Бывает и хуже?. Трилогия - Игорь Алмазов, Виктор Молотов (СИ)

— Доброе утро, — сняв трубку, проговорил я.
— Саша, наконец-то! — голос отца был полным облегчения. — Пропал совсем. Не звонишь, не приезжаешь. Случилось чего?
Родители не знают, что Саня попал в больницу с астматическим статусом. Думаю, и нечего им это знать.
— Работы просто много, — ответил я. — Вот и не звонил. Как вы?
Отец хрипло и невесело рассмеялся.
— Работы много, — эхом повторил он. — Ну да, как же… Саша, я хотел сказать, что в этом месяце денег от нас с матерью не жди. У нас непредвиденная покупка возникла, и с пенсий ничего не осталось.
  
Рубрика «сюрпризы от Сани» продолжается! Оказывается, этот засранец ещё и у родителей деньги брал. И всё равно умудрялся все их просаживать.
— Отец, мне больше вообще не нужно присылать денег, — серьёзно сказал я. — Уже не маленький, сам зарабатываю.
Ни при каких обстоятельствах нельзя, чтобы родители узнали про главный долг Сани в пятьсот тысяч. Честно говоря, эта проблема до сих пор оставалась у меня нерешённой. Но за эти дни просто не успел до неё добраться.
— Саш, ты здоров? — обеспокоенно спросил отец. — С чего это вдруг такие геройства, от денег отказываешься?
Родители должны были знать предыдущего Саню лучше всех. А потому изменения чувствовали особо тонко.
— Просто это неправильно, — заявил я. — Мне стыдно, что я вообще их брал. Работаю же. Так что больше не надо, и точка.
— Ну дела, — протянул отец. — Матери скажу — не поверит. Услышал тебя, сын, хорошо. К нам-то в гости не собираешься?
Я задумался. Судя по всему, визитами родителей предыдущий Саня тоже не баловал. Поэтому по-хорошему надо бы посвятить этому делу выходной.
Но на этой неделе вряд ли получится, слишком много накопившихся дел.
— Обязательно приеду, только позже, — пообещал я. — Не в это воскресенье.
— Мы всегда тебя ждём, — искренне заявил отец. — Звони почаще. И про ингалятор не забывай. Бывай.
Он отключился. Хорошие у тебя, Саня, родители. А он их совсем не берёг.
Звонок окончательно разогнал остатки сна, и я принялся собираться на работу.
А следующий выходной стоило посвятить ко всему прочему ещё и домашним делам. Стирки накопилось много, поэтому хотя бы на это занятие стоило освободить время.
Собрался и пошёл в поликлинику. Для себя отметил, что путь на работу дался чуть-чуть легче, чем вчера. Медленно, очень медленно я начинал тренировать тело. Неплохо.
Сегодня день, наоборот, начинался с вызовов. Поэтому сразу же заглянул в регистратуру посмотреть, сколько их накопилось. Меня вызвали уже три человека.
— Костя занят пока, вы через час поедете, — не здороваясь, бросила через плечо регистраторша по вызовам.
— Хорошо, — легко кивнул я.
Пока дальше начну разгребать завалы работы в кабинете.
Зашёл к себе, переоделся и включил компьютер. И ко мне сразу же постучались.
— Войдите! — крикнул я.
В кабинет вошла женщина лет шестидесяти, в синем халате и белой косынке. На груди висел бейдж «Надежда Фадеева. Санитарка».
Так это, видимо, та самая Надя, которая спасла мне жизнь. Про неё говорили несколько человек, но никто не сказал, что это санитарка. Поэтому я думал, что искать её надо среди медсестёр.
— Голубчик, ну как ты? — как-то по-родному спросила она. — Ох и напугал же ты меня тогда. Захожу — лежишь, хрипишь, уж и синеть начал. Ну я-то быстро сообразила, что что-то не так.
— Всё в порядке, — кивнул я. — Хотел сказать вам спасибо. Если бы не вы, то не сидеть мне сейчас в кабинете.
— Да не болтай, ничего такого-то не сделала, — смущённо махнула санитарка рукой. — Просто вовремя тут оказалась.
Внезапно она резко подошла к двери и заперла её изнутри.
— Голубчик, ты мне давно обещал кое-что, — заявила она, расстёгивая халат.
Вот это поворот!
  
