в кабинет, но меня внезапно остановил Гуров.
– Зайдите ко мне ненадолго, – попросил он.
Вместе мы поднялись в кабинет хирурга. Он попросил очередь подождать, а сам впустил меня в кабинет.
– Здравствуйте, доктор! – напротив хирурга сегодня сидела медсестра. Полная женщина с короткой стрижкой, лет сорока. – Я Галина, медсестра Бориса Юрьевича.
О, так его зовут Борис Юрьевич. Наконец‑то я узнал, что скрывается под «Б. Ю.»
– Здравствуйте, – кивнул я. – Терапевт, Александр Александрович.
– Знаю, – улыбнулась она.
Ну точно, Саню здесь все знают.
– Галочка – просто моё спасение, – усаживаясь за свой стол, сказал хирург. – Я так и не смог освоить все эти новомодные компьютеры. И у меня Галочка всё в них делает.
Ничего себе. Получается, медсестра хирурга и осмотры заполняет, и анализы выдаёт. И правда: золото, а не помощник.
– Хитрец вы, – улыбнулся я.
– А то ж, – гордо ответил Гуров. – Но я не для этого вас позвал. Вы мне скажите, что это за социальное такси такое было?
Изначально именно хирург и рассказал мне про социальное такси. Похоже, он знал, как оно должно было выглядеть на самом деле, и заподозрил что‑то не то.
– Платное, – признался я. – На мою заявку Власов отказал, нет бюджета. А у моей пациентки горели сроки для оформления инвалидности.
– Так я и думал, – покачал головой хирург. – Александр, с таким подходом вы очень быстро сгорите. Ну нельзя же тратить свои деньги на пациентов! Вспомните наш разговор.
Он имел в виду тот разговор ночью в ординаторской, про призвание и деньги.
– Это тут ни при чём, – возразил я. – Можно хотеть зарабатывать деньги и желать помочь пациентам. У меня не было другого выбора.
– Был, – строго заметил Борис Юрьевич. – Был выбор просто ждать, когда одобрят заявку. Но вы, доктор, сделали другой выбор.
– И не жалею, – просто ответил я.
Гуров хмыкнул, затем полез в ящик своего стола.
– Сколько стоило такси? – спросил он. – Давайте я скинусь?
– Благодарю, но не стоит, – покачал я головой. – Это моё решение, и я сам его оплатил.
– Интересно… – Борис Юрьевич выпрямился. – Занятный вы молодой человек.
Я пожал плечами. Как по мне – не было тут ничего занятного. Я не собирался брать деньги у хирурга за вызов социального такси для своей пациентки.
– Могу идти? – спросил я.
– Идите, – задумчиво кивнул тот.
Вышел из кабинета и вернулся к себе. Ох и бодрое же начало утра у меня выходит. Стоматолог, теперь Простова. А ведь старые проблемы в виде общего долга, отравителя и прочих хлопот тоже никуда не делись.
  
Успел включить компьютер и даже открыть МИС, как в дверь постучались. Прямо проходной двор какой‑то!
– Войдите! – крикнул я.
В этот раз зашла делегация из двух женщин в белых халатах. Одна из них оказалась Татьяной Александровной. Другая – незнакомая, невысокого роста, с короткими светлыми волосами и ярко‑накрашенными красными губами.