Глава 7
 
Шестидесятилетняя Надежда, расстёгивающая халат, доверия мне не внушала. Ещё и с формулировкой, что я «давно обещал кое-что». Варианты лезли в голову самые разные…
— Что я вам обещал? — настороженно уточнил я.
— Ну как же, — она принялась расстёгивать и блузку под халатом. — Родинку мою посмотреть, милок. У нас же в поликлинике дерматолога нет, а ехать куда-то далеко у меня времени тоже нет.
Понятно. Прошлый Саня обещал санитарке определить, доброкачественная или злокачественная у неё родинка, или, если говорить медицинским языком, невус. Доброкачественное новообразование на коже имеет чёткие контуры, небольшой диаметр и равномерный окрас. Большинство таких родинок врождённые, и опасности они не представляют.
Однако иногда невус может превратиться в меланому. Такие образования приобретают ассиметричную форму, неровные контуры и неравномерное распределение цвета. В этом случае уже стоит обратиться к онкологу и удалить такое образование, пока не образовались метастазы.
Надежда расстегнула блузку и продемонстрировала мне левую сторону груди. На ней, чуть ниже ключицы, располагалась и сама родинка диаметром около пяти миллиметров.
Довольно большая — понятно, почему санитарка забеспокоилась.
Я внимательно принялся рассматривать образование. Так, форма правильная, края чёткие. Цвет равномерный, без вкраплений чёрного или красного. Поверхность гладкая, без шелушений.
— Когда она появилась? — уточнил я.
— Да не знаю, голубчик, — отозвалась женщина. — Давно, мне кажется. Может, лет десять назад, а то и больше.
— Размер с тех пор менялся? — спросил я.
— Да вроде нет, — пожала она плечами.
— Кровоточила, чесалась?
— Ничего такого, — помотала Надежда головой.
Отлично. Никаких причин для беспокойства не было.
— Всё в порядке, — подытожил я. — Родинка доброкачественная, можете не переживать.
Она вздохнула с облегчением и принялась застёгивать блузку.
— Спасибо, милок, — кивнула она. — А то я уж думала, мало ли что. От таких родинок вроде и рак бывает.
— Бывает, — подтвердил я. — Но у вас не тот случай. Просто следите за ней. Если начнёт расти, менять форму или цвет — тогда приходите ко мне. А сейчас всё хорошо.
Надежда улыбнулась, залезла в карман халата и достала оттуда шоколадку «Алёнка».
— Возьми, милок, — протянула её мне. — Хороший ты врач, что бы там остальные ни говорили. И словом добрым лечишь, и с родинкой помог. А то ж многие нос от меня воротят. Возьми, от чистого сердца.
Отказываться было невежливо. Даже несмотря на то, что сладкое мне нельзя. Уж очень не хотелось обижать женщину, благодаря которой это тело вообще выжило.
— Спасибо, — забирая подарок, улыбнулся я.
Надежда застегнула халат, открыла дверь и вышла из кабинета. Я остался один и посмотрел на шоколадку в руках. Почувствовал, как внутри что-то сжалось. Руки внезапно задрожали, а во рту начала вырабатываться слюна.
Хочу сладкого прямо сейчас, вот немедленно. У меня даже голова закружилась от этого дикого желания.
Я уже понял, что предыдущий Саня был сладкоежкой. Но первые дни тяга к сладкому практически не ощущалась. Нет, порывы были, но я успешно их контролировал. Голова была занята другим — перерождением в новом мире, работой, записками с угрозами… Некогда было думать о сладком.
Сейчас же, когда я был один и выдалась свободная минутка, а в руке была шоколадка… Меня накрыло.
Мне казалось, что я чувствую её запах. Руки были готовы в любой момент вскрыть обёртку и запихать шоколад внутрь, целиком. Почувствовать этот вкус.
Это была настоящая ломка. Тело Сани привыкло к постоянному потоку сахара. Простые углеводы легко усваиваются в организме, вызывая всплеск энергии. Который очень быстро проходит, и появляется чувство голода и тоски. Которое в свою очередь вновь проходит при принятии новой порции сладкого.
  
Я положил «Алёнку» на стол и отодвинул от себя. Нет, я не буду её есть.
Сто сорок килограмм веса, гипертоническая болезнь, астма, ожирение третьей степени. Сахар для меня — это яд.
И я не могу его себе позволить, даже если сильно хочется. Отошёл к окну, начал медленно и глубоко дышать. Практики дыхания я использовал и в прошлой жизни, они помогали во многих критических ситуациях